— Что такое?

— Тебя зовет к себе старший сержант Ражани. Сказал, что дело важное, мешкать не стоит. Ну… Не совсем так сказал.

— Я понял, — кивнул Хугбранд, устало вставая на ноги.

После ночной битвы все тело ныло от нагрузок. Болели руки, ноги, спина — Хугбранду казалось, что, поспав, он успел превратиться в старика.

Старший сержант командует сотней. Если точнее — десятью сержантами. Поэтому звание старшего сержанта нельзя давать кому попало даже в таком сброде, как «Стальные братья».

Раньше старший сержант Ражани был для Хугбранда голосом. Грубым, громким, изобретательным на ругательства. Теперь Ражани предстал перед наемником Брандо во всей красе, сразу дав понять: для старшего сержанта это далеко не первая компания.

Он был смуглым, а каштановые волосы отливали блеском пота. Половину головы закрывала кожаная пластина — сержанту Ражани когда-то пробили череп. Белыми неровными мазками лицо пересекали два старых шрама — один на лбу, другой чуть ниже рта. Но важнее всего была холодная уверенность опытного бойца, которая пронизывала, как зимний ветер.

В одной руке старший сержант держал кружку с элем, сидя на ящике, а другой опирался на глефу. В «Стальные братья» Ражани пришел не с двумя серебряниками — или хорошо поживился на поле боя.

— Боец Брандо, — сообщил о себе Хугбранд.

— А, волчья рвань, вот и ты. Мне сказали дать тебе выспаться — радуйся, — ответил Ражани. — Приказ командования — ты теперь сержант первого знамени.

— Это как?

— Гад ты речной, а не наемник! Сержант первого знамени — первый сержант в сдвоенной десятке.

О двойных десятках в «Стальных братьях» Хугбранд не слышал. Командование зачем-то сделало усиленное подразделение, а главным поставили бойца Брандо.

— Кто второй сержант?

— Армин-Апэн. Твой знак. С завтрашнего дня — новое жалование. Будешь получать свое и для своей десятки, можешь посылать второго сержанта. Для тебя я — почти что император. Вопросы?

— Какое жалование?

— Восемьдесят.

— Зачем двойная десятка?

— Для особых тактических задач, твою мать! Остальное завтра.

Назначение было внезапным. Затеял это сам Дитрих, все было понятно. Но Хугбранд надеялся, что его не будут трогать какое-то время и оставят на должности простого наемника, чтобы не мозолить глаза знати. У Дитриха, очевидно, были на него другие планы.

Двойная десятка — пятнадцать бойцов из-за недобора после штурмов. На то, чтобы перезнакомиться со всеми, ушло минут десять: Хугбранд почти никого не запомнил. С десяткой Армин-Апэна все было ясно, у второй десятки не осталось сержанта — погиб вчера.

— А почему мы теперь двойная десятка? — спросил кто-то.

— Для особых тактических задач… твою мать, — ответил Хугбранд.

Когда простые бойцы разошлись, подошли двое — Армин-Апэн и Хуго Шуго.

— Поздравляю, поздравляю! Может, и мне местечко найдешь? — спросил последний.

— Поздравляю, — кивнул блондин. — Что случилось вчера?

— Да, мы думали, что тебя казнят, а потом сказали, что перепутали с кем-то другим. Где был? — спросил Хуго.

— Я взял стену.

— Что?

— Ночью. Это я убил дозорных.

— Да кому ты чешешь?! — возмутился Хуго.

Пришлось пересказывать весь ночной бой. Хуго слушал с открытым ртом, Армин-Апэн тоже был в шоке. На моменте боя против воина с огненным мечом блондин неожиданно сказал:

— Ты столкнулся с ним.

— С кем?

— Стратиг Наксий. Говорят, он приехал ночью, чтобы возглавить оборону.

В иерархии Лефкии Хугбранд разбирался лучше, чем в иерархии Лиги. Стратиг — серьезное звание, отражающее не знатность, а роль. Обычно стратиг мог командовать крепостью или районом, и то, что Хугбранд столкнулся с одним из стратигов, холодило кровь. Теперь было ясно, откуда и хорошее снаряжение, и отличная выучка, и баснословно дорогой стихийный камень. Хугбранду повезло выжить — стратиг мог легко его убить.

Армин-Апэн знал куда больше, чем положено сержанту. Поговорив немного с товарищами, Хугбранд выдвинулся на поиски товара.

Что-то «Стальные братья» успели продать. Что-то придержали, но поменяли решение, когда выпивка подошла к концу. Лучше времени для торговли было не найти.

Переступая пьяные и спящие тела, Хугбранд крутил головой и подсаживался к бойцам, заметив добычу. Где-то через полчаса он нашел пехотные цепи — примитивную пародию на доспех всего за семь серебряных монет. Две небольших металлических чашки для защиты плеч, еще две чашки — для локтей. А между ними и до кистей тонкие полоски металла, скрепленные с чашками железными кольцами. От рубящего удара может помочь — и то лишь под нужным углом. Но такая защита лучше, чем никакой.