– Потому что ты – упрямый ублюдок, Треш. И таких мир не отпускает легко.

Опять звякнул колокольчик, и в мастерскую вошёл….

– Ты?! – удивлённо воскликнул почти мгновенно явившийся владелец экзо, глядя прямо на Лайю.

…Он застыл на пороге, будто ударенный током. Плотный, с короткой бородкой, в рубашке, натянутой поверх бронированного подслоя – типичный ветеран с передовой, чья походка выдаёт и привычку к тяжёлому снаряжению, и давно загнанные вглубь рефлексы. Само собой, сверх, и, как уже говорил, явно незаурядный. Но сейчас он не смотрел ни на экзоскелет, ни на меня – только на неё.

– Ты?! – повторил он, его голос выдал смесь удивления и… тревоги?

Лайя, не двигаясь, глядела на него в упор. Всё её тело – напряжённая грация, как у большого кошачьего, что раздумывает: прыгать или нет. Ни тени улыбки, ни ужаса, ни попытки прикинуться кем-то другим – просто ровный взгляд, будто её присутствие здесь само собой разумеющееся.

– Добрый день, Марек, – произнесла она, как будто они виделись вчера, а не – судя по реакции – чёрт знает сколько лет.

Вот, теперь знаю, как его зовут, а то в договоре только фамилия и инициалы.

– Ты не должна быть… – он осёкся, бросил взгляд в сторону двери, потом на меня, словно пытаясь оценить, насколько в курсе. – С каких пор ты снова здесь?

– С тех пор, как стало нужно, – спокойно ответила Лайя. – Можешь расслабиться. Я здесь не по твою душу. Пока. Просто зашла к Мастеру…, – и на секунду задумалась, – из Мастерской.

По мне, так дичь полная прозвучала, но только что меня назвали Мастером, да не просто, а из Мастерской, словно какой-то Бартоломью де Хейзел. Мало того, что сверх, а ещё и какой-то известный, с дворянской родословной.

– Пока?!
– Марек дернулся, рука почти машинально опустилась к бедру, где под рубашкой угадывалось что-то с военной застёжкой. Я не сомневался, что там кобура. — Чёрт, Треш, ты вообще знаешь, кого пустил в мастерскую?

– Не знаю, кого она там ещё вытащила из-под пуль, – холодно отозвался, – и не считаю это поводом для паранойи. Ты за экзом пришёл или допрос устраивать?

Он выдохнул – долго, с шумом. Потом медленно кивнул и, не сводя с Лайи взгляда, шагнул внутрь, хотя каждый его жест будто говорил: "Я бы предпочёл, чтобы она была голограммой, а не живая.

– Экзо готов? – глухо спросил он, будто изо всех сил стараясь переключиться на дело.

– Полностью. Диагностика, замена термостабилизатора, адаптивные компенсаторы – всё сделано. Заряд полный, интерфейс откалиброван. – после чего указал на лежащий на платформе костюм. – Хочешь – сейчас же примерим, но, по твоим данным, он на тебя сидит как влитой.

– Не сомневаюсь, – буркнул он и всё-таки отвёл глаза от Лайи, проходя мимо. – Хотя с твоими апгрейдами... чего там, всё равно лучше, чем у большинства.

Пока он проверял панель управления и запускал внутренние тесты, я подошёл к Лайе, будто случайно. Она не двигалась, но в её позе появилась легкая настороженность. Я говорил почти шепотом:

– Что между вами?

– Многое. И ничего. – Её голос тоже был тих, но без эмоций. – Когда-то мы пересекались. Не на одной стороне. Не по одну. Просто... по соседству.

– Это опасно?

– Всё опасно, Костас. – Она чуть повернула голову. – Но он не будет тебе врагом. Пока ты не станешь моим.

– Обнадёживающе, – хмыкнул я и отошёл обратно к столу, глядя, как Марек влезает в экзоскелет. Движения у него были точные, выверенные, как у человека, которому не надо думать, где что застёгивается – всё на автомате. Костюм с лёгким звоном замкнул замки, тонкие сервоприводы подхватили его вес, и он выпрямился, словно сбросил десяток лет.

– Работает, чёрт возьми… – пробормотал он, медленно сгибая пальцы в кулаки. – Даже лучше, чем в оригинале. Ты, похоже, реально гений, Треш.

– Иногда, – пожал плечами. – Главное – не ждать фейерверков. Там есть доп. функции, но активируются они не сразу. Подкинул пару встроенных решений по стабилизации дыхания и тремора. Скажем так – вдохновение пришло внезапно. Общее улучшение интегральных характеристик около трёх процентов. Немного, но твой аппарат в принципе уже сложно улучшить, но тут получилось.

– Понял. – Он повернулся ко мне, и взгляд на миг стал мягче. Но лишь на миг. Потом снова – в сторону Лайи. – И всё же... она. Ты хоть представляешь, кто она?

– Представляю. До некоторой степени, – твёрдо ответил, смотря ему прямо в глаза. – Достаточно, чтобы не задавать глупых вопросов.

Марек криво усмехнулся. Глядя, как он снимает шлем с платформы, вдруг осознал: ему страшно. По-настоящему. И вряд ли из-за костюма.

– Треш, – сказал он, глядя мне в глаза. – Я уважаю тебя. А тем что ты сделал с костюмом, так восхищён, поэтому совет – если она снова появится в твоей жизни… не думай, что ты её понимаешь. Никто её не понимает. Даже она сама, наверное.