Аскет низко поклонился.

Оставшись одна, Сестра Холодных Ночей оглядела темную, мерзкую пещеру и покачала головой: за что К'рул предпочитает эти забытые, пустынные места, было превыше понимания.
– К'рул!
– крикнула она, подняв лицо, - Приди ко мне! Проклятие! Ты знаешь, почему!

Вероятно, значимость вопроса была столь велика - или пламя гнева столь горячо - что ей пришлось ждать ночь, день и еще ночь. За время бдения дрова подносились усердно, она замечала все растущую толпу аскетов, отшельников и пилигримов - все стояли, разинув рты, у входа.

Она ходила у костра взад и вперед, не садясь, сжимая руки за спиной, тревожно посылая чувства на поиски возрожденного присутствия. Но всё было тихо. Как не похоже на них!

Сестра Холодных Ночей развернулась - и он был тут, сгорбился под грязным капюшоном перед жалким огнем. Женщина чуть не наткнулась на бога ногой.
– Вот и ты! Ты предвидел это? Да?

Голова под капюшоном качнулась.
– Да, Сестра.

– Телланн пробужденный?

– Да. Я...

– Худшее из того, что я могла бы вообразить?

К'рул умоляюще воздел руки.
– Прошу, Сестра. Выслушай меня...

Сестра Холодных Ночей сложила руки на груди, резко кивнув. Подавила гнев, но сила ее была столь велика, что пламя вспыхнуло, а пол под ногами задрожал. Камни полетели с рваного свода, пыль выплеснулась из устья пещеры.

Со стороны толпы донесся ропот восторга.

– Сестра, - начал К'рул, - уверяю, наше согласие были искренним. Мы решили, что пора оставить позади ветхие вендетты и священные войны. Знаю, тебя особенно волновали Джагуты, оставшиеся равнодушными к уговорам.
– Он восхищенно качал головой.
– Они... сложный народ. Но спроси себя: можно ли окончить конфликт, если одна сторона скрывается?

– Это был мир!

К'рул снова покачал головой: - Всего лишь передышка.

Сжимая руки, она сердито оскалилась.
– Это катастрофа для всех рас. Возрождение древних конфликтов. Не обманывайся! К'чайн и Форкрулы заметили, будь уверен!

– На то и надежда. Никто не посмеет остаться в стороне. Перемены всегда трудны и рискованны - но лишь так можно двигаться вперед. Согласна?

– Польется кровь.

– Да. Неизбежно. Под вопросом судьбы всех - моя в том числе.

Сестра скептически подняла бровь.
– Даже твоя? Трудно поверить.

– Посмотри на себя.

Она вздохнула, опуская руки, и принялась расхаживать.
– Я решилась на это многие века назад, брат.

После долгого молчания - лишь потрескивало пламя - К'рул мягко сказал: - Твой путь будет тернист.

– Я готова.

– Тогда мы закончили.

Она вежливо кивнула.
– Поистине. Перед нами много работы.

– Всего доброго, сестра.

– И тебе, брат.
– Она сделала жест и пропала в вихре пыли.

К'рул начал как бы выцветать, бормоча: - Лишь бы это стоило усилий... твоих и моих.

Только через день и ночь четверо аскетов решились войти в пещеру. Обнаружив лишь пустоту, они удивленно переглянулись и принялись молиться.

***

Шелк стоял за бойницами западной стены Хенга. Не на посту, просто в последнее время завел привычку дышать свежим воздухом и размышлять. Приказ Защитницы снял торговые ограничения, и путники толпами валили по Великой Дороге в Квон и Тали; река также не жаловалась на недостаток судов. Прежде он проводил бы время во Внутреннем Круге, в одном из модных заведений с уютным двориком, весело проводя вечер с дочками или женами богатых торговцев или обедневших аристократов.

Но мысли его все время возвращались к Шелменат. Привычные развлечения и знакомства потеряли прелесть. Стали гнилыми изнутри. Даже отвратительными.

Она превратилась в затворницу, отвергая общество. Даже его. Маг тяжело вздохнул и отряхнул пыль с белого шелкового рукава. Что же делать?

– Привет, маг!
– заревели снизу; Шелк уставился на улицу. Там были двое сотрудников - городских магов, косматый великан Королл и Дымокур, владетель Теласа.

– Что такое?
– промолвил он со вздохом.
– Снова мелкие колдуны - воры на рынке?

Великан раскатисто захохотал.
– Не. Я пришел прощаться.

Шелк выпучил глаза.
– Чего? Погоди.
– Он понесся к лестнице.

Найдя магов ожидающими внизу. Смущенно поднял глаза на Королла.
– Тебе дано задание на стороне?

– Нет, нет.
– Здоровяк был в привычных бесформенных одеждах, почти лохмотьях, посох в могучей руке.
– Не задание. Путешествие. Меня призвали на север. К моему народу.

Шелк смутился сильнее. Он не особенно задумывался, к какому народу принадлежит Королл. Эти, как их? Теломены?
– Твой народ живет на севере?
– Мысль ударила его.
– Постой! Ты Фенн?