Идеальный наблюдатель.

Рядом разгорался скандал.

У входа в гильдию стоял командир того самого отряда. На лице — злость, растерянность и попытка держаться хоть немного уверенно. Его окружили разъярённые торговцы, включая представителя гильдии, судя по красноречию и массивной цепи на груди.

— Ты обещал! — почти визжал один из купцов. — Обещал мясо молодого дракона, а привёл... ничего! Где туша? Где клыки? Где шкуры?!

— Сделка с богачом под угрозой! — рявкнул второй. — Ты подвёл главу гильдии!

Командир поднял руки, будто отбиваясь:

— Я ничего не обещал! Я передал информацию, которую мне же и продали, — процедил он сквозь зубы. — И ещё не заплатил за неё, между прочим. Мне сообщили о драконе в аномалии, я пошёл проверить. Вышли мы быстро, чтобы не терять людей, когда не нашли даже следа! Может, информация была ложной, может, кто-то добыл тушу до нас. Но дракона там больше нет.

— Мы в тебя вложились! — напирал представитель гильдии. — У нас сделка с человеком, которому нужны тонны мяса! А теперь мы выглядим как шарлатаны!

Командир только сплюнул в сторону:

— Это вы подписали контракт на то, чего у вас не было. Надеялись, что мы всё добудем. Не вышло? Ну, теперь выкручивайтесь. Я вам ничего не должен.

Толпа загудела ещё громче. В воздухе повисло напряжение, как перед бурей.

Я хмыкнул про себя. И всё же… забавно. Один слух, пара правильно подобранных слов — и весь город уже трещит по швам.

Мясо молодого дракона, оказывается, выросло в цене в нескоро раз.

Но вместе с ценой — вырос и риск. Теперь сдать его тихо не выйдет.

Придётся быть осторожнее. Очень осторожным.

Следующие три дня город жил на грани нервного срыва. В гильдии торговцев — паника. Лица у старших — серые, глаза дёргаются, каждый третий ходит с зажатыми в кулаке успокоительными амулетами. Казалось, ещё чуть-чуть — и кто-то из них выкинет одного из своих же в окно, просто чтобы сбросить напряжение.

Я, тем временем, обитал в тени. Днём — в образе бродяги, крутился у рыночных прилавков, слушал разговоры, пил дешевый кисло-сладкий настой, ел что попало. Ночью — возвращался в комнату богатого купца, где, по мнению всех, я и должен был сидеть. В роли богача я появлялся редко, но с эффектом.

Уверенная походка. Невозмутимое выражение лица. Пара лениво брошенных слов в адрес главы гильдии, небрежный интерес —

— «Как дела с заказом?»

— «Когда могу рассчитывать на выполнение?»

— «Уж не подвели ли вы мою репутацию?»

Глава гильдии вытирал пот со лба, вытягивался в струнку и говорил:

— Всё под контролем, господин. Осталось всего ничего. Через два дня — всё будет.

Конечно будет. Обязательно. Где-нибудь. В мечтах.

Тем временем в подворотнях и лавках обсуждали только одно — драконье мясо.

Я сидел на площади, прикидываясь грязным фокусником, и слышал, как два молодых торговца ругались возле бочки с водой:

— Говорю тебе, я дал два ядра за полтора кило! А сейчас он просит три за один!

— Так спрос бешеный! Все с ума посходили!

— Ты вообще видел этого купца? Я один раз мельком взглянул — у него плащ из ткани, что сама светится, и сапоги с зачарованной подошвой. Такие даже главы городов не носят!

Чуть позже в переулке я слышал, как пожилой торговец со злыми глазами говорил своему приятелю:

— У меня уже две сотни килограмм. Думаю, сегодня ещё достану с десяток. Ядра третьей ступени летят, как листья по осени. Зато если сдам всё — куплю себе место в совете.

— Если сдадим, — усмехнулся второй. — А вдруг он передумает? Или… передумает жить?

Они переглянулись и замолкли.

Хм. Похоже, некоторые готовы идти на всё, лишь бы не прогореть.

Да, ставки выросли. Цена — почти та, что я обозначил. Интерес — выше крыши.

Но вот что по-настоящему приятно — паника гильдии.

Их лица… стоят дороже любого мяса.

Я сидел у фонтана в тени, жуя жареный орешек, который купил у старика с повозки. На вкус — как прогорклый хруст, но жевать было приятно. Смотрел, как торгаши бегают туда-сюда, переговариваются, шепчутся. Паника в гильдии росла — и это меня радовало.

Некоторые из них начали скупать мясо дракона дороже, чем цену, что я же сам и озвучил в образе богача. Значит, поняли: сделка крупная, и шанс урвать кусок от жирного пирога — последний. А кто-то, похоже, вообще задумал перепродажу уже купленного — вот это особенно греет душу. Всё, пора.