– Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю!- Запомни одну вещь, - нагибается ко мне и обдает шею горячим дыханием, смешанным с алкоголем и табаком, теперь у тебя лишь один дом. Мой. А точнее - наш. Можешь хозяйничать, как хочешь, свободно навещать своих родителей, гулять с сестрой. Я тебе ничего не запрещаю. Но ночевать ты всегда будешь в моей кровати. Разговор закончен.

Странное покалывание возникает на шее и проходится по спине. Я вскидываю голову. рефлекторно удивляясь тому, насколько быстро он может сменить милость на «гнев».В одно мгновение умоляет о любви, а в другое - ставит ультиматум. И как ему объяснить, что настоящие чувства строятся на компромиссе, которым тут и не пахнет?Машина плавно тормозит возле ворот. Я нервно поправляю подол платья, борясь с двумя желаниями - бежать без оглядки или же зайти в дом и смело принять последствия. Мальдини открывает дверь с моей стороны и протягивает ладонь, мгновенно лишая возможности выбрать первый вариант.Рука Эрнеста на моей талии, внимательный взгляд, горящий от предвкушения, и хриплый голос, выдающий степень его возбуждения - всё выглядит чертовски правильно и донельзя жутко. Он запросто мог бы принудить меня к сексу, шантажируя благополучием семьи, попользоваться пару недель и выкинуть из своей жизни, но почему-то решил привязать к себе самыми прочными узами Боаком.И это, если быть откровенной, пугает меня куда сильнее, чем предстоящая ночь.Дом встречает нас обескураживающей тишиной. Я слышу его прерывистое дыхание за спиной, и моё тело тут же покрывается стаей мурашек. Тщетно пытаюсь успокоиться, разглядывая особняк словно в первый разПриглушенный свет создает интимную обстановку и заставляет моё сердце заходиться в сумасшедшем ритме. Блики свечей отражаются в его горящих желанием глазах, которые обводят моё тело откровенным взглядом и беснуются. Я вижу в них страсть, похоть, зверский голод и цепкое торжество. Разумеется, он чувствует себя победителем жизни. Наконец-то пришёл момент, планируемый Мальдини и выжигающий моё сознание раскаленной иглойЖалящий. Не отступающий. Жестокий. Пахнущий обреченностью.Он загоняет меня в угол и напирает, вынуждая отступать. Я нерешительно прижимаюсь к стене и тихо бросаю:- Если ты опустишься до насилия, я никогда тебя не прощу.- Пойдём. Хочу тебе кое-что показать, - непривычно мягкий баритон ласкает слух.Я послушно иду следом, изредка оборачиваясь и посматривая на дверь. Десятки зеркал, специально расставленных от порога до лестницы, преумножают сияние позолоты и серебряных нитей на моем белоснежном платьеНеловкое тепло разливается по всему телу, стоит мне подумать об усилиях, приложенных к этому дню. Эрнест позаботился обо всем. Он лично занимался организацией свадьбы, поиском одежды и превращением огромного особняка в сверкающий дворец, созданный лишь для двоих.. Сделал бы другой мужчина подобное для меня?Ответа нет, и не будет. Пока я - Эсмеральда Мальдини, мне не удастся познать настоящую любовь. Не стоит очаровываться - и тогда в один прекрасный день, когда я ему надоем, не так больно будет вкушать разочарование. Пусть я и не полюблю его, но однозначно привыкну.Привяжусь. И, судя по всему, мужчина уже медленно и плавно притягивает к себе поводок на моей шее.Мы заходим в огромную спальню. Весь пол усыпан лепестками роз, а подоконники и прикроватные столики заставлены восхитительными, пышными и крайне ароматными букетами пионов. Даже об этом он не забыл. Выбрал мои самые любимые цветы.

Мой взгляд находит роскошную кровать, в которой можно утонуть. Она застелена красными шелковыми простынями. В воздухе витают сладкие ароматы. Здесь очень жарко - в угловом камине едва слышно потрескивает огонь. Языки пламени отбрасывают свои блики на стены и горящие свечи. Яркие искры загораются в глазах Мальдини, когда он осторожно, но уверенно обнимает меня за талию и поворачивает к себе спиной.Хватается за молнию и плавно тянет её вниз. Его обжигающее дыхание касается затылка. Он хрипло шепчет:- Я не буду тебя принуждать. Дай мне всего одну ночь, и, если я тебя разочарую или сделаю тебе больно, то больше не дотронусь до тебя. Я серьезно, Эсмера. Всё, о чем я прошу - одну ночь, которая будет принадлежать только нам двоим.Эрнест говорит быстро, с придыханием:Ты вправе сомневаться во мне, и я даже могу понять, за что ты меня ненавидишь, но я никогда не желал тебе зла. Жаль, что вечно всё получается по-другому, - его дыхание становится еще более прерывистым, тяжелым.Мужчина не сдерживается и резко тянет молнию вниз. Кладёт горячую ладонь на обнаженную кожу и едва ощутимо ласкает пальцами талию, продолжая:- Ты - единственная женщина, от которой я теряю рассудок, - раздается тихий смешок, и разве можно меня за это винить? Просто посмотри, насколько ты прекрасна, - подводит меня к зеркалу и припускает нежную ткань платья, оголяя плечи.Наши отражения будто тлеют, обнажая искренние эмоции. Я не знаю, могу ли доверять его словам, и на мгновение задумываюсь, стоит ли соглашаться на одну ночь. Мальдини уже не раз доказал, что он заключает сделки только в случае абсолютной уверенности в себе.«Почему же он без колебаний идёт на такой риск?» - невольно спрашиваю саму себя.Мне жарко. Моё тело горит от ненавязчивых прикосновений, порождающих какое-то томительное волнение. Там, где я чувствую его теплые ладони, кожа словно полыхает. Меня раздирает от противоречивых чувств. И кого винить в этом?Алкоголь? Усталость? Эрнеста, который только и ждёт, чтобы я сдалась?Я поворачиваюсь к нему, с трудом удерживая себя на месте. Желание сбежать невыносимо жжёт душу, и я знаю тому причину - искренне боюсь, что мне может понравиться. Тогда всё, что мне останется - упиваться злостью и «выпивать» до дна режущие осколки ненависти.Проглатывать их и смиряться только с одной мыслью: «Как бы я ни храбрилась и ни защищалась, моё тело с лёгкостью может предать меня».Эрнест не позволяет мне достроить сотни сумасшедших догадок. Незаметным движением резко притягивает меня к себе и впивается в губы с таким напором, что в его жестоком поцелуе чувствуется что-то животное. Я пытаюсь его оттолкнуть, испугавшись жуткого натиска, но он держит до тех пор, пока я не перестаю барахтаться в крепком, почти болезненном объятии. Мой пульс дико ускоряется от электрического напряжения, буквально бьющего по обнаженной коже.

Мне чудится, что на его лице застывает гримаса мольбы. Я тут же сомневаюсь в этом, потому что Мальдини не умеет просить. Он только требует и берет всё, что захочет. Может, я лишь принимаю желаемое за действительное?Всё, что я чувствую - напористые ласки языка и его губ. Он покрывает поцелуями мои скулы, рот, шею, ключицы и предплечья. Напряжение между нами достигает пика. Становится совсем душно, в горле пересохло настолько, что каждый вдох обдирает его изнутри.Неожиданно Эрнест резко отстраняется и хватается за голову. Не смотрит на меня и старательно игнорирует мой взгляд. Говорит рывками. Охрипший от страсти голос сразу выдает его безумное желание- Знаешь, с того самого дня, когда мы впервые встретились, я вообще перестал хотеть секса.Это не самая романтичная речь на свете, но я схожу по тебе с ума. Мне буквально рвёт крышу от одной только мысли о твоем уходе из моей жизни. Я такой, какой есть. Не буду ждать, терпеливо ухаживать и отбивать порог твоего дома в надежде тебя увидеть. Мне нужны гарантии, и это - то, чем я дышу.Наконец-то наши глаза встречаются, и я замечаю искренность в его облике. Брови сведены у переносицы, под глазами залегли тёмные круги. Он старательно сдерживается и окидывает меня мрачным взглядом.Эрнест хрипло продолжает:- хочу любить тебя до потери пульса. Хочу, чтобы ты задыхалась от моих ласк и выкрикивала моё имя, - огонек смущения появляется на моих щеках, но, к счастью, полусумрак комнаты не позволяет мужчине это заметить.Я была уверена, что после заключения брака у него окончательно развяжутся руки, и он станет жестоким тираном и деспотом. И потому меня обескураживали столь резкие перемены.Казалось, он наоборот успокоился, когда понял, что я уже никуда не денусь.Ты превращаешь меня в мальчишку, которого пленила твоя красота. Стойкость.Несгибаемость. Решительность вырвать всем глотки, кто посмеет угрожать твоей семье. Мне остается лишь надеяться, что однажды ты будешь готова до последнего драться за нас.Я изучаю его профиль, и при виде четких линий красивого лица, исказившихся от душевной боли, внутри меня что-то ломается. Нерешительно подхожу к нему и, пока не передумала, быстро говорю:-Я согласна,- его брови приподнимаются от удивления. Я несмело киваю, подогревая его подозрения.«Именно. Я говорю о предложении одной ночи, после которой ты оставишь меня в покое».Его цепкий взгляд сканирует моё раскрасневшееся лицо. Он будто пытается понять, шучу я или же говорю серьезно.Пауза в разговоре достигает своего пика, и я хрипло бросаю:- Но, если ты уже успел передумать, то я...Не успеваю закончить фразу. Мужчина резко подается ко мне, стремительным и хищным жестом хватается за моё платье и тянет к себе. Его горячие губы требовательно накрывают шею, оставляя влажные следы. В бледных глазах появляется дикий блеск от едва сдерживаемого желания. Дыхание сбивается, окончательно стирая последние преграды.

Я отпускаю свои страхи, с усилием забывая о прошлом и стараясь не думать о завтрашнем дне. Пусть будет только эта ночь, словно между нами нет вынужденного брака и шантажа.Словно мы до упоения хотим погрузиться в безумие страсти и выпить друг друга до дна.Будто он - не Мальдини, а я никогда не была Кастильоне.Он бедром толкает меня на кровать и резкими, рваными движениями развязывает галстук.Торопится. Нервничает. Опасается, что я передумаю.Вслед за галстуком на пол летят брюки, пиджак, белоснежная рубашка и боксеры. Я не успеваю опомниться, как мужчина молниеносно оказывается рядом со мной и ложится сверху, придавливая к постели.Он давит близостью своего тела и не смущается наготы, в то время как я испытываю неловкость и смущённо закрываю грудь ладонью. Мои действия вызывают на его лице довольную усмешку. Мужчина заводит мои руки за голову и шепчет возле уха, попутно стягивая с меня платье:- Тебе нечего стесняться. Не смей закрываться от меня, - звучит тихий приказ, который впервые не вызывает у меня желания его послать.Зубами хватается за нежную ткань платья и рвёт её ладонями, и я невольно вскрикиваю, замечая красные полоски на своеи коже.Оно же дорогое!- Плевать. Я сдохну раньше, чем распутаю эти мудреные завязки, - отбрасывает платье в сторону.Тут же одной рукой обхватывает меня за талию и тянет нижнее белье на себя. На мгновение он замирает, впиваясь взглядом в моё обнаженное тело и ощутимо пробегаясь глазами по коже, ничего не оставляя без внимания.- Ты только моя, слышишь? Я заставлю тебя забыть обо всех мужчинах, которые касались твоего тела,- практически рычит мне прямо в лицо.Мальдини прижимается ко мне с такой силой, что кажется, будто вот-вот треснут рёбра от его напора.Впивается в шею, требовательно посасывая кожу, а затем проводит языком по мочке уха, отчего я начинаю трястись, как при тяжелой лихорадке.Его ладонь пробегает по внутренней стороне ног, вынуждая меня раздвинуть их еще шире.Поднимается выше и резко прижимается к самому чувствительному месту, вызывая неосознанное желание прогнуться в спине. Начинает водить пальцами, нарочито медленно и в то же время напористо. Специально, чтобы я прониклась каждым его движением.Я так часто о тебе думаю, что скоро могу возненавидеть тебя за это, - насмешливо улыбается. Его губы бесцеремонно накрывают мою грудь, в то время как ладонью Мальдини играется с соском. Обводит ареол и тянется к лону.Стоит ему дотронуться до чувствительного участка кожи, как я тут же вижу торжествующую улыбку.Я знаю, почему он улыбается. Влага на его пальцах ясно доказывает то, что я тоже его хочу.Безумно. До боли. На грани.

Эрнест хрипло смеется:Я победил, сокровище моё, - и без предупреждения входит в меня. От неожиданности я вскрикиваю и впиваюсь ладонями в шелковые простыни, совсем теряя голову.

Его движения резкие. Ритмичные. Грубые. Напористые.Он таранит моё тело и языком, и членом одновременно. Заставляет задыхаться от немилосердных ласк. То замедляется, едва выравнивая дыхание, то снова жестко вбивается в моё тело, резко вколачиваясь бедрами.Я абсолютно теряюсь в его горячих ласках, чувствуя какую-то аномальную эйфорию. Мозг отключается, и всё, что мне остается - тонуть в сумасшедших ощущениях похоти и зверского экстаза.Этой ночью он так и не оставил меня в покое. Стремительно переходил от грубости к нежности и заставлял захлебываться от безумного танца наших тел, вновь и вновь сливающихся воедино.Терзал губами и языком каждый участок моей кожи, вырывая хриплые стоны и крики. Истощал меня до полуобморочного состояния, и, только когда я устало прикрыла глаза, не в силах двинуться с места, перекатился в сторону и лег рядом.Последнее, что я запомнила - его хриплый шёпот и лёгкий поцелуй в плечо:- Ты проиграла.

Мне очень жарко, словно искры от камина полностью покрыли плечи и с удовольствием жгли нежную плоть. Я даже дышу тяжёло и крайне медленно. Невыносимо хочется пить. Шёлковые простыни прилипли к телу и, казалось, полыхали от назойливого солнца, проникающего сквозь прозрачные занавески.Нерешительно оглядываюсь, с трудом приходя в себя. На часах - семь утра. Еще очень рано. Даже удивительно, что я практически выспалась.Несколько минут тихо лежу, боясь потревожить Эрнеста. Одна его ладонь покоится на моей груди, а вторая свободно свисает с кровати. Я впервые вижу настолько расслабленное лицо Мальдини. Твердые губы изогнулись в намеке на улыбку. Невольно вспоминаю, чем мы занимались этой ночью, и как он вырывал из моего рта хриплые стоны, и тут же покрываюсь краской недовольства и стыда. Лёгкие вибрации пробегают по коже, отправляя к голове тревожные сигналы.Я сделала это - переспала со своим главным врагом. И мужем в одном лице. Больнее всего осознавать, что он выполнил своё обещание. Я не чувствовала никакого дискомфорта и на несколько часов просто забыла собственное имя, которое жгло горло и терзало душу.Эсмеральда Мальдини. Как пафосно и неестественно.Жутко, потому что этой ночью мы вели себя, как настоящие молодожены - не могли насытиться друг другом. Я абсолютно отключила мозг, отвечала на его требовательные ласки и сама подавалась бедрами вперед, не в силах ждать, когда Эрнесту надоест целовать мою кожу.Боже, о чем я думала? Вчера его предложение звучало так логично - всего лишь одна ночь, которую я просто должна перетерпеть. Обычный секс, никаких чувств.Однако всё произошло совершенно по-другому. Его сильные ладони не причиняли боль, а чувственно проходились по моему телу, посылая сотни электрических зарядов, сводящих с ума. Это настоящее безумие. После бесконечной сексуальной «пытки» я чисто физически не смогу его ненавидеть.В этом и заключался план Мальдини? Найти путь к моему сердцу через изголодавшееся по ласкам тело?Я резко мотаю головой, отгоняя все глупые мысли. Слишком много думаю. Через день или два всё забудется, и я с легкостью вернусь к нашим привычным отношениям. К ненависти, отточенной неделями лжи и шантажаНеожиданно его ладонь медленно опускается на живот, и я вздрагиваю, испугавшись, что сейчас он откроет глаза, и я увижу насмешливую улыбку, которая будет кричать: «Повторим?».Задерживаю дыхание и тихо встаю с кровати, чувствуя жуткое облегчение - мужчина до сих пор спит. Надо быстро принять душ, охладиться, выпить кофе и уехать домой. Я еще не готова к разговору с родителями, но риск того, что они узнают обо всем из третьих уст, слишком велик. Придется взять себя в руки и показать обручальное кольцо - клеймо принадлежности Эрнесту.

Если выгонят - что же, я дам им время остыть. В конце концов, я всё же надеюсь на то, что наши крепкие семейные узы преодолеют любые преграды, и рано или поздно они меня поймут.

Наивная.

Стоит мне подняться с кровати, как я тут же чувствую лёгкую тяжесть в теле, приятную усталость и саднящую боль между ног. Подхожу к зеркалу и хмурюсь, разглядывая количество красных отметин на коже.Да уж. Мальдини всё сделал для того, чтобы я не смогла забыть эту ночь.Мне требуется несколько минут, чтобы найти своё нижнее белье. С поиском одежды труднее,- вчера на мне было только свадебное платье, которое Эрнест безжалостно разорвал.Тихонько приоткрываю дверь гардероба и достаю его накрахмаленную белую рубашку.Надеюсь, мой «дорогой» муж будет не против одолжить пару своих вещей. Не голой же мне ехать.Нерешительно оглядываюсь и смотрю в сторону кровати. В голове бьётся лишь одна мысль - только бы он сейчас не проснулся. Мои щеки до сих пор пылают, и я не уверена, что смогу скрыть дикое смущение.Тихо крадусь к двери и захожу в ванную. Быстро принимаю душ, пальцами расчесываю мокрые волосы и одеваюсь, недовольно разглядывая своё отражение. Темные синяки залегли под глазами из-за бессонной ночи, на голове творится какой-то хаос, а рубашка едва прикрывает попу.«Идеальный образ для возвращения блудной дочери» - усмехаюсь про себя и спускаюсь вниз, намереваясь выпить кофе. Подхожу к кухне и вдруг резко останавливаюсь, с ужасом вспоминая - мы не предохранялись, и это моя винаЕще не хватало забеременеть от Мальдини, который только этого и ждет, чтобы всеми способами привязать меня к себе.Паника накрывает меня с головой. Я хватаюсь за край стола, всеми словами ругая себя за беспечность. Будто специально подставляюсь. Совсем из ума выжила.«Тихо. Соберись»- делаю глубокий вдох и приказываю себе успокоиться. Еще не всёпотеряно - по пути заеду в аптеку и куплю всё необходимое. Велия рассказывала, что даже после секса можно выпить пару таблеток и избежать жутких последствийНикогда бы не подумала, что однажды я воспользуюсь этой информацией.Варю крепкий кофе и медленно смакую горячий напиток, чувствуя себя крайне неуютно Особняк Мальдини настолько огромный, что высокие потолки и просторные комнаты буквально давят на сознание. Нужно как можно скорее покончить с этим - мама наверняка с ума сходит, не понимая, куда я пропала. Да и папа, уверена, крайне негодует.Жаль, что я вряд ли смогу их успокоить.Я настолько глубоко погружаюсь в свои мысли, что даже не замечаю горящий взгляд неистовый и беснующийся.

Тело пронзает томительная дрожь, когда горячее дыхание касается шеи. Тяжелые и сильные ладони обхватывают меня за талию и поворачивают к Мальдини. На его лице нет привычной усмешки, и от этого мне становится еще страшнее.«Как он смог так бесшумно подобраться ко мне?» - глупый вопрос. Эрнест всегда умел оставаться незамеченным, если ему это было нужно.Он вкрадчиво спрашивает:- Как спалось?- Почему ты проснулся?
– с трудом выдерживаю горячий взгляд, в котором плескаются огромные айсберги. Он чем-то недоволен. Злится. Это озадачивает и сбивает меня с толку.