И то верно. Я вздохнула и принялась распутывать завязки на своем платье. Благо Пламя не требовало одеваться исключительно в белое. У меня в сумках кажется было одно такое платье для церемоний, но я не надевала его после первой недели, когда меня всему учили. Белая одежда слишком непрактична. Но и смелости носить мужской костюм, как делали большинство жриц, во мне не было.

Зан считал, что иномирянка на моем месте не стала бы возиться с длинными юбками и вероятно был прав. Но так я чувствовала себя собой.

– Тебе помочь? – Зан уже стоял рядом со мной в одних подштанниках.

– Помоги, – вздохнула я, отдаваясь в теплые заботливые руки мужчины, который казалось не умел уставать.

Одежда упала к моим ногам и я легко залезла в глубокую ванную. Оценила ее размер и поймала Зана за руку:

– Присоединишься?

Такие приглашения он получал не каждый день, и от его улыбки каждый раз ёкало что-то внутри.

День был не таким изматывающим, как я ожидала, и до этого мы были несколько дней в дороге, так что я была в настроении развлечься.

Некоторое время мы просто сидели друг напротив друга наслаждаясь горячей водой и пышной пеной. Невинные прикосновения будоражили, но все еще могли оставаться просто лаской.

– Как думаешь, чего хочет мэр? – спросила я слегка поддаваясь вперед, чтобы намочить и помыть волосы. Моя грудь поднялась над водой, но пена в основном все скрывала.

– Он знает, что ты белая, так что вряд ли попросит убить соседа. Скорее хочет больше урожая.

Его рука соскользнула с бортика, холодные пальцы нащупали мою лодыжку и стали мягко массировать.

– Или он хочет лекарство от мужского бессилия, – хмыкнула я, другой ногой безошибочно находя нужное место и убеждаясь, что у Зана такого недуга нет, провела стопой по стволу и хмыкнула: – спорим на желание?

– Так не интересно. Я в любом случае выиграю, – он опустил вторую руку в воду погладил лодыжку и потянул вверх, поднимая мою ногу так, чтобы она уперлась ему в плечо. – Исполнять твои желания одно удовольствие, Лавиния.

Он придвинулся ближе и поцеловал мое колено. Я еще раз опустила голову в воду, чувствуя как Зан поддерживает меня и глядя в потолок предположила:

– Скорее всего, он хочет чего-нибудь для себя. Привязать покрепче жену, или омолодиться… или если он изворотлив, то что-нибудь пострашнее: подчинить кого-то, или усмирить непокорную дочь…

Белые жрицы не так сильно отличаются от черных, как мне казалось, и некоторые люди умели подобрать слова так, чтобы просьба выглядела приемлемой. Приходилось принимать это как данность и балансировать, осторожно выбирая кому можно отказать.

Зан почувствовал, что мои мысли уплыли в сторону, а в груди разлилась едкая злость. Отвлекая меня, он провел ладонями по моим ногам, улыбнулся и коварно потянул меня на себя.

– А я побуду оптимистом. Предположу, что он попросит облегчить боль старушке-матери или вылечить жену от бесплодия.

Я устроилась на его коленях и зарылась пальцами в мягкие волосы, не расплетая косы, но все же портя прическу. Такой способ отвлечения был мне по душе.

– Дроу-оптимист, – хмыкнула я упираясь лбом в его лоб, – надеюсь, что ты выиграешь этот спор.

Я поцеловала его медленно, нежно, приглашая в эту чувственную игру, надеясь забыть обо всем. Он следуя моему ритму отвечал мягко. Его руки легли мне на спину, опустились к бедрам. Тёплая вода качнулась, дополнительно лаская кожу.

Он подтянул меня ближе. Моя грудь коснулась его, и я услышала, как меняется его дыхание. Пены между нами уже не осталось. Кожа к коже, я прижалась еще сильнее, слегка подвигала попой, намекая, что готова, и Зан не стал томить меня.

Его крепкие руки держали меня так, будто я могу улететь, бросить его, раствориться, хотя это вообще-то он умел шагать через тени, и он уже один раз чуть не оставил меня.

Всякий раз вспоминая об этом, я только сильнее вцеплялась в его плечи или в волосы, смотря что было ближе.

Но в этот момент между нами не было настоящей злости или борьбы. Наоборот тягучая всепоглощающая нежность. Его мягкие волосы ласкали мои пальцы, губы покрывали поцелуями шею и грудь, пальцы скользили по спине и бокам. Горячая вода плескалась вокруг нас, кажется это я ее грела и испаряла. Ну и пусть!

Из глубины поднималась волна тепла, и я сжала его плечи сильнее, ускоряясь, поймала момент, когда меня настигла вспышка. Зан привычно зажмурился, прижимаясь лицом к моей груди, он тоже дрожал, разделяя удовольствие и пережидая, когда Пламя в моих глазах погаснет. Оно всегда было готово пожрать нас обоих, под видом ровного, чистого сияния.