Шрифт:
[Яд дикого топольника нейтрализован.
Состояние тела: неудовлетворительное
Состояние духа: удовлетворительное]
Ага. Хоть что-то стало лучше. Странно, что голос не сказал про духовный корень. Хотя если его наполненность не изменилась, то чего мне мозг загружать?
— Ты тут?
Геб склонился надо мной и махал перед носом ладонью. Я и не заметил, как он подошёл.
— Всё в порядке. Уже в порядке.
Меня отпускало. Слабость уходила. Ноги и руки вновь наливались силой. Пусть силы в них и было-то пара капель.
— Отлично.
Геб немного помолчал.
— Уверен, что яд дал тебе Барак?
Вот так с места в карьер? Ну, ладно. А что я хотел?
— Нет. Но он точно знал о яде.
— Слушай, братец, я не мог оставить тебя смертью помирать, но теперь и ты должен мне помочь.
— Я готов.
Геб снова скривился. У меня сложилось впечатление, он не слишком рад, что спас меня. Хотя нет. Он ведь отреагировал так, когда я сказал, что вот-вот умру. И назвал его братом. Видимо, в нём, и впрямь, остались тёплые чувства к непутёвому родственнику.
— Это хорошо. Но твоя задача рассказ рассказать в подробностях, кто и при каких обстоятельствах дал тебе яд. Я должен знать всё, будто сам видел это своими глазами.
— С чего это?
Я не против говорить. Но зачем такие подробности? Тем более что я ничего не помню и не знаю.
— С того, что тебе никто не поверит. А дело тут такое… — Геб почесал затылок, словно задумавшись, стоит ли меня посвящать во что-то. — От этого грёбаного яда в последнее время умереть умерло несколько человек в деревне. Староста поручение поручил Страже — разобраться. Пока в курсе лишь единицы, но ни у кого нет никаких зацепок.
Глава 5
Умерли несколько человек. Ага. Я не первый. Но в чём суть? Я очень хотел помочь Гебу со всем разобраться, но пока сам не понимал ровным счётом ничего. Да, помочь хотел. Брат всё-таки меня спас. Да ещё подставившись. Не сомневаюсь, что при случае такой гнилой человек, как Сотар, припомнит это Гебу. И что-то подсказывало мне, что применение силы, может быть даже магической силы, в отношении человека — должностное преступление для Стражника. Стража — защищает от порождений Леса. Это опять во мне память Гана проснулась? Или я просто стал логически мыслить после того, как голова перестала рассказываться?
— Послушай, Геб. Мне и вправду нечего сказать. Хозяин кабака сказал мне утром, что я должен ему три дзи. Может, он что-то знает?
Геб схватился за голову, но тут же выпрямился. Похоже, он устал переживать каждый раз, когда узнает о моих косяках — косяках брата — если быть точным.
— Это Хрон?
— А?
— Хозяин кабака — Хрон?
Чёртова память Гана на этот раз молчала. Хрон? Да хоть Фанес! Плевать!
Я просто описал мужика, которого встретил утром. Геб кивнул, соглашаясь, что это Хрон.
— Значит, ты с кем-то был у Хрона?
— Видимо. Но я ничего не помню. Ещё, Геб…
— Погоди! Надо идти к нему и выяснять, что там случилось. И тебе стоит заняться отдачей долга. Три дзи на дороге не валяются.
— Я в курсе, — буркнул я. Не люблю, когда меня перебивают. — Отдам, как только заработаю.
— Ага, — с сомнением произнёс Геб. — Ладно, я сам отдам.
— Нет! Я это сделаю!
— Прости, брат, я это слышать слышал от тебя слишком часто, чтобы поверить.
— Я…
А что я? Я изменился? Так говорит каждый, кто врёт об этом. Недаром Геб мне не верит. Ган наверняка говорил это часто и продолжал делать, что делал. Но я не Ган! Точнее, не совсем Ган. И я-то слово сдержу. Но сейчас вопрос не в том. Я действительно изменился, и это даже не про меня внутри пацана. А про…
— У меня появился духовный корень, — выпалил я на одном дыхании.
— Ты всегда говоришь, что отдашь и никогда этого не… ЧТО?!
Я улыбался. Произведённый эффект был очень мощным. Геб даже присел на лавку.
— О чём ты говоришь? — наконец, подавив сомнения, спросил он.
— О том самом, брат. О том самом.
— Так не бывает. Ты снова врёшь? Разыгрываешь меня? Зачем? Я понять не пойму, что ты хочешь…
Геб уже говорил сам с собой. Он старался понять, что я задумал, а я просто молчал, ожидая, когда брат закончит и я смогу хоть что-то пояснить.
— Ты же вышел сегодня за пределы деревни и сразу… из Леса…
Он вспомнил это, резко переключившись. И тут же замотал головой, погрозил мне пальцем.