По дороге мне позвонил адвокат. Мужчина был непривычно взволнован, и его голос мелко подрагивал от беспокойства:Эсмеральда?- Да, господин Лусио, вы что-то нашли?
– обошлась без приветствий, жутко нервничая после разговора с папой. Эрнест подошёл слишком близко и мог запросто в один «прекрасный» день наведаться к нам, чтобы лично познакомиться с дочерьми семьиКастильоне. Если он увидит меня там, всё будет потеряно- Вы знаете, по собственному опыту могу сказать, что в любых судебных делах именно незаметные детали позволяют клиенту выиграть процесс. Так вот, пусть Эрнест Мальдини и заменил запись с камер, но ведь должен быть хотя бы один свидетель. Охранник, сидящий на посту, уборщица или даже администратор. Ваш отец наверняка в самом начале спросил номер кабинета Эрнеста, чтобы лично отдать ему заявление. Попробуйте поискать людей, которые могли бы подтвердить невиновность моего клиента.Моё сердце затрепетало от возродившейся надежды. Наверняка я смогу найти хотя бы одного человека, присутствовавшего в тот злопамятный день.- Отлично! Как мы раньше об этом не подумали? Я обязательно поищу свидетелей и свяжусь с вами, когда будут новости.- Прекрасно. Надеюсь, удача будет на вашей стороне. Всего доброго.В компанию я буквально ворвалась и сразу подбежала к стойке администратора. Замерла, выравнивая дыхание, и спокойно сказала:Здравствуйте. Я ассистентка господина Эрнеста. Вы не подскажете, какой администратор работал третьего октября?
– приветливо улыбнулась и наигранно смутилась,- он хотел уточнить кое-что, но сейчас я не могу с ним связаться. Сказал, что срочно.Девушка окинула меня подозрительным взглядом и, помедлив, кивнула:- Хорошо. Сейчас посмотрю.Так называемый авторитет Мальдини играл мне на руку. В этой компании все знали, как скор он на расправу, и не желали лишний раз подставляться. Его работники буквально вздрагивали от страха, если тот был раздражен или озлоблен.Администратор проверила данные в компьютере и подняла свой взгляд на меня:- В тот день работала одна девушка, но она уже уволилась.- А вы не подскажете хотя бы её имя и адрес? Господин Эрнест говорил, что у неё остался контракт и некоторые бумаги, которые он хотел бы забрать,- нагло вру, не переставая улыбаться. Я буквально светилась от желания втереться к ней в доверие.Кто же знал, что однажды я буду пользоваться своим положением, чтобы получить информацию.- Её имя - Ванда Бруно. Адрес сейчас напишу, - отдала мне маленький листочек бумаги и, нахмурившись, посмотрела за мою спину.Я настороженно повернулась и вздрогнула, столкнувшись с его бледными глазами. Мальдини стоял прямо за моей спиной, и я это даже не почувствовала. Резко перевела взгляд на администратора, осознавая опасность своего положения.

Если та вдруг начнет говорить про девушку, адрес которой я только что получила…мужчина наверняка всё поймет. И тогда найдет для меня личную камеру, в которой заставит страдать каждый день- Господин Эрнест, доброе утро. Я хотела предложить кое-какие нововведения для нашего проекта, - поборов внутреннюю дрожь, дотронулась до его локтя и увела в сторону, незаметно сжимая бумажку с адресом в руках.Мужчина чему-то усмехнулся и властно сказал:- Это подождет. Как я вижу, ты только что пришла, поэтому не будем тратить время на сборы.Мы выезжаем, Эсмеральда.- Сейчас? Но куда?- По дороге объясню, - схватил меня за плечо и повёл к выходу. Я настороженно повернулась, разглядывая его лицо и не понимая, почему вдруг у Мальдини такое хорошее настроение и что за внезапный отъезд.Опять трата времени впустую. Я могла бы отправить адрес адвокату и попросить его лично навестить девушку, но боялась. Теперь я всех подозревала и полагалась лишь на себя.- Надеюсь, поездка будет не очень долгой?- А что, куда-то торопишься?- У меня были планы на вечер.Отменишь. Раз я еду, значит, и ты со мной, - открыл дверь машины, пропустил меня вперед и сел рядом. Непозволительно близко. Я чувствовала кожей его горячее тело и не могла избавиться от жуткого предчувствия. Что-то было не так. Он вёл себя слишком подозрительно. Смотрел гораздо более глубоким взглядом, словно пытался утопить в водах своих секретов. Раскованно трогал, будто больше не боялся моей негативной реакции.Его уверенность и непоколебимость заставили меня притихнуть. Я сжалась и содрогнулась, когда услышала знакомый адрес:Едем в Корвиале, - это был район, в котором я проживала. Кожа мгновенно покрылась мурашками, и я, чтобы немного утихомирить нарастающую панику, спросила:- Зачем нам туда?Он резко дернулся и впился в меня глазами, сканируя каждый миллиметр моего лица.Заметил мою странную реакцию и кивнул сам себе:Мы едем к семьям погибших от того страшного происшествия в шахтах. Эта ситуация всё не даёт мне покоя - не могу поверить, что десятки людей погибли из-за упущения одного из работников. Хотя, может, это даже было умышленно, как думаешь?
– моё сердце буквально остановилось от его вкрадчивого шёпота. Дыхание Мальдини коснулось волос, и я неуверенным жестом поправила непослушные локоны, чтобы стряхнуть дрожь с ладоней- Что вы собираетесь делать?

– Не я, а мы, Эсмера. Обеспечим их новыми домами в более хороших районах, чтобы хоть как-то загладить нашу вину. Жизни людей это не вернет, но, по крайней мере, мы хотя бы немного повысим их благосостояние. Окажем поддержку. Мы ведь не должны оставаться равнодушными к чужому горю, верно, Эсмера?
– коснулся моей руки, гладя большим пальцем кожу.Я закашлялась и сделала глубокий вдох. Он не мог не почувствовать, как у меня дрожат ладони, но почему-то больше ничего не спрашивал. И не ждал моего ответа.Зачем Мальдини взял меня с собой? Пусть я и ассистентка, но эту поездку едва ли можно отнести к работе. Я нутром чувствовала - он не просто так это задумал. Для чего этот жест невероятной щедрости? Чего он добивается?

– Ну же, спроси.Что? Вы о чем? .- поежилась, сбрасывая его ладонь и прижимаясь к кожаной обивкесалона.• Я по глазам вижу - тебя мучает какой-то вопрос. Спрашивай. Вчера я открылся тебе, не нужно ничего от меня скрывать,- буквально шипит в моё ухо и скалится, насмехаясь.Я в ловушке. Большинство семей мне прекрасно известны, как и я - им. Хоть раз обратятся ко мне по фамилии, и все - - это точно будет концом.Сглатываю тугой комок в горле и напряженно спрашиваю:- Вы хотите их подкупить?Он молчит. Впервые отводит от меня взгляд и смотрит в окно, слегка прищурившись от солнца. И я наконец-то осознаю - мужчина просто покупает их доверие. Они не знают, кому верить - моей семье или же официальной версии, преподнесенной Мальдини. А после такого поступка точно отвергнут любые разумные домыслы и обвинят мою семью. Будут тыкать пальцем и шарахаться от нас, как от огня. Забудут о том, что мой папа - пример доброты и осторожности. Польют его грязью, не скупясь на упрёки.- Почему ты так думаешь? Разве на мне есть какая-то вина? Разве я не добился того, чтобы виновный понёс наказание?Я сжала руки в кулаки, до боли впиваясь пальцами в кожу и наглухо запирая безумную ярость, которая способна сжечь лишь меня одну. С усилием расслабляюсь, вымучивая жалкую улыбку, и тихо говорю:- Я не знаю деталей этого дела, но жизнь всё расставит по своим местам, господин Эрнест.Виновные всегда несут ответственность за преступление, - отвернулась и прикрыла глаза, пытаясь избавиться от его запаха, усмешки, горячей кожи и пронзительных прикосновений Ты еще слишком молода, Эсмера. Жаль, что однажды жизнь ломает всех. И даже твоя вера в справедливость потерпит крах, приподнял меня за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза, хрипло бросив, - но я постараюсь сделать так, чтобы это произошло как можно позднее.«Ты - единственная причина моих бед. И если я сломаюсь, то не пойду ко дну без тебя».Когда мы подъехали к знакомым домам, я затряслась по-настоящему. Мне было дико страшно выходить на улицу. Я могла встретить здесь свою сестру, маму и соседей, которым прекрасно известно, кем является человек, идущий рядом со мной.Мальдини открыл дверь и вышел первым. Протянул мне ладонь и жестко приказал:- Вылезай. Мы и так опоздали. Не будем заставлять людей ждать.Прежняя уверенность вмиг меня покинула. Я попыталась воспротивиться и покачала головой: Нет, вы идите, а я вас тут подожду.Пойдем. Сейчас же. Не заставляй меня силком вытаскивать тебя из машины, я вздрогнула от холода в его голосе и приняла руку. Мальдини резко потянул меня на себя, заставляя впиться ладонями в его плечи, чтобы не столкнуться с ним лбами.Я поежилась, поправила одежду и неуверенно пошла за ним. Мужчина даже не обернулся он прекоасно знал. что я выполню его приказ.

Мы оказались в довольно просторном доме, где собрались почти все семьи погибших. Они резко поднялись, заметив статную фигуру Эрнеста, и настороженно смотрели на него, сохраняя молчание. Мне стало немного спокойнее, когда я не увидела знакомых лиц. Люди и сами, вероятно, не подозревали, зачем Мальдини пригласил их сда. И пока что держали нейтральную позицию, что не могло не радовать. Значит, они не до конца поверили новостям, и росток сомнений до сих пор трепыхался в их сердцах.Но Эрнест быстро его растоптал своей пронзительной речью, полной обмана и лжи.- Всем доброе утро. Я хочу лично принести вам свои извинения за инцидент, в результате которого вы потеряли своих близких. По себе знаю, что никакие деньги и награды не успокоят вашу боль, но всё же я чувствую ответственность за произошедшее и потому,- обосилрезкий взгляд на меня и открыто улыбнулся, прожигая мое тело глазами, - хочу объявить о том, что вас переселят в более престижный район, где будут все удобства. Разумеется, за счет компании и только с вашего согласия.«Шах и мат» - говорили его холодные глаза.Идеально поставленная речь. Сделал вид, что соболезнует, затем упомянул о собственной потере, заручившись их доверием и, наконец, забросил приманку, на которую люди накинутся, как на последний кусок хлебаВ комнате повисла неловкая тишина. Одна женщина подняла ладонь и неуверенно спросила:- Всем семьям будут выделены дома? Вы можете это обещать?- Я не только обещаю, но и могу предоставить все бумаги. Если вы их подпишете, собственность будет вашей. Можете заезжать в ближайшую неделю, вас никто ни в чем не ограничивает.Другая резко возразила:- Разве это правильно? Наши мужья и отцы погибли в тот ужасный день, а вы пытаетесь откупиться деньгами?
– обвела взглядом комнату и воскликнула.
– Женщины, вы с ума сошли? Не видите подвох? Стали бы делиться такими щедрыми предложениями, если бы не было особых поводов? Очевидно же, что дело нечистое. Наверняка в этих бумажках, среди сотни условий, будет спрятана пометка о молчании. Вы же не верите в то, что Гаспаро мог намеренно закрыть глаза на плохое состояние шахт? А сейчас готовы обо всём забыть?! Вы все настолько алчные? Я не хочу в это верить!Мальдини медленно подошёл к ней и поучительно сказал, словно обращался к непутевому ребенку, не понимающему истины:- Почему бы вам просто не поверить в нашу искренность? Мы не в силах вернуть жизни погибших, но берем ответственность за своего работника, по вине которого произошла эта катастрофа. Что в этом неправильного? Вы не хотите жить в более комфортных условиях?Если да - вас никто не заставляет. Документы на собственность вы сможете тщательно прочитать перед их подписанием. Вы, видимо, совсем отчаялись, раз не верите в доброту, но я могу вас заверить - никаких потайных умыслов в этом деле нет. Я лично знаком с Гаспаро Кастильоне и не мог предугадать подобного. Так уж сложилось, что людям нравится притворяться. Они ежедневно снимают маски и надевают новые, - кинул острый взгляд на меня и усмехнулся, - я искренне надеюсь, что, когда Гаспаро признает свою вину, у вас больше не останется никаких вопросов.

Несколько секунд я стояла, как громом пораженная, не в силах отвести от него глаз. Его лицо оставалось бесстрастным, но даже с такого расстояния я прекрасно видела, что в его зрачках пляшут настоящие черти. Он умудрялся выглядеть обеспокоенным и в то же время непобежденным. Ни одно обвинение не затрагивало его сердце, словно вместо него - лишь пустой сосуд, подпитываемый злостью и гневом.Мои ноги затряслись, и я оперлась о стену, пытаясь выровнять дыхание. В голове зашумело, и я с трудом двинулась к порогу, понимая, что больше не выдержу. Солнечные лучи коснулись моего холодного лица, и по нему пробежалась судорога.Громкий оклик привлек моё внимание. Я повернула голову и сжалась, мечтая раствориться на месте.- Ральда? Что ты здесь делаешь?Наша соседка, хорошо знакомая с моей мамой, замерла у входа и подозрительно косилась в мою сторону. Я резко мотнула головой, подошла к ней и тихо прошептала:Пожалуйста, не говорите никому, что видели меня здесь.- Что? Но почему...Раздался сильный хлопок двери. Я даже не стала оборачиваться - всё отразилось в её глазах. Презрение, недоверие и, наконец, испуг.Эта женщина была одной из немногих, кто поддерживал мою маму. Вероятно, она долго отговаривала себя и не хотела сюда идти, но всё же решилась. Пришла в последний момент и увидела меня.Я едва заметно покачала головой, отвернулась и села в машину. Мальдини протянул ей какие-то бумаги, уже не строя из себя добряка, и ринулся вслед за мной.Я жутко хотела его ударить. Громко заорать, чтобы пробиться сквозь десятки масок и сдернуть их все разом, обнажив его уродливое нутро.Но я молчала. Вздрогнула, когда он коснулся моих волос и ненавязчиво спросил:- Почему ты ушла?- Мне стало нехорошо. Там было очень душно, решила подышать свежим воздухом.Я испугалась того, что он решит напрямую вовлечь меня в это дело. Например, выставит посредником и заставит разбираться с имущественными делами, оформляя жестокий «подкуп» людей и тем самым отказываясь от родного отца.«Как же я тебя ненавижу, Мальдини!» - незаметно вытерла лицо и отвернулась, чтобы он не заметил моих красных глаз. Сейчас я была настолько сломлена, что никаких моральных сил не осталось. Если бы в этот момент он задал мне прямой вопрос, я бы сказала правду, потому что устала нести вереницу лжи, которая лишь тянула меня ко дну. Привязывала еще ближе к Эрнесту и не давала шанса на справедливую борьбу.Я жутко устала. Вечный страх, бесконечные погони и крошащаяся на глаза надежда стали моими постоянными спутниками. Долго ли я смогу оставаться сильной?Если бы я только знала, что Мальдини неожиданно решит пойти на уступки лишь после того, как все маски будут сдернуты.и предвидела бы цену, которую он запросит.согласилась бы я на это?

Вероятно, да, потому что семья для меня священна. И он сразу распознает моё больное место. Будет точно бить, никого не щадя.Это безумно иронично, ведь Эрнест не раз повторял, что поставленной цели он добьется любыми способами. И моей самой страшной ошибкой стало то, что я собственными руками вовлекла себя в его жизнь. Сделалась целью. Жалкой мишенью, в которую он будет бить.И я позволю, потому что от таких предложений не отказываются, верно?

POV: Эрнест

Я смотрел на её гибкую спину, тяжелые волосы, подрагивающие плечи и сжатые ладони.Вопреки здравому смыслу, видя её страдания и понимая, что я намеренно их спровоцировал, я не почувствовал никакого удовлетворения. Меня давно не гложили настолько противоречивые эмоции. Хотелось её обнять и прижать к себе, пообещать свободу её отцу и сделать сотни безумств, осознанно подставляясь, лишь бы вызвать искреннюю улыбку на её губах.Мне сносило крышу от самоуверенности Эсмеры. По ночам я с трудом засыпал, постоянно держа её образ в своей голове. Появлялись маниакальные мысли проследить за ней и посмотреть, как она себя ведет, когда меня нет рядом.И это бесило больше всего. Я ненавидел её отсутствие и холод в голубых глазах, так напоминающих изумруды. Сам не понимал, что делаю и зачем играю в эти игры. Она давно проиграла. Еще в тот день, когда специально со мной столкнулась.Теперь я был уверен в этом. Эсмера преследовала чёткую цель, и её не испугало сближение со мнойЗря ты так, девочка моя. Хочешь освободить дорогого папочку, а меня оставить ни с чем? А ты хоть раз задумалась, позволю ли я тебе уйти?Думаю, ты считаешь, что мой ответ не важен. Пусть так. Однажды ты будешь прислушиваться к каждому моему слову.Когда мы вернулись в компанию, я дождался, пока Эсмера зайдет в лифт, и только потом направился к администратору. Властно спросил:Что хотела узнать моя ассистентка?Девушка сжалась и нерешительно пробормотала:- Господин Эрнест, простите, если я сказала ей что-то лишнее. Она заверила меня в том, что информацию просите именно вы, и я растерялась..Резко оборвал её, устав от жалких лепетаний:- Просто ответь на вопрос. Никто не собирается тебя увольнять. Она хотела узнать имя и адрес девушки, которая работала третьего октября. Не знаю, зачем. и..Кивнул и направился к лифту. Нужно было хорошо обдумать, что делать дальше. Нельзя слишком расслаблять поводок, иначе она может раскопать ту правду, которую я не собираюсьраскрывать.

Внезапно в моей голове появилась очень неплохая идея. Это даже хорошо, что я знаю, куда Эсмера направится после работы. Я последую за ней, и мы посмотрим, кто из этой игры выйдет победителем.Еще никогда я так не желал того, чтобы женщина мне сдалась. Я и сам был готов отступить, лишь бы привязать её еще ближе.«Я всегда получаю то, что хочу, Эсмера. Тебе просто не повезло, что я захотел именно тебя».

Две недели назад.