— Именно, шеф!

«Шеф» хмыкает и задаёт резонный вопрос:

— А они тут не передерутся?

— Каким образом, шеф? — недоумевает Гризли. — Они же статуи!

«Шеф» снова хмыкает — на этот раз недоверчиво, и они уходят. Наступает наше время.

«Фрейя» величественно поворачивает ко мне голову и заносчиво вздёргивает носик. Своим носиком делаю то же самое плюс небрежный отстраняющий жест. Вызов принят.

Кульминационная сцена

Под музыку в среднем темпе Ледяная сходит с пьедестала и движется по дуге в мою сторону. С вращением. По пути, вплетая в общий рисунок, делает одиночное фуэте. Три раза. Останавливается в эффектной позе, загнутая рука поверх головы, вторая внизу на уровне живота встречным жестом. Одна нога упирается оттянутым носком в пол. Не помню, как называется эта позиция в балете. Там развитая и сложная терминология.

Фуэте я тоже умею. А рисунок танца другой. Основан на широких круговых движениях ногой с общим вращением. Мы пока работаем на среднем уровне, батманы (взмахи ногой) не больше девяноста градусов. Принцип постепенного наращивания сложности и эффектности надо соблюдать не только на тренировках. На сцене тоже. Уверена в этом.

Разумеется, ни одного шага в простоте мы не делаем. Игра руками и всем телом, джайвовые выбросы ног под музыку, всё в наличии. В целом у нас получается некий компот из балльных танцев и гимнастики.

Зал затихает. Ждут, что будет дальше. О, что-то будет!

Следующий наш попеременный проход украшен поворотами аттитюд. Красиво, но не очень сложно. Свою траекторию Вика заключает равновесием планше. До идеальной вертикали не дотягивает. Немного, но не дожимает. Всё равно очень красиво — при её-то точёной фигурке.

Зато я не только добиваюсь вертикального положения маховой ноги, а чуточку больше. При этом сумела крутнуться на один оборот. Зал захлопал. Один — ноль в мою пользу.

Наш поединок продолжается.

«Фрейя» выходит из себя. Но, разумеется, не из сценария. Её движение, расцвеченное лёгкими танцевальными пируэтами, если грубо, то маршировка. Только солдаты на парадах ногу даже до пояса не поднимают, а Вика выше головы.

Однако у меня — в этом раунде мы соблюдали симметрию — растяжка лучше. Если Вика выходила в вертикаль на пределе своих возможностей, то я свой вертикальный шпагат вывожу в угол больше развёрнутого.

Хлопали нам обеим сразу, так что не поймёшь, кому больше. Но я-то знаю, что счёт становится два — ноль. Этот элемент как бы не самый простой из всей программы, но чрезвычайно эффектный. Аплодисменты начинают напоминать приближающуюся грозу.

Дальше нас ждут сложности.

Начинается проход — у обеих примерно одинаковый — с заднего равновесия, затем каскад танцевальных па и гимнастических поворотов, и заканчиваем равновесием планше. Почему бы и не повторить один из красивейших элементов.

Фрейя злится, я торжествующе улыбаюсь. По сценарию, конечно. Но и так приятно, без заранее задуманного. Я же лучше!

Наступает кульминационный момент. Мы решили проблему прыжка жете не только повышением прыгучести. Между нашими пьедесталами стоит низенькая подставка. Хотели сделать пружинящую, как мостик для прыжков в спортзале, но не успели. И вот теперь изюминкой наших проходов становится тот самый прыжок. Сначала Вика в мою сторону, затем я в её. Зал замирает, сильно надеюсь, от восторга. Здесь я тоже превосхожу Вику. В верхней точке я на долю секунды как бы проваливаюсь вниз, но ноги уходят в отрицательный угол. Позже посмотрю запись, но задумка в том, чтобы «зависнуть» в высшей точке, как бы зафиксироваться.

Судя по личным ощущениям, удаётся. Второй раз то же самое, но прогнувшись назад. Жёстковатое приземление получилось на этот раз, но зрителям не заметно. Теперь стоим лицом к зрителям, и Вика выбрасывает свой козырь. Работа руками.

Удар ниже пояса! Я только начало освоила, а Вика демонстрирует виртуозную работу, когда руки напоминают завихрения яростной метели. Останавливаюсь в этот момент, дожидаюсь конца и ухожу на место. Делаю на последних шагах стойку на руках со шпагатом и выхожу из неё уже вплотную к пьедесталу. Надо бы прямо на него, но он слишком высокий, не было времени отработать. На последнем отрезке Вика небрежно делает поворот аттитюд.

Замираем. Выходит «директор музея» Яша Зильберман с брюзгливым видом и выговаривает своему подобострастно склонившемуся помощнику:

— Почему местами их перепутали?! Афродита по плану здесь, Фрейя — там! — в раздражении тычет пальцем. Да, это мы с Викой «перепутались».

— Простите, шеф, случайно получилось, — Гризли зовёт ещё одного, прибегает Артём.

Нас переставляют на свои места. Тоже трудный для нас момент: надо жёстко соблюдать неподвижность статуй. Зато за эти роли парни чуть не передрались. Бросали жребий. Среди самых крепких.

2 ноября, суббота, время 17:40.

Лицей, актовый зал.

— У меня внутри всё сжалось от тишины после нашего ухода, — шепчет Ледяная.

Сочувственно улыбаюсь. В жизни так бывает. Работаешь над чем-то, выкладываешься досуха, ждёшь оглушительного успеха, а результат нулевой. Или неубедительный и очень обидный пшик. Бывает и наоборот. Просто развлекаешься, выстраиваешь нечто легко и без особого напряжения. И вдруг тебя с головой накрывает волна успеха.