— Никого нет, — сказал Брюнет, вернувшись в дом.

— Закрой нас здесь.

Только в безопасности Дитрих смог успокоиться. На его лице появилась ухмылка, золотыми зубами отражая свет лампы.

— Я благодарен тебе, Брандо. Ты спас меня! Ха-ха, разве это не удача, что я нашел тебя?

— За такое можно и отблагодарить, — сказал Хугбранд невозмутимо.

— И ты прав, черт возьми!

Дитрих бросил на стол кошель монет.

— Я не дам таких денег Брюнету, потому что он работает на меня. Я хочу, чтобы ты работал на меня, Брандо.

— Телохранителем? — спросил Хугбранд, забирая деньги. — Своим людям вы столько не платите за спасение.

— А другого шанса это сделать у тебя и не будет, — хмыкнул Дитрих. — В том числе телохранителем, Брандо. Моим доверенным лицом. Барон не предлагает, он требует. Но я вижу твою ценность, Брандо, вижу, что ты ценная фигура, которую я обязан поставить на доску. И есть кое-что еще. Когда ты дрался с харафом, то бросил вызов. Я не знаю дётский, зато я услышал знакомое имя, Брандо. Если Хугбранд мне ничего не говорит, то очень похожее на твое имя Хугвальд — очень даже.

Хугбранд не сделал ни единого движения. Раньше он бы дернулся к оружию, но сейчас лишь ждал продолжения. Тяжелый переход через горы закалил дёта, дал ему холодную сосредоточенность, которой так не хватало раньше.

«Я могу убить его», — подумал Хугбранд. Смерть Дитриха была бы быстрой. Потом пришлось бы иметь дело с Брюнетом, но потом — это потом.

— Не смотри на меня так, мой дорогой Брандо, — сказал Дитрих, откидываясь на спинку кресла. — Это останется между нами. Знаешь, а я встречал Хугвальда — видел издалека. Выходит, ты его сын?

— Верно, — медленно произнес Хугбранд.

— Хочешь отомстить за отца? И наверное, за остальных тоже?

— И за дружину, — согласился дёт.

— Кровавый — нелегкая цель, знаешь ли, — усмехнулся Дитрих.

Сердце, казалось, пропустило удар. Дитрих знал того, кто виновен в смерти дружины.

— Кто такой Кровавый?

— Император Лефкии, Марк Третий Кровавый.

— Марк Третий…

Его Хугбранд помнил. Улыбчивый, добродушный мужик со слегка кучерявыми волосами. В глазах маленького Рысятко цезарь Марк был душой компании, пусть некоторые и сторонились третьего сына императора. В Лефкии нет правил престолонаследия, трон занимает не старший сын, а тот, которого выбрал император. Но двор знал: император Коринх выбирает между первым и вторым сыновьями.

— Не знал?

— Думал, что кто-то из знати, — ответил Хугбранд. — Теперь все ясно.

Подстроить смерть императора и дать приказ убить дружину могли и не наследники. Но учитывая, что к власти в Лефкии пришел именно Марк, виновного найти было просто.

— Ты ошибся, Брандо, — сказал Дитрих. — Ты нелепо пытаешься делать вид, что из Лиги, сражаясь, как дёт. Знающие люди сразу заметят. Скажи, что ты дёт, Брандо. А я поддержу тебя. Скажу, что нанял северного варвара — кто ж не поверит богатому и экстравагантному барону Дитриху Канбергскому?

Хугбранд давно понял, что позывы к роскоши напоказ — это всего лишь игра. Дитрих был умным мужиком, умнее многих. И он хорошо умел создавать нужный образ.

«Соглашаться — опасно. Не соглашаться — еще опаснее», — подумал Хугбранд.

— Я предлагаю хорошую плату. Две серебряных в день — деньги приличные.

— Зачем я вам?

— Как телохранитель, как офицер, как боец, в конце концов, — пожал плечами Дитрих. — Но знаешь, я ценю верность. Я верю в Рудольфа, которого вы называете Брюнетом. И раз я предлагаю особый контракт тебе — как насчет заключить его так, как заключают дёты?

Хугбранд удивленно уставился на барона. Мало кто знал о клятве Эйдуру, да и кто вообще в Лиге знал о богах дётов?

— Это серьезная клятва, — ответил Хугбранд.

— Что ты хочешь? — развел руки в стороны Дитрих. — Скажи свою цену.

Хугбранд долго не думал.

— Хочу дружину.

— Хорошо! Будет тебе дружина! — усмехнулся Дитрих. — Сегодня мы набрали людей — станешь их старшим.

— Дружина — это не толпа наемников.

— Разбирайся дальше сам. Я дам тебе людей, остальное — твои проблемы.

Хугбранд кивнул. В тот день, возле Жемчужины Дракона, он опозорился. Теперь все было иначе, ведь Хугбранд стал хладнокровнее, а главное — он узнал наемников. Познакомился с каждым, знал их имена, повадки и то, на что они способны в бою.

— Я хочу ответную клятву, — сказал Хугбранд, поднимая глаза. — Эйдуру.

— Да хоть всем богам мира, — рассмеялся Дитрих. — Предавать тебя не собираюсь.

Достав кинжал, Хугбранд провел по ладони. Дитрих протянул руку, и дёт оставил на ней такой же разрез. Резко схватив своей ладонью ладонь барона, Хугбранд расположил кинжал над сплетенными руками.