В последний момент я уловил запах какой-то химии. Вот ничего не было, и вдруг… будто бы мел или известняк. Странно. Минуту назад, когда я оглядывался и принюхивался, вообще ничего похожего не наблюдалось. Может, с улицы?

Выйдя наружу, я вдохнул тёплый воздух. Оказывается, в доме старухи царила прохлада. В нос ударили десятки разных запахов деревни, но ни один из них не походил на тот, что я учуял в доме.

Всё это казалось настолько странным, что в задумчивости я не заметил, как дошёл до площади. Похоже, я шёл прямиком к центру. Ноги почему-то сами несли меня туда.

Здесь симметрия концентрических кругов нарушалась. Площадь оказалась застроена совершенно хаотично. Правда, зданий было-то всего ничего — четыре. И все они стояли так, будто неизвестный архитектор старался максимально несимметрично заполнить площадь строениями.

Самое большое строение оказалось чем-то вроде администрации. Это было ясно по тому, что одежда на входящих и выходящих оттуда людях была значительно опрятней, чем у мастеровых. Уверен, мастерство здесь в почёте, но не работать же в парадной рубашке?

Сюда же, в администрацию, шли явно не для возни в грязи. Здесь решались вопросы, важные для всей деревни. Думаю, что где-то здесь же обитал пресловутый Староста, который, по словам Хрона, мог вышвырнуть меня из деревни на верную смерть. Раньше мог. Сейчас, если узнает о моём даре, уже не вышвырнет. Но стоит ли рассказывать всем о чудом обретённом корне, я ещё не решил.

Вход справа облюбовали люди в кожаных доспехах. Значит, тут и была тусовка Стражей.

На меня посмотрели с подозрением, но не остановили, когда я направился прямо к широкой двери.

— К брату пришёл? — спросил парень с соломенной копной волос и редкими топорщащимися усиками подростка, который хотел выглядеть старше.

Меня явно узнали. С одной стороны, это хорошо — не выгонят. С другой плохо — Геб будет в курсе, что я его не послушал. Уж он-то сразу поймёт, что мне здесь нужно.

— Угу, — буркнул я, стараясь не выдать того факта, что я совершенно не представляю, где нахожусь.

— А его нет. В карауле.

— Можно я посижу, подожду его?

— Да пожалуйста! Вон там в углу есть место, — ответил парень.

Я прошёл туда, куда мне указали. Сам же осматривался, стараясь разобраться в планировке.

Ничего замысловатого здесь не было. Несколько больших комнат, соединённых коридорами. Ряд комнат чуть поменьше. В них, как правило, кто-то находился. На моё счастье, здесь не было Барака или кого-то из его прихвостней. Да и Геб, явно вернётся не с минуты на минуту. Иначе бы меня предупредили.

Сначала я заметил коридор без окон, уходящий вглубь здания. Оттуда тянуло прохладой и несло неприятными запахами. Может быть, там расположен туалет, но сдавалось мне, что это заведение где-то на улице. А здесь — те самые застенки. Не станут же выпускать задержанных каждый раз, когда кто-то из них захочет справить нужду?

Убедившись, что рядом никого нет, а те, кто есть в соседней комнате на меня не смотрят, я шмыгнул в коридор.

Здесь было сумрачно. Не скажу, что прям вырви глаз, но видимость слабая. Я коснулся ладонью стены и пошёл, держась за неё. Глаза привыкли к темноте, стало проще.

Несколько поворотов, и вуаля — решётка на двери. А за ней стандартный быт арестантской камеры: лавка, два деревянных ведра, и горка соломы. Негусто.

Охраны не видно. Видимо, другого выхода кроме коридора, здесь не было. А из комнаты, откуда шёл коридор, пришёл я только что. Там обитали двое Стражей воинственного типа, но я выбрал момент, когда они куда-то вышли.

Посреди камеры стояла девушка и смотрела на меня в упор.

Такая же тощая, как я. Высокая, с меня ростом. Сероватая кожа, но это уж как заведено. Волосы не мытые, спутавшиеся, но видно, что подстриженные, собранные в недлинный хвост. Цвет глаз в полумраке не разберёшь, но мне не до них сейчас было.

Зато взгляд чуть надменный, словно смотрит на мешающую ей пройти жабу.

Из одежды — юбка почти в пол. Такие в деревне носили многие женщины. И плохо скроенная нательная рубаха с большим треугольным вырезом и без пуговиц, так чтобы можно было надеть через голову.

Рубашка и подол юбки были перемазаны засохшим чёрным. Неужели кровью? Похоже. Потому что на голове, лбу и шее девушки имелись серьёзные ссадины. Некоторые раны были довольно свежими, не затянувшимися.

— Юджа?

— А тебе чё надо? — грубо, вопросом на вопрос, ответила девушка.

А действительно, что мне надо? Я пришёл узнать, нет ли внутри неё нашего космодеса? Но как об этом спросить? Не напрямую же. Спрошу, а она меня потом сдаст. Или нет? Впрочем, если её приняли за сумасшедшую, то вряд ли поверят тем бредням, которые она может нести. Похоже, я ничем не рисковал, спрашивая прямо.