Хайцгруг был не только смел и отважен, но ещё и не дурак, поэтому рядом с ним шагали два здоровенных бойца, орк и эльф.

В первый момент Хайцгруг поднял древко со штандартами побеждённых орочьих кланов высоко над головой. Показывая их лесу, как символ новой силы в этой местности и права беспрепятственного прохода. Когда он устанет, а таскать эту бандуру — нелёгкий труд, то передаст её одному из «флагоносцев» и они по очереди будут переть её на марше.

Логика была проста, флаги двигались перед колонной, чтобы если кто-то увидит, понимал, по какому праву мы тут ходим все из себя красивые и неограбленные.

Это при условии, что «кто-то» проскользнёт мимо эльфийских патрулей. Эльфы были уверены, что это невозможно, хотя имели приказ лазутчиков кланов не трогать. Присматривать, но дать возможность им подойти к колонне «незамеченными» и увидеть наш проходной билет.

Я не спорил с эльфами, но считал, что скорее всего, орки в своём родному лесу очень даже могут потягаться с эльфами в незаметности и внимательности.

Колонна двигалась. Тяжёлая, размеренная поступь тысяч пар ног приходилась по лесной почве.

Тракт шёл вверх и вниз, временами телеги застревали в низинах, где под слоем иголок были лужи и влажный грунт. Тогда ближайшие пехотинцы без команды подхватывали и перетаскивали телегу вперёд. Движения привычные, никаких задержек.

Воин ко всему привыкает. Несмотря на усталость и то, что Лес пугал нас всю ночь своим концертом, бойцы начали адаптироваться и к жутковатому Лесу.

Штатгаль шёл открыто, да и не было возможности спрятать армию. Я был согласен с Леголасом в том, что одиночки могут проскользнуть по Лесу, особенно по окраинам, но любой крупной группе тут ни спрятаться, ни скрыться.

Первая встреча произошла через час.

Разведчики заметили их и пропустили. Из-за густых зарослей папоротника прямо на тракт, то есть открыто, вышли трое орков. Невысокого роста, плотно сбитые, одетые в одежду из шкур с мехом. Там, где тела были не прикрыты курками, виднелись следы татуировок и раскраски, а также и шрамов.

Увидев нашу колонну, они замерли как статуи. При этом орки ни в коем случае не выглядели испуганными. Чувствовалось, что за их показной медлительностью прячется способность за пару секунд скрыться в кустарнике. После чего без помех сбежать, так что тут их никто не поймает, не причинит вреда.

Их взгляды не сходили с Хайцгруга и древка в его руках. Несмотря на царящую под сенью Леса полутьму, они прекрасно рассмотрели трофейные знамёна.

Я наблюдал за ними через Рой, подключившись к одному из солдат в головном дозоре.

Один из них, видимо, старший, шагнул к орку Хайцгругу:

— Это знамя нашего клана!

— Да, — глухо ответил Хайцгруг. — Мы пользуемся правом победителя, чтобы идти к замку Шершней.

Лесной орк неопределённо пожал плечами, но спорить не стал.

— Никто в этой части леса не оспорит ваше право идти к проклятому месту, орк, -нейтрально ответил местный.

Более ничего не поясняя, не представляясь и не прощаясь, шагнул с тракта в глубину леса. Его товарищи последовали за ним.

Орки исчезли беззвучно, словно их и не было.

Этот момент не остался незамеченным. По всей колонне шептались, информация в виде короткого слуха постепенно перемещалась от головы колонны к хвосту.

Я видел, как расправляются плечи у моих солдат. Усталость и напряжение ночи сменились чем-то вроде надежды… Что сегодняшний день пройдёт без нападения… Что шанс получить из лесной чащи орочью стрелу, если и сохранился, то здорово уменьшался.

— Смотри-ка, — пробасил рядом со мной Мурранг, один из братьев-квизов. — Они поклонились флагам. Признали нас.

— Они не кланялись, — не согласился с ним дотошный Хрегонн. — Они уступили дорогу и подчинились своему закону Леса. Это другое.

— Да какая разница? — хмыкнул Мурранг. — Главное, что не лезут на рожон.

Солдаты видели не тонкости орочьего лесного этикета. Но главное в том, что нас восприняли, как реальную силу. А ещё слова Хайцгруга публично обозначили нашу цель — замок Шершней.

Через несколько часов марша Хайцгруг поднял руку, останавливая колонну. Мы свернули с тракта, который сам по себе дорогой был с большой натяжкой, на едва заметную тропу, ведущую вверх по склону. Штатгаль приближался к своей цели.

Колонна двигалась, насколько это возможно, быстро и я рассчитывал, что сегодня наш марш закончится.

Лес начал меняться. Деревья стали чуть реже и ниже, под ногами всё чаще попадались камни, поросшие мхом. Воздух стал суше.

Идти стало труднее потому, что если тут когда-то и была дорога, она заросла сотню лет назад. Эльфам пришлось перестроиться, выдвинув вперёд дополнительные двойки разведки. Первый полк пропустил сапёров, которые, недовольно бурча, прямо по ходу движения выбирали путь для телег, рубили под корень некоторые деревца.