– Элизабет, - заметила я, прищурившись.
– Ты говоришь загадками.

– Знаю!
– вскричала она в отчаянии и закрыла лицо руками.
– Боже, о боже. Я так виновата...

– В чем?

Она лишь замотала головой.

– Пообещай, что уедешь! Завтра же.

– Не могу, - хмыкнула я.
– Между прочим, я тут одна из подозреваемых. Представляешь, что будет, если я сбегу?

Инспектор Харди уверится, что убийца ловко обвела его вокруг пальца. Спрашивается, зачем мне было убивать отца Джонса? Ничего, инспектор что-нибудь придумает. Он сообразительный.

Элизабет опустила руки. Сказала совсем иным тоном, сухим и ровным:

– Значит, не уедешь?

– Разумеется, нет.

Она глубоко вздохнула.

– Что же, я это знала. Но должна была попытаться. Лили, поверь мне, покушались именно на тебя. Только не спрашивай, откуда я знаю!

– Клятва?
– негромко предположил Рэддок, когда я уже готова была схватить любимую тетку за грудки и хорошенько встряхнуть.

Нельзя же настолько растравлять мое любопытство!..

Элизабет кивнула.

– Я действительно не могу ничего рассказать. Увы. Хотела бы я наконец сбросить с души этот камень, но...

– Я заинтригована, - призналась я, разглядывая тетку, будто увидев впервые. Что такого она могла натворить, чтобы теперь избегать моего взгляда? А главное, кому она могла дать клятву? И кого защищает теперь?

Впрочем, вопрос надо ставить иначе. "Кому из семьи" - так будет точнее. Никому другому - за вычетом жениха, конечно - она не позволила бы втянуть себя в некую щекотливую историю. А в других случаях клятвы попросту не нужны.

Она все-таки подняла на меня глаза.

– Знаешь, я думаю, что ты нашла свое место. Ты всегда была очень любознательной.

Я фыркнула.

– Ты о том случае, когда я подслушала бабушкин разговор с приятельницей и потом пересказала его за обедом? Или о той истории, когда я застукала поклонника Мэри с горничной и всем об этом разболтала? Или...

– Хватит, хватит!
– запротестовала Элизабет, но все-таки слабо улыбнулась.
– Ты всегда была тихой и наблюдательной. Думаю, это очень тебе помогло.

– Еще как, - согласилась я, припомнив, как невзрачная внешность и спокойный нрав не раз помогали мне вести слежку.
– Лиззи, послушай. Не знаю, кто и что против меня имеет... Но я разберусь, обещаю.

– Мы, - поправил Рэддок, встав у меня за спиной, и положил горячие ладони мне на плечи.
– Разберемся.

Я молча накрыла его руку своей.

Элизабет вдруг улыбнулась по-настоящему, светло и спокойно.

– Я рада за тебя, дорогая.
– сказала она тепло.
– За вас обоих рада. И у меня будет к вам просьба...

***

И меня снова разбудили чуть свет!

– Мисс, - испуганно прошептала молоденькая горничная, тронув меня за плечо так, словно я могла ударить в ответ током. Впрочем, я и впрямь могла - не током, так хуком.
– Мисс, там вас к телефону просят!

– Кто?..
– простонала я, разлепив один глаз. Вторым пыталась досмотреть чудесный сон, в котором... Хотя какая разница? Все равно видение уже ускользнуло.

Девица была не робкого десятка, даже не отпрыгнула. Только вздрогнула и глаза расширила.

– Мистер Дариан Корбетт, - сообщила она почтительно.

– Что ему надо?..
– проворчала я, но тут затуманенные спросонья мысли наконец прояснились.
– А! Возьми бумажку на туалетном столике и продиктуй ему.

Не зря же я битый час перед сном составляла этот перечень! Как чувствовала, что Дариану будет невтерпеж. Но общаться с дорогим кузеном с недосыпу? Спасибо, не нужно.

Список более-менее ценных вещей, имевшихся в моей квартире, едва перевалил за дюжину пунктов. Но долго же мне пришлось попотеть, его составляя!

– Но как же?..

– Ртом!
– рявкнула я, вновь закрывая глаза.
– Словами. Иди уже, ладно?

Спать. Я хочу спать...

***

Больше меня никто не тревожил. До самого полудня!

И, надо сказать, второе пробуждение оказалось куда приятнее.

Ноздрей моих коснулся будоражащий аромат кофе и свежей выпечки, а губ - нежный поцелуй.

– Просыпайтесь, спящая красавица, - шепнул Эндрю, погладив меня по щеке.
– Иначе мы опоздаем!

– Куда?
– испугалась я, распахнув глаза. Неужели уже так поздно?
– К Джонсам?.. Кстати, что вы тут делаете?