Мы вышли во двор. Я на секунду зажмурилась, так било в глаза солнце. Во рту мигом пересохло. Может, дождь пойдет?

– Марек? – Я запнулась. – Те разбойники вчера… я даже не успела испугаться. А сейчас я понимаю, что происходит. Мне страшно.

– Твой друг тоже понимает, что происходит, – ответил он. – Поэтому он и не спал прошлой ночью. В первый раз всегда так. Кажется, что все происходит понарошку и в любую минуту можешь проснуться.

– Нет, – перебила я. – Все было по-настоящему. Просто… потом мы встретили вас.

– И испугались куда больше? – Марек коснулся моего плеча. – Не бойся. У тебя все будет…

– Хорошо?

– Просто будет.

Квентин стоял в расслабленной позе посреди двора. Анри, помедлив, остановился шагах в десяти. Земля вокруг напоминала поле битвы: изрытая колесами отъехавших экипажей, в других местах истоптанная до слез. Хрупкий гребешок травы, казалось, выжил по чистому недомыслию.

– Шаг к примирению? – Марек выступил вперед. – Анри, ты помнишь, как мы проткнули двух неплохих, в общем-то, молодых людей той ночью. Квентин, что бы Анри ни сказал тебе этим утром, если ты его прикончишь, не отмоешься за всю жизнь. Или тебе разбойников не хватило?

Квентин нетерпеливо повел рукой. Мне показалось, в его лице промелькнуло сожаление, но секунду спустя я поняла, что ошиблась: он с трудом сдерживал ярость.

Анри открыл рот, но перевел взгляд на Квентина и покачал головой.

– Мы деремся.

– Отлично, – Марек развел руками. – Начинайте.

Я попыталась что-то сказать, но он схватил меня за руку и потащил к воротам.

– Зачем? – я вырвалась. – Мы же оттуда ничего не увидим!

– Зато будет чем. Или ты что-то имеешь против?

– Нет, я… – Я остановилась, пытаясь отдышаться. – Я хотела бы сохранить зрение, если ты не возражаешь.

– Отлично, значит, все в… ах, пепел!

Вокруг Анри вскипел воздух. Волна пыли превратилась в смерч, ощетинилась лезвиями, и Квентин отшатнулся, вскидывая руки. Из обожженных ладоней; полилось пламя и ударило прямиком в вихрь, разрезая его пополам.

Анри махнул рукой, и на пути пламени выросла плоскость огня, призрачная и прозрачная. Секунда, и пламя Квентина начало уходить, впитываться в нее, словно песок в воронку.

Я смотрела во все глаза.

Погасив пламя, огненная плоскость-ширма начала схлопываться, шаг за шагом приближаясь к Квентину. Тот выпустил в нее один шипящий сгусток пламени, другой, но толку это не принесло.

– Кто такая Эйлин? – дрожащим голосом спросила я, вцепившись в рукав Марека. – Почему Анри так взъелся на Квентина из-за ее заклинания?

– Лучший боевой маг Галавера, – ответил Марек, не поворачивая головы. – Бич, что ты видела вчера, – ее изобретение. Анри был ее учеником.

– Был?

– Вырос. По крайней мере, мне так казалось.

– А теперь ее учеником станет Квентин? И Анри ревнует?

– И да, и нет. – Марек покосился на меня. – Вот, скажем, твой… преподаватель фехтования. Я заметил, как ты держишь кисть: ты не сама училась. Если он хороший учитель, а так наверняка и есть, ты благодарна, восхищаешься им, придешь за советом. Может быть, и влюблена – самую чуточку, и уж точно будешь ревновать, если он найдет другую ученицу. Так и Анри.

Я приоткрыла рот. Но под внимательным взглядом Марека до меня начало кое-что доходить.

– Ты не просто объясняешь, ты еще и хочешь знать, кто учил меня фехтованию! Как с часовой гильдией, ты вытягиваешь то, что тебе нужно!

Марек иронически улыбнулся:

– Я же говорил: ты меня понимаешь.

По лицу Квентина струился пот. Когда до плоскости осталось два шага, он закрыл глаза и развел руки в стороны.

Интересно, Анри остановит заклинание или… или?!

Между большими пальцами Квентина вспыхнула звезда. Точно на середине, словно ему помог невидимый циркуль.

Марек негромко присвистнул.

Звезда выросла до серпа, будто отлитого из мутного огненного стекла. Квентин, судорожно сглотнув, направил серп на ширму, и пространство между двумя магами заискрило.

Я выдохнула.

Идиоты! Словно двое мальчишек – заклятых врагов, чьи отцы ушли в лавку, оставив сыновей на улице. И вот они обходят друг друга, один сыпанет другому в глаза песка, другой швырнется ножичком, и все это кажется им забавной игрой – пока не поймут, как просто пораниться.