— Дай я его хоть в дорогу соберу.

Староста кивнул.

— Чтобы через час его меченной ноги тут не было.

— Руки, — поправил я старика. — Меченной руки, но я понял.

Встал, ноги держали еле-еле. Торген повёл меня к выходу. Оглядывался по сторонам, местные жители смотрели со страхом, злостью, брезгливостью. Ладно, будем разбираться по ходу. Как же я не люблю такой подход. Куда лучше когда можно всё спланировать, но выбора нет.

Зашли в кузню. Внутри она оказалась грязной, бутылки везде — пустые, разбитые. Воняло железом и перегаром. Торген тут же бросился собирать вещи, суетится. Виноват видимо перед пацаном, чьё тело я занял.

Я подошёл к источнику тепла. Грелся, потому что всё ещё трясло.

— На, вот, переоденься — бросили мне какие-то штаны, рубаху, накидку и ботинки.

Поймать не смог, руки ещё не двигаются нормально. Вещи упали на пол. Поднял. Посмотрел на свои руки: тонкие, слабые, кожа да кости. Похоже предыдущий пацан не очень хорошо питался.

Ничего, исправим эту ситуацию, мяса нарастим, кости укрепим и связки. План: жрать больше, тренироваться, качаться.

Пока я переодевался с окоченевшими пальцами (штаны натягивал минут пять, наверное), Торген собирал мешок. Клал туда хлеб, вяленое мясо, флягу для воды — кожаную, потёртую.

— Меч есть? — спросил, натянув наконец рубаху.

Он кивнул и достал из угла старый короткий меч. Даже отсюда видел какой он: ржавый, лезвие тупое, с зазубринами. Рукоять шаталась, обмотка истлела. Но это лучше, чем палка.

— Карта есть? — голова начала соображать, холод отпустил.

В новой местности без карты никуда. А то я ни страны не знаю, ни где мы находимся.

— Нет — покачал головой Торген. — Но есть дорога на север, по тракту. Неделя пути и выйдешь.

— Куда? — повернулся к нему.

— К развилке. Там дальше пути разные, в города, в деревни.

Кивнул, хоть что-то. Направление есть: север, тракт, неделя. Запомнил.

Торген смотрел на меня и молчал, а потом вздохнул тяжело.

— Дарл… Прости что так вышло. Я должен был вчера тебя защитить, но…

Мужик посмотрел на бутылки в углу. Да понятно что ты вчера делал — бухал. Не знаю кто он такой точно, но судя по всему какой-то родственничек, что приглядывал за пацаном. А тут я на три дня пропал, вот он и ушёл в штопор.

— Не твоя вина — улыбнулся.

— Я обещал твоему отцу… присмотреть за тобой.

— Отцу? — переспросил.

У этого тела есть родители? Хоть в другой жизни семья будет. Кстати где она? А то меня в колодец, а они даже не пошевелились.

— Моему брату Сальду — шмыгнул носом Торген. Глаза покраснели. — Не повезло ему в жизни, жена при родах умерла. Ты слабым рос, отставал в развитии. Мальчишки издевались, называли идиотом, дураком, а он всё терпел. Потом и он сгинул от твари.

Блин, и в этой жизни я сирота. Что ж, не привыкать, но хоть какие-то родственники у этого тела есть. Дядя — это уже что-то.

— Зря ты пошёл на болота, Дарл — покачал головой дядя. — Зря пытался доказать мальчишкам, что ты не трус и слабак. Всего этого могло бы и не случиться.

Слушал, а в голове крутилось: Идиот ты, Дарл! Не жилось тебе спокойно. Пошёл что-то доказывать мальчишкам и из-за этого помер, а теперь я вынужден хрен пойми куда идти.

— Ты изменился, племянник — сказал Торген после паузы. Смотрел на меня внимательно. — Говоришь по-другому, двигаешься по-другому, взгляд другой.

— Метка… — пожал плечами. — Что-то сделала или… Потому что я ночь в ледяном и вонючем колодце просидел, пока ты бухал.

А что я ему ещё скажу? Мужик, племяш твой — идиот помер на том болоте, и теперь в его хиленьком тельце живёт мужик из другого мира? Да ещё и божок один постарался, чтобы мою… а что он запихнул в Дарла? Мою душу? Память? Сознание? Хрен его знает.

Мне дали мешок, меч, нож и запасную рубаху. Можно сказать что живём, хоть не с голой задницей по миру пойду.

Дверь открылась и в кузню зашла Марта. В руках узелок завязанный тряпкой.

— На вот, — протянула она. — Мази для ран, используй дважды в день. Утром и вечером.

Взял, а узелок то тяжёлый. И правда травами пахнет. Смотрел на неё, а она на меня.

— Мать твоя моей ученицей была, — сказала вдруг. — Хорошая девка, ладная, послушная, умная. Я ей должна. В кого ты таким дураком вырос?

— Спасибо — кивнул, а что тут ещё сказать?

Она наклонилась ближе. Шепнула, чтобы Торген не слышал:

— Иди на север, у развилки сверни налево и придёшь…

Дверь распахнулась, там теперь стоял староста Велдан и трое мужиков с вилами.