– О! Юноша, вы проснулись! – дверь бесшумно отворилась и в комнату вошел служитель храма, крупный человек, средних лет. – Очень своевременно. Одевайтесь, ваша госпожа не захочет ждать.

– Моя госпожа?

Зан безотчетно поднял правую руку. Ее покрывала татуировка. Но не та что прежде. Белая. На серой коже смотрелось очень контрастно.

– А кто же еще? – всплеснул руками служитель храма. – Вам, юноша, оказана большая честь! Быть стражем белой жрицы невероятно почетно. Особенно для такого как вы.

Зан вздрогнул, закрыл глаза, пытаясь осознать услышанное и пережидая пока сердце перестанет стучать в ушах.

Он жив.

Страж белой жрицы. Значит Лавиния всё-таки провела призыв. Случилось невероятное. На призыв явилась белая жрица, не черная. Теперь он принадлежит ей.

Только белая жрица – незнакомка. Не та, с кем он хотел бы быть.

И Лавиния… Белая жрица не поможет ей с местью. Все кончено.

Лавиния конечно упряма. Она может купить еще одного раба, но …

Зану казалось, что он задыхается.

Смешно. Опытный воин. Пережил всех своих врагов. А готов взорваться из-за глупой девчонки, которую знал меньше двух недель.

Зан сжал кулаки и стал повторять мантру, знакомую с детства. Это помогало, пока рядом не раздался хриплый голос:

– Юноша, не время предаваться мечтаниям. Одевайтесь или я поведу вас к вашей госпоже, как есть.

– Прекратите! – зло ответил Зан, не открывая глаз.

– Что прекратить? – растерянно спросил служитель.

– Называть меня юношей. Я старше вас как минимум вдвое.

– И что? По меркам темных эльфов вы юноша! Ишь гонора сколько! Пообломает тебя жрица! Ох! Натерпишься горя! Благодарным надо быть, что она тебя в стражи записала, а не в рабы!

Переход на «ты» и острая зависть, прозвучавшая в голосе служителя, стали для Зана последней каплей.

Он развернулся и прорычал прямо в лицо мужчине:

– Так пойду. Пусть госпожа сразу оценит, что приобрела. Веди.

Служитель не посмел спорить с ним, только покачал головой и посмотрел на него как-то иначе. С сочувствием что ли. С сочувствием к дроу. Да, так Зан ему и поверил.

Они быстро прошли по узким коридорам храма. Явно не парадным. Слишком много чести для дроу.

Служитель оставил его в ничем не примечательной гостиной комнате. Потухший камин, диван, немного обшарпанные стены. Все это выглядело даже менее богато, чем келья, в которой он проснулся.

Зан не успел решить позволено ли ему сесть на диван. Узкая дверь с другой стороны комнаты отворилась и впустила жрицу.

На ней был дорожный костюм темных цветов, но ворот и рукава были отделаны белой вышивкой и глаза у нее были светлые, почти белые, что сильно контрастировало со смуглой кожей и рыжими волосами. Она была высокой женщиной с идеально прямой спиной и уверенным взглядом.

Зан чувствовал исходящую от нее силу, как и от других жриц, что ему доводилось встречать.

Он опустился на колено, склоняясь перед ней. Но с досадой думал, что никаких теплых чувств и влечения она не вызывает. Даже подчиняться ей не хотелось, как бывало с некоторыми эльфийками, которым он служил. Придется переламывать себя. Снова.

– Встань, страж.

Голос у жрицы оказался мягким и нежным. Но это ничуть не спасало ситуацию. Поднявшись на ноги и посмотрев ей в глаза, Зан испытал еще и волну отторжения. Вот теперь ему становилось страшно.

Надо отдать должное! У Лавинии вышла отличная месть.

Ему следовало бы злиться на нее, но вместо этого его переполняло беспокойство. Где она? Что с ней? Как она теперь будет жить? И хуже всего, что он не знал имеет ли право задавать эти вопросы.

– Почему тебя выбрали в качестве жертвы для призыва? – спросила жрица.

Зан растерялся. Она не знает? Его беспокойство о Лавинии усилилось.

– Я причастен к преступлению, ко многим на самом деле, – Зан хмыкнул, не зная, как лучше объяснить. – Но для моей госпожи имело значение только убийство ее семьи, а я дроу, который был там. Кажется, этого было достаточно для алтаря.

– Это не полный ответ, – спокойно сказала жрица, – но я приму его. Ты знаешь, что значит служить жрице?

– Меня готовили к этому, но я не успел выучить ваш язык, госпожа.

– Это не самая большая проблема, многие стражи не знают язык или знают не тот, – она улыбнулась каким-то своим мыслям.

Зан посмотрел на нее внимательнее. Ее вопросы и поведение были странными. Она не подходила на иномирянку, только что попавшую сюда и изучающую правила. Он ошибся? Чего-то не знал?

– Госпожа, сколько времени я был без сознания? – осторожно спросил он, проверяя границы дозволенного.