— Свернем дальше направо. Дорога через болота идет, — сказал Брюнет.

Дитрих кивнул, а Хугбранд вернулся к наемникам.

Идти через болота было хорошей идеей. Обойти со стороны в таком месте сложно, а напасть в лоб — узко.

— Вот надо же тебе было в самый неподходящий момент, — сказал Хуго со вздохом. — У меня еще час в запасе был.

— Тебе бы хватило пяти минут! — сказал Ражани, и наемники разом загоготали.

— Да пошли вы, мать вашу! — сплюнул на землю Хуго. — У меня, может, любовь!

— Твои чувства обманывают тебя, — сказал Армин-Апэн.

— Да что ты знаешь?!

— Не верь своему сердцу, когда говоришь о шлюхе, — с грустью сказал Ражани, покачав головой. Наемники переглянулись: у старшего сержанта была история, и в ней было немало горя и разочарований.

В то же время мыслями Хугбранд был в схватке с убийцами.

«Я едва смог их заметить. И не смог достать одного. Просто исчез, будто не было его», — думал дёт, шагая рядом с Хуго.

Мысли понеслись по предыдущим сражениям. Тролль, бесконечные бои в горах, битва с стратигом Наксием — сейчас Хугбранд понимал, что ему всегда чего-то не хватало. Разумеется, опыта.

«Но что я буду делать, если столкнусь с сильным врагом?».

На развилке наемники свернули направо, и уже через полчаса с обеих сторон темнела вода.

Заболоченная земля, покрытая редкими кочками, поднималась на локоть в высоту и опускалась секунд через пять. Спустя полминуты это повторялось. Когда наемники увидели болото, у каждого возникла одна и та же мысль, которую первым озвучил Хуго:

— Оно дышит.

Земля ритмично поднималась и опускалась — и слева, и справа. Все было настолько странно, что наемники инстинктивно подались друг к другу.

— Я слышал об этом, — сказал Армин-Апэн, и кто-то облегченно вздохнул. — Живая земля.

— Она и правда живая? — нервно спросил Хуго.

— Никто не знает, — пожал плечами Армин-Апэн. — Она поднимается и опускается, в остальном — болото как болото.

— Тогда нечего дрейфить, волчья рвань! — рявкнул Ражани, и наемники отпрыгнули друг от друга.

Земля была не только «живой». От нее исходило тепло, казалось, что наступил уже второй месяц весны. Идти рядом с болотом оказалось приятно, и скоро наемники расслабились.

Местами росла трава, а прямо у дороги — редкие деревья. Хугбранд все еще думал над своей проблемой, когда взгляд зацепился за грибы.

Красные шляпки с белыми точечками — мухоморы ни с чем не перепутаешь. Они росли совсем рядом, в пяти шагах от дороги, прямо на границе между дышащим болотом и устойчивой землей.

— Ты куда? — спросил Армин-Апэн.

— Недалеко, — ответил Хугбранд.

Он знал, что нужно делать с мухоморами, ведь рос среди дётов. Сорвав все три гриба, Хугбранд вернулся, а Хуго спросил:

— Ты же знаешь, что их есть нельзя?

— Знаю.

Других вопросов Хуго задавать не стал. Наемники прошли еще миль пять, когда раздался мужской крик:

— Эге-гей! Помогите!

Кричали с болот. Отряд резко остановился, и Хуго первым озвучил общие мысли:

— Хараф?

Наемники посмотрели на Армин-Апэна и Хугбранда — главных экспертов по троллям.

— Не слышал, чтобы они жили на болотах, — сказал дёт.

— Тоже, — кивнул блондин.

Переглянувшись, наемники задумались. Тогда Ражани сказал:

— Пошли отсюда. Не наше дело. Что вообще живет на болотах?

— Много разного, — уклончиво сказал Армин-Апэн.

Никто не хотел туда идти. Да и как? Если бы не любопытство, наемники давно бы ушли.

— Следы, — сказал Армин-Апэн, и все подались к нему.

На болотистой земле и вправду виднелись следы от мужских сапог. Кто-то пошел в сторону крика, явно зная, как выбирать дорогу.

— Ну, точно не хараф, — заметил Хуго.

— Я пойду, — сказал Хугбранд.

— Да ты чего, надо оно тебе?

— Интересно, — пожал плечами дёт. — Кто еще?

— Я, — кивнул Армин-Апэн.

— Эх, и я, — махнул рукой Хуго.

Но неожиданно вызвался еще один человек. Он даже ничего не сказал, просто шагнул вперед.

Никто не знал его имени. Только прозвище — Болтун. Болтун не был немым, но разговаривал так редко, что о нем порою забывали. А еще Болтун пусть и был низковат, зато был крепко сложен, да и лицо его — грубое, почти квадратное — говорило о характере наемника.

Среди «Стальных братьев» Болтун славился, как следопыт. Часто он помогал найти дорогу или укрытие в горах, просто показав рукой.