— Даже если это и так, — Рено сбежал со ступеней и быстрым шагом направился по подъездной аллее вслед за детективом, — то вряд ли она захочет топить свою репутацию и свидетельствовать против него на суде, даже если мы запугаем ее.

— Мы не будем ее запугивать, мы просто не оставим ей выбора, — детектив был непреклонен, решив вывести кривую преступления именно так, как хотелось ему. — Если она знает правду и молчит, то она вполне может сойти за соучастницу.

— Судить женщину — плохая идея, — покачал головой Роше.

— Никто и не будет ее судить, — спокойно улыбнулся Лефевр. — Я уверен, что она уступит нам на допросе. Женщины безвольные создания.

— Госпожа виконтесса показалась мне вполне сильной натурой, — осторожно возразил Рено.

— Вы ещё слишком молоды, мой друг, — с улыбкой возразил Лефевр, залезая в ожидавшую их коляску и приказывая вознице. — К «Вилле Роз», пожалуйста.

— Я говорю лишь о том, что мотив данного преступления… — начал Роше, залезая следом и усаживаясь напротив детектива.

— Когда вы проработаете детективом не один год, вы научитесь видеть корень преступления так же, как его вижу я, — махнул рукой Лефевр и откинулся на спинку сиденья, так как коляска тронулась. — Не нужно выдумывать ничего нового, Роше. В мире есть всего три мотива: деньги, власть и чувства. Любое преступление совершается ради одной из этих вещёй.

— Вы хотите сказать, что двое мужчин в полночь, в лесу делили женщину, которой, как вы утверждаете, является виконтесса Воле?

— Женщина — наиболее распространенный и наиболее красивый мотив для убийства, — Лефевр снова улыбнулся. — Тем более такая, как виконтесса. Это почти как в детективном романе, Роше. Думали ли вы, что вам когда-нибудь выпадет шанс расследовать подобное дело?

Рено вяло улыбнулся и устремил взгляд на окрестности.

***

Спокойствие «Виллы Роз» было вновь нарушено. Причем так же бесцеремонно, как и утром.

Сбрасывая пальто на руки подоспевшему Жаку и проходя в гостиную, Лефевр объявил:

— Я детектив Лефевр и я хочу говорить с хозяйкой этого поместья, виконтессой де Воле.

— Госпожа виконтесса сейчас занята, вам придется подождать несколько минут, — со спокойным терпением ответил Жак, стоя в дверях. — Могу я предложить господам по чашке чая или кофе?

— Нет, спасибо. Мы предпочтем видеть госпожу виконтессу, — с вежливой улыбкой ответил Роше, следя краем глаза за своим начальником, который оглядывал висевшие на стенах картины.

— Я немедленно доложу ей о вашем визите, — сказал Жак и, поклонившись, исчез в холле.

— Образец честного и преданного слуги, — тихо сказал Лефевр, подходя к Рено и разглядывая висевшую между окон картину. — Никогда не скажет чего-то, что будет обличать хозяина, даже если и будет знать наверняка. Очень опасный тип, с ними невозможно иметь дело. Они все знают, все видят, все слышат, но играют не на вашей стороне.

Роше немного опасливо покосился на детектива и тоже перевел взгляд на картину. Он работал с Лефевром не так давно, но уже успел привыкнуть к его, несколько пустому, хвастовству. Но сейчас Роше начинало волновать то, как его начальник относится к этому делу. Действительно, в жизни было всего лишь три мотива: власть, деньги и чувства. И здесь были чувства, жажда мести за дочь, неумная жажда мести и желание во что бы то ни стало осудить своего обидчика.

— Вот уже второй раз за сегодняшний день вы бесцеремонно вторгаетесь в мой дом и требуете от меня ответа, — мужчины вздрогнули и обернулись. В дверях стояла Ида в домашнем платье и, склонив голову набок, смотрела на не прошеных гостей.

— Ну, что же вы стоите? — спросила она, видя их некоторое смущение перед её решимостью и делая шаг, вперед указала на диван перед камином, — располагайтесь, господа, чувствуйте себя как дома, раз уж вы являетесь сюда с такой частотой.

— Благодарю, госпожа виконтесса, — Лефевр уселся на диван, Роше остался стоять позади, слегка опершись руками на спинку. Ида слегка улыбнулась и устроилась в кресле напротив, сложив руки на коленях.

— Мы тщательно изучили место преступления… — начал, как всегда издалека Рено, но Лефевр перебил его и, подавшись вперед с хитрой улыбкой, загоняющей жертву в угол, сказал:

— Вокруг обнаружены следы ваших прекрасных ножек, госпожа Воле.

— Моих? — переспросила Ида, округляя глаза и через секунду гневно сводя брови, добавила, — Вы хотите сказать, что это я убила его?

— Именно, — Лефевр продолжал улыбаться, а Рено подумал, что слушал нечто подобное совсем недавно.

— Я уже сказала вам, что всю ночь я была здесь, на «Вилле Роз», в своем поместье! — воскликнула Ида, не сводя потемневших глаз с детектива. — Ваши намеки меня оскорбляют!

— И все же вы могли убить его, — Рено слегка приподнял брови и посмотрел на неё сверху вниз.