— А зачем? Если мы станем на одном из центральных холмов, любое направление даст примерно один и тот же результат. В этом нет необходимости, они просто попрут в лоб, прямо в центр нашей обороны. А мы построим укрепления, примерно, как делаем каждый вечер, но только на холме, используем местность на полную катушку. Конницу туда не кинешь, лишим их главного козыря, заставим атаковать под обстрелом катапульт и луков.

— У нас не настолько много лучников, босс, чтобы остановить сорок тысяч, — мрачно заметил Мурранг.

— Ну да. Но мы даём это сражение вынужденно. Если отобьём атаку, выиграем время

— Время для чего? — спросил Хрегонн. — Для чуда?

— Для переговоров, — закончил я. — Или для ночной вылазки, которая навяжет им ночной бой, для чего мы задействуем орков.

— Мы отказываемся от Эркфурта? — уточнил Фаэн.

— Да, так мы сыграем по их плану, окажемся возле тех долбаных дубов на равнине под ударами конницы, — ответил я. — Эркфурт был целью промежуточной, но он мешает нам достичь основной — победа и выживание.

Утром многотысячная колонна, до этого упрямо ползущая на север, свернула лагерь на час раньше и стала перестраиваться, меняя направление движения. Наступила короткая, почти осязаемая пауза. Я видел, как солдаты и офицеры поднимают головы, как ряды поворачиваются к своим командирам. Если не считать мой ближний круг, воины не знали деталей. Они не знали о сорокатысячной армии, о ловушке, о безвыходности нашего положения. Но они поняли, что наши планы резко поменялись.

И затем армия пришла в движение. Это было похоже на то, как поворачивается гигантская змея. Без паники, без криков, без суеты. Голова колонны, защищённая лёгкой конницей, двигалась вперёд, эльфы разведки ушли во все направления, армия пошла.

Направление поменялось и впереди нас ждал не стандартный дневной марш, а приблизительно 2/3 от него.

Мы больше не шли на север. Мы шли на запад просто потому, что я решил, что это наш единственный шанс спрятаться на этой долбаной равнине.

Двигаясь на коне, я поравнялся с взводом троллей. Всегда спокойные и неторопливые, гиганты тоже поддались всеобщей нервозной обстановке.

— Босс! — поприветствовал меня Тайфун.

— Да, друг-тролль?

— А почему мы больше не движемся на север?

— Врать не буду, нас ждёт сражение, и мы перемещаемся в место его, скажем так, проведения.

Тролль кивнул. На его лице не отразилось никаких сомнений ни в наших действиях, ни в нашей победе.

— Скажи мне, Тайфун, а у тебя не было в последнее время каких-то откровений, предсказаний, вещих снов?

— Вещих снов? По ночам в Лесу Шершней мне снились странные сны.

— О, как! И что тебе снилось?

— Я не запоминаю сны, босс. Но мне кажется, во сне меня кто-то о чём-то уговаривал, словно пытался позвать в поход, в путешествие.

— Да? А ты? Соглашался?

— Нет, босс, мы же на войне, я уже в походе, ну какой ещё другой?

— Хочешь сказать, что ты помнишь об этом и во сне?

Тайфун неопределённо пожал плечами.

— А что в твоём народе говорят про титанов? — сменил тему я.

— Говорят, что титаны создали сам этот мир и населили всеми, кто живут в нём, а боги убили их. Прости меня, босс, но представления о титанах у людей и у троллей сильно отличаются. Для нас они скорее герои древности, для вас страшные монстры. Многие тролли верят, что мы потомки титанов.

Я пожевал губу. После сражения в столице Бесплодных земель Тайфун словил магическое истощение и, вместе с тем — перерождение. По словам Бреггониды в нём начала пробуждаться новая магия и, вероятнее всего, он становится титаном. В целях безопасности ни я, ни старая ведьма никому, в том числе и ему это не рассказывали.

Внешне Тайфун не особенно поменялся, только пожаловался однажды, что пластинчатый доспех (а доспехи у всех троллей изготовлены под конкретный персональный размер) стал ему мал.

Гномы заменили ему часть элементов и больше мы к этой теме не возвращались, но вот поменялся ли он в магическом плане и что важнее, заметят ли это боги?

Богам, той же Анае я тоже не спешил рассказывать, Фомир и Бреггонида считали, что если эти высшие сущности решат, что в Тайфуне пробуждается кровь титанов, то на всякий случай похитят его и убьют.

За суетой войны я забывал об этом, но маленькая Этна с глазами, в которых светились россыпи крошечных звёзд, Тайфун, упоминания о мёртвых богах, странные предсказания Морриган — были факторами, которые могут оказать на мою судьбу очень существенное влияние.