Вскоре Орджин ступил на мостовую и приказал колоннам рассыпаться и захватить весь район складов. Он стоял на проспекте, среди брошенных телег и фургонов с одеждой и тонкими кожами, глыбами соли и ящиками специй - образцами всех товаров самого богатого порта западной части континента. Орджин широко расставил ноги в сандалиях, сложил руки на груди и ждал.

После полудня делегация выступила к нему по широкому проспекту. Три крытых паланкина на руках носильщиков и в сопровождении личных телохранителей. Впечатляющие стражи, подумал Орджин: высокорослые дальхонезцы и рыцари из Блура - однако же не солдаты. Он считал, что даже разведчики-горцы окажутся бойцами куда круче этих спесивых домовых охранников.

Он поднял руку.
– Довольно! Оставьте носильщиков и охрану и подойдите сюда ножками!

– Что?
– каркнула женщина из паланкина.
– Оставить слуг позади? Идти пешком?

Орджин вздохнул.
– Я же сказал.

Паланкин закачался от нескрываемого возбуждения.
– Это беспрецедентно! Нецивилизованно!

– Так точно.
– Тераз рядом уже открыто усмехалась.

– Этого не избежать, - прогудел бас из среднего паланкина, опасно перекосившегося, когда из него показалась толстая нога в цветастых шелковых панталонах. Болезненного вида ступня в шелковой туфле нащупала мостовую.

– Хорошо!
– сердито фыркнул первый, визгливо-старческий голос. Полупрозрачная пастельная завеса разошлась, испустив клуб дыма; к удивлению Орджина, вылезшая женщина была миниатюрной, почти карлицей, длинная трубка зажата в зубах.

Толстая нога принадлежала пышно разодетому мужу соответствующей бочкообразной комплекции. Из третьего паланкина вышел высокий, бородатый тип средних лет, в простой черной рясе. Нелепое трио приблизилось; толстяк морщился каждый раз, когда туфли касались мостовой.

Крошечная женщина вытянулась как могла, вздернула подбородок.
– Мы избранные представители великих торговых домов Квона, - провозгласила она хрипловатым от курения голосом. Указала на толстяка: - Имоган, - на человека в рясе: - Карлет, - и на себя: - Перла. Итак, - продолжала она, не дав времени представиться Орджину, - мы обсудим вашу цену.

Хотя Орджин и ожидал таких речей, но окаменел, ощутив себя оскорбленным. Тераз зарычала от горячего гнева. Он покачал головой, возвел глаза к небу.
– Что за народ... Вы продажны, но это не значит, что можно купить всех.

– У каждого есть цена, - фыркнула Перла, испустив струю дыма.

Орджин был рад, что руки сложены - нельзя было хвататься за меч.
– Вам, люди, нужен урок. Есть вещи поважнее денег, и я это докажу. Сейчас.
– Он повернулся к Тераз.
– Жгите склады.

Антанская дуэлянтка плотоядно ухмыльнулась.
– Спешу исполнить приказ!
– Развернулась на каблуках и почти побежала.

Жирный купец Имоган поднял руки: - Погодите, прошу. Может быть, мы сторгуемся на...

– Мы уже торговались, - прервал его Орджин.
– Ваш подход оскорбляет меня. Переговоры провалились.

Перла выхватила трубку и наставила на него.
– Вы не можете так сделать.

– Могу. Советую собрать слуг и охрану и спешить к своим особнякам, дабы спасти их от пожара.

– Но произведения искусств, - захлебнулась крошечная женщина.
– Чудесная кожа из Семиградья. Специи. Шелка! Вы варвар!

– Нет, простой рыбак.

Мелкие глазки почти закрылись.
– Мы, представители торговых домов Квона, проследим, чтобы вас распяли. Твое бандитское сборище украсит дорогу от Квона до Пурейджа!
– Подбородок дернулся кверху, словно в судороге.
– Уже давно мы потребовали возврата талианских сил! Мы говорим с тобой, а они уже в походе!
– Она вогнала мундштук в рот, победно щерясь.
– Через месяц ты будешь мертв.

Орджин чуть поклонился ей.
– Поглядим. А сейчас советую послать к реке с ведрами всех, кого сможете собрать.
– Указал на стражу - Даже этих, хотя они перепачкают в саже свои милые мундиры.

Перла открыла было рот, но третий в трио, все время изучавший Орджина, вмешался.
– Ты спланировал все ради освобождения Пурейджа. Должен подтвердить, ты преуспел. Но есть и цена. До сих пор ты был котом, сейчас же станешь мышью.

Женщина обернулась, обжигая взглядом тощего как жердь старца.
– Теперь великий прогностик Квона заговорил! Теперь! Когда уже чертовски поздно! Какая теперь разница? Ффу!

Она крутанулась на каблуках и поманила мужчин за собой.

Орджин смотрел им в спины. В беседе не прозвучало ничего нового. Кроме последней фразы. Старикан был прав. Теперь они станут добычей. Остается надеяться, что он окажется не мышью, а лисом.

Позже он собрал большую часть отрядов на широкой площади в окружении купеческих складов. Встав на помост, поднял руку, откинув полы серого медвежьего плаща.
– Соберите весь провиант, какой найдете!
– закричал командир.
– Грузите мулов и телеги! Готовьтесь к проклятущему долгому переходу! И, - обвел он рукой склады, - жгите все за собой!