Жерел выдохнула, сжав губы.
– Не более сотни.

Опять слишком мало, подумалось Орджину. Зачем выходить и препятствовать ему? Разумнее было бы присоединить эти силы к обороне Тали. Но когда же талианцы предпочитали отсиживаться и стенами и ждать врага?

Силы Орджина насчитывали к тому времени почти четыре тысячи.
– Слишком уверены в себе?
– подумал он вслух.

Тераз пожала плечами: - Кто знает? Нам нельзя гибнуть в стычке. Нужно игнорировать их и ударить на сам Тали, выпотрошить там все, что возможно.

Орджин покачал головой.
– Нет, нельзя оставить их за спиной. Ты права, Тераз. Их целью может быть наше замедление. Они готовы купить время для Тали. Нужно действовать быстро. Завтра пойдем прямо на них, расширим крылья и окружим.

Жерел схватила шлем, яростно кивая.
– Я сообщу офицерам.

Едва офицер Ном Пурджа вышла, Тераз повернулась к Орджину.
– Возможно, они ставят целью сломать нашу армию. Рассеять. Вспомни, недавно они сумели это сделать.

– Знать Пурджа могла ускакать от своих ошибок. Я не смогу.
– И он засмеялся, пойдя к двери.

– Холодное утешение, - буркнула Тераз.

Викан Аркедий ждал снаружи с гетманом народа холмов, худым и кряжистым на вид - словно ходячий пень. Гетман Петел приветственно кивнул ему.
– Мы ушли от семей, - начал он, - а зима не то время, чтобы уходить далеко.

Орджин кивнул в ответ.
– Разумеется, вы вольны вернуться. Благодарю за помощь. Рады были сражаться вместе.

Петел насмешливо фыркнул.
– Благородные лорды Квона смотрят на нас как на грязь.

– Примите мою благодарность. Будь у меня чем...

Гетман махнул рукой: - Мы подобрали оружие и полезные вещи. Удачный набег.
– Он блеснул улыбкой, указав на собравшихся родичей.
– Для тебя.
– Одна из женщин вышла вперед, протянув Орджину большой мохнатый плащ. Он готов был поклясться, что это медвежья шкура, если бы не цвет: грязно-белый.

– Это шкура огромного зверя с ледовых полей дальнего севера. Она твоя, потому что подходит по оттенку.

Орджин невольно откинул рукой нечесаные, слишком рано поседевшие волосы и засмеялся.
– Понимаю. Спасибо.
– Указал рукой на юг.
– Завтра будет бой. Надеюсь, вы останетесь на день. Для вас есть задача.

Петел свирепо усмехнулся: - О да. В каждом набеге должна быть хоть одна битва, чтобы юнцы могли хвастаться.

Орджин ответил гримасой не менее воинственной.
– Превосходно. Благодарю.

Гетман поклонился и отошел. Аркедий пошел с ним. Тераз придвинулась и тихо сказала: - Они нам нужны.

– Да. Но они уже сделали многое, и это не совсем их война.

– Ты слишком охотно потакаешь людям. Нужно быть строже.

Он смотрел, как горцы рассаживаются у костров, передразнивая друг дружку, смеясь. И рассеянно ответил: - Я желаю получить от людей именно то, чего не добьешься строгими приказами.

Женщина заинтересованно сощурилась.
– А если они не захотят делать это добровольно?

Он поднял плечи, не сводя взора с горцев.
– Иногда бывает и так.

Женщина поджала губы и промолчала.

Он нахмурился, почуяв перемену настроения.
– Что такое?

Губы ее были крепко сжаты.
– Ничего.

– Тогда... нам с тобой лучше поспать.

Она кивнула, тяжело вздохнув.
– Да. Полагаю.

***

Утреннее солнце не спешило разогнать ночной холод. Дыхание Орджина стало перьями пара, едва он вышел из дома и поставил ногу на камень, поправляя кожаные обмотки, закрепляя наколенники. Затем он чуть опустил пояс на кольчуге и, почти бессознательно, поправил новый медвежий плащ на плечах, с фибулой на левой стороне груди. Нагнулся над костром, грея руки. Шаман Юн уже сидел там в своем неопрятном плаще, похожий на драную ворону. Дальхонезец резко взглянул на командира и кивнул.
– Тебе идет.

Орджин вопросительно поглядел на шамана.
– Есть что-то?

Мужчина покачал головой: - Ничего особенного.

Орджин удовлетворенно хмыкнул. Юн протянул ему дымящую чашу.
– Чая?

– Спасибо.
– Подошла превост Жерел, в полном доспехе, шлем застегнут, забрало опущено. Орджин спросил: - Наши друзья еще здесь?

– Ждут.

– Думают, что смогут победить.

– У них есть причина.

Орджин всмотрелся в сторону юга.
– Не в этот раз. Я сам поведу атаку.

Пурджийка окаменела.
– Разумно ли?

– Это необходимо. Никто не отступает, пока сражаюсь я.

– А если ты упадешь?

Орджин воздел бровь, хохотнул и хлопнул ее по плечу.
– Тогда отмсти за меня!

Превост не выглядела обнадеженной, но заметила, что солдаты радостно улыбаются в ответ на откровенный смех Орджина. "Этот знает что делает.

Значит, нужно сохранять ему жизнь".

– Пусть горнисты трубят построение, превост, - сказал он и пошел вперед.