Первым в коридорчик заглянул Песков, он не знал, что, собственно, искать — откуда ему было знать, что в этом доме было раньше, что появилось, что исчезло, вещи ему ничего не говорили, это были просто вещи, он пытался понять их, дотрагивался пальцами до книг в кабинете, настоящие бумажные книги, такие сейчас мало кто держит дома, разве что подарочные издания или отпечатанные по индивидуальному заказу, а эти были старыми, начала века, по книгам можно было сделать далеко идущие выводы о характере самого Чистякова и о том, чем он занимался до того, как... Разве есть что-то более интимное, чем книги? Еще записи на флешках, но их-то невооруженным взглядом не разглядишь, а книги — вот они, обложки выставили. «Неоднозначное мироздание», «Человек и квантовый мир», «Вселенная, которой нет», «Структура реальности». Знакомо. И это тоже: «Инфляционные и гиперинфляционные модели», хорошая книга, но устаревшая, вряд ли Чистяков ее перечитывал, по корешку видно...

— Лида, — сказал Песков, наклонившись, — посмотрите. Это не вы оставили?

Лида вошла в коридорчик и посмотрела из-за плеча журналиста. На чистом дощатом полу отпечатались следы грязной обуви. Раз, два... Восемь довольно четких отпечатков, грязные обводы, вода, похоже, высохла, грязь затвердела. Обувь мужская. Размер небольшой — тридцать девятый, скорее всего.

— Господи, — пробормотала Лида.

— У вас есть туфли Сергея Викторовича? — спросил Песков. — Нужно сравнить.

Лида вышла в прихожую и вернулась, неся правую туфлю, старую, поношенную, но чистую, блестящую даже.

— Это еще что? — удивилась Надежда Федоровна, заглянув в коридорчик. — Послушайте! Я здесь утром подметала!

— Точно? — спросил Песков. — Именно сегодня?

— Сегодня!

— Ну вот, — удовлетворенно сказал Песков. — Между прочим, ведут следы в стену. Надо бы с той стороны посмотреть. Что там?

— Моя спальня, — прошептала Лида.

— Я там смотрела, — сказала тетя Надя. — За стенкой Лидочкина кровать, под нее, правда, я не заглядывала, но на полу ничего...

— А ведь это классика, — улыбнулся Песков и дотронулся до Лидиного локтя, она отдернула руку, улыбка показалась ей сейчас неуместной, она подумала, что на самом деле журналист попросту испугался — не так он улыбался еще недавно, угощая ее в кафе. — Тут вам и исчезновение человека, можно сказать, из запертой комнаты, и следы, ведущие из ниоткуда в никуда, предметы появляются из ниоткуда и пропадают. Мистика... Только настоящего привидения не хватает. Слава богу, здесь не Англия, нормальная подмосковная дача, а не средневековый замок, так что обойдется без привидений, и это...

Он не договорил. Надежда Федоровна вскрикнула и толкнула Лиду, девушка пошатнулась и упала бы на Пескова, но уперлась рукой в стену и обернулась...

Призрак уже уходил — медленно шел к противоположной стене коридорчика, в полумраке видно было плохо, хотя привидение, как и положено, светилось, оно было серым, дрожало, то ли от холода, хотя день был очень теплым, то ли из-за каких-то физических причин, свойственных потустороннему миру, но не действовавших в обычной реальности. Секунды через две призрак погрузил в стену сначала вытянутые вперед руки, потом вошел целиком и исчез с тихим, но отчетливым треском, будто порвался кусок плотной ткани. Песков, стоявший дальше всех, почти ничего не увидел за спинами Лиды и Надежды Федоровны, но ему почудился странный запах. Сначала он решил, что это запах ладана, — чем еще могут пахнуть настоящие привидения? — но почти сразу вспомнил: это был легкий запах озона.

— Накаркали, — пробормотала Лида.

Песков прошел мимо женщин и прикоснулся ладонью к той части стены, куда вошел призрак. Показалось ему или на самом деле стена здесь была теплее? Могло и показаться, он не стал бы сейчас доверять своим ощущениям.

— Там, — спросил он, — с той стороны... что?

— Ничего, — покачала головой Лида. — Сад. Дорожка к воротам. Вы... мы по ней пришли.

Песков открыл входную дверь (свет снаружи проник в прихожую, будто вода сквозь пробоину в корпусе пролилась в трюм корабля) и вышел в сад. Солнце, склоняясь к закату, лежало на облачной подушке над кронами деревьев. Ничего здесь не было такого, что могло принадлежать миру призраков.

— Помогите, — попросила Лида, когда Песков вернулся в прихожую. — Тете Наде плохо.

Надежда Федоровна сидела за кухонным столиком, подперев руками голову, и тихо стонала.

— У вас есть что-нибудь выпить? Водка? Коньяк? — спросил журналист.

— Вам? — не удержалась от иронии Лида.

— Мне потом, — отмахнулся Песков.

— Если у нее сердечный приступ...

— Нет у нее приступа, — отрезал Песков. — Можете мне поверить. Испуг — да. А вы не испугались?

Лида достала из холодильника початую бутылку «Смирнова» («Для компрессов держу», — пробормотала она), и Песков налил немного в чашку. Поставил перед Надеждой Федоровной, и она выпила одним глотком. Себе журналист налил в ту же чашку чуть побольше и тоже выпил. Вопросительно посмотрел на Лиду, наливать не стал и опустился на табурет рядом с тетей Надей, которая смотрела теперь вполне осмысленно и о чем-то напряженно думала.

Лида села у противоположного края стола.

— Кто это был? — подала голос Надежда Федоровна и добавила: — Налейте еще водки, Игорь. И... в холодильнике салат, Лида, достань, пожалуйста.

— Кто-нибудь, — сказал Песков, когда овощной салат был разложен по тарелочкам, а остатки водки разлиты по стопочкам, которые Лида достала с верхней полки кухонного шкафчика, — кто-нибудь может сказать, как выглядел этот... это... Я стоял далеко, увидел только свечение и неопределенный контур.

— Это точно не был дед, — сказала Лида. — Дед выше. И у этого... на голове было что-то вроде шляпы. И, по-моему... — Лида задумалась, вспоминая. — Да, мне кажется, это была женщина. На ней было платье... Мне так показалось.

— Женщина, — подтвердила Надежда Федоровна. — Платье я тоже видела. А шляпы не было. Высокая прическа.

— Вы даже прическу разглядели? — удивился Песков.

— Так он... она была от меня, как вы сейчас.

— Странно, — добавила Лида. — Такое ощущение... Вроде это было только серое свечение, без деталей... И в то же время я вспоминаю даже фасон платья: приталенное, с широким подолом, высокий воротник. Я видела только сзади, но мне почему-то кажется, что глубокое декольте... высокая шея, а шляпа... может, действительно прическа.