«Сотня» Ражани свернула в сторону и двинулась к скалам. Приходилось торопиться, и люди начали уставать. Они тяжело дышали, а ноги поднимались все ниже и ниже, экономя силы.

Откуда о тропе узнало командование, почему тропу не завалили лефкийцы, Хугбранд не знал. Но враги о ней не забыли. Когда бойцы Ражани заметили неприметную расщелину меж скал, они увидели и лефкийцев.

— В строй! Сомкнуть щиты! В атаку! — прокричал Хугбранд.

Его двадцатка оказалась прямо напротив расщелины. Лефкийцы быстро поняли, что не успевают подняться, часть их развернулась и тоже сомкнула щиты, встречая наемников.

В двух шагах друг от друга враги и союзники остановились. Как части огромного механизма, туда-сюда задвигались копья, гремя о щиты. Сержанты кричали, и наемники пытались продвинуться, но лефкийцы давили в ответ.

Большинство не смотрело, куда бьет. Копьем пытались обойти щит, ударить туда, где он не прикрывает тело, но у Хугбранда был какой-никакой опыт с копьем, поэтому он бил куда прицельнее.

Тяжелый листовидный наконечник задел противнику шею, перерезав вену. Рана была смертельной, копье нырнуло вниз, порезав другому врагу ногу. Как веретено, копье двигалось взад-вперед, оставляя все новые порезы — в основном на стеганках лефкийцев.

Наемники двинулись вперед. Хугбранд стал центром клина, продавливая вражеский строй. За десять минут дёт ударил копьем столько раз, что рука начала ныть. Где-то справа Хуго смог подцепить одного из врагов алебардой, наемник оттянул щит — и в брешь ударили сразу три копья.

Врагов было вдвое меньше. Они хорошо продержались, но силы оказались неравны — и лефкийцы бросились уходить в расщелину.

Там и было начало тропы. Враги взбирались вверх, двадцатка Хугбранда — догоняла их. Победа была уже в кармане, оставалось только догнать и перебить всех.

— Вперед! — прокричал Хугбранд.

Сверху прилетел дротик, от которого дёт едва успел закрыться. Выше наемников поджидали враги — те, что поднялись по тропе еще до начала драки.

— Вперед! — вновь прокричал Хугбранд, когда увидел, что и его люди, и противники замедляются. Нельзя было останавливаться, победа была слишком близко.

Копье вошло в живот лефкийца, вспоров стеганку. Его тело упало вниз, на тропу, едва не сбив двух бойцов рядом с Хугбрандом, но дёт не обратил на это внимание. Его отряд двигался так быстро, как мог, получилось убить еще четверых, когда выше по щитам наемников ударили длинные копья.

Это были пикинеры — целый отряд с пиками, который держал под контролем весь проход. Дважды наемники попытались подняться, и каждый раз их отбрасывали. А бегущие враги уже остановились, чтобы помочь своим.

Наконечник пики попал одному из бойцов Хугбранда в горло. Это была первая потеря. Сверху посыпались камни, все те, кто убегали, стали разить наемников из пращей. Камень попал бойцу в голову — и наемник упал, покатившись с крутого склона.

«Стальные братья» были в ловушке. Враги не давали им продвинуться в узком месте, без конца атакуя камнями и стрелами.

— Надо отойти, — на выдохе сказал Армин-Апэн, прикрывая себя и другого бойца щитом.

— Вперед! — снова рявкнул Хугбранд.

Ситуация была паршивой. Но достаточно было убить двух-трех пикинеров, и вся оборона врагов рассыпалась бы. Хугбранд знал, как это работает, знал, что нужно делать.

Но его люди побежали.

— Твою мать! — яростно прокричал он. Прикрываясь щитом, Хугбранд отходил назад. Два камня попали по телу, но через стеганку дёт почти ничего не почувствовал.

В двадцатке осталось всего одиннадцать бойцов. Остальные из сотни Ражани даже не смогли сразиться на тропе, не хватило ширины, а когда бойцы Хугбранда отошли — отошли и остальные десятки.

— Почему раньше не ушли? — спросил Фонт, один из двадцатки Хугбранда, который сбежал первым.

— Ты! — прокричал дёт и с силой ударил Фонта по лицу, заставив того упасть. — Еще немного, и мы бы победили! Они почти побежали!

Хугбранд яростно смотрел на своих людей. Ответил за всех Хуго, пожав плечами:

— Кто так рисковать за десять медных будет?

Злость распирала Хугбранда. Ему хотелось выплеснуть ее, когда вдалеке раздался крик Ражани:

— Сержанты, ко мне!

Когда Хугбранд и Армин-Апэн пришли, Ражани успел отослать других сержантов, ведь те были ближе. Старший сержант посмотрел на Хугбранда и шагнул к нему со злостью в глазах.

— Ты что там устроил, твою мать? Почему ты не отвел людей, волчья рвань? Что за драки?

— Мы почти смогли…

— Что, совсем нихрена не понимаешь? Ты отстранен, боец Брандо! Сержантом первого знамени станет Армин-Апэн, а ты, Брандо — сержантом при нем. Радуйся, что сержантом оставил, тебе вообще нельзя людьми командовать, идиот. Как вернетесь, пусть бойцы сами решают, кто в какую десятку пойдет. Ушли, мать вашу, и без вашей дурости дел хватает!

К бойцам вернулись молча. Бой закончился. Армин-Апэн, как старший по званию, рассказал о решении Ражани, и бойцы обеих десяток стали по очереди выбирать сержанта.