– Перестаньте!
– Анни зажала уши руками.
– Не надо этого говорить... Я не могу слышать о войне.

– Прости, Анни, - Арчи ободряюще положил ей руку на плечо.
– Мы просто размышляли вслух.

– Стир и Арчи тоже думают о войне, - Кенди наблюдала за своими друзьями.
– Мне кажется, что скоро эта война коснется и всех нас...

Мысли девушки перенеслись в тот день, когда директриса Школы для медсестер собрала всех у себя в кабинете и произнесла очень важную речь...

– Как вы знаете, может так случится, что всем нам придется работать военными медсестрами, - говорила мисс Мэри Джейн. А на шепот о том, что Америка еще в войну не вступила, у нее было, что сказать.
– Для раненых и больных границ не существует! Вас всегда учили, что для медсестер все раненые и больные одинаковы. Какая разница, из какой они страны, если они больные и раненые? Люди - это всегда люди, они везде одинаковы.

– ...Я не знаю, когда и куда меня может забросить судьба, - продолжала размышлять Кенди, - но к этому надо готовиться каждый день, - она посмотрела на притихших друзей.
– Эй, вы! Не вешайте носа. Все будет хорошо. Не надо унывать.

Стир воспринял эти слова на свой лад, и лихо спустился по веревке на землю. Хотя, конечно, его посадку нельзя было назвать чересчур мягкой.

– Ты что, с ума сошел?
– спросил его брат.

– Слушайте, чего мы тут торчим? Давайте наперегонки в дом, - бодро предложил Стир, и эта идея пришлась всем по душе.

Они помчались по лугам.

– Кенди, ты бегаешь слишком быстро!
– кричал ей Арчи.

– Анни, ты бегаешь совсем неплохо!..
– Стир был позади всех.

* * *

– Я за тобой едва поспел!..
– мальчики и Анни выбились из сил, в отличие от юной медсестры.

– Все правильно, у меня было больше практики, - говорила Кенди, ничуть не запыхавшаяся.

– Да, ничего не скажешь... Арчи, давай покажем Кенди и Анни их комнату, - сказал Стир, не видя вездесущую недовольную кузину, на балконе сверху.

В одной из комнат резиденции.

– Это комната, в которой вы будете спать, - братья привели подруг в гостевую спальню.

– Ух ты, как здесь хорошо!
– воскликнула Кенди, оглядывая обстановку.

– Думаю, за ночь вы сможете вдоволь наговориться, - сказал Арчи. Девочки поблагодарили своих друзей.

– Пока, располагайтесь, - Стир закрыл дверь и удалился с братом.

Элиза, однако, была начеку. Она постучала в дверь комнаты, откуда вышел ее брат.

– Как ты думаешь, в какую комнату Стир и Арчи отвели Кенди и Анни? спросила она.

– Может, в ту, где собирались остановиться мы?

– В Особую комнату для гостей!

– Правда? Этого я не ожидал, - Нила это разозлило.
– Ну что за мерзкие девчонки.

– Они нам совсем не ровня, и я не допущу этого, - заявила Элиза.
– Нил, а почему бы тебе их отсюда не выгнать?

– Элиза, иди-ка сюда, - он быстро втащил сестру в комнату.
– Слушай меня. Надо устроить так, чтобы Кенди в присутствии мадам Элрой сделала что-нибудь ужасное. Помнишь любимую испанскую вазу мадам Элрой, которой она так гордится?

– И Кенди разобьет ее на мелкие кусочки прямо на глазах у мадам Элрой, - оживилась Элиза.

Через некоторое время мисс Лэган стучалась в другую дверь.

– Что тебе, Элиза?
– Стир открыл ей.

– Как хорошо, что вы все тут. Я как раз вовремя.

– А в чем дело, Элиза?
– поинтересовался Арчи.

– Я хотела пригласить всех на чашку чая.

– С чего это ты решила пригласить нас?

– Какая радость пить чай в одиночестве?
– вопросом на вопрос ответила визитерша.
– Так вы придете? Только не задерживайтесь, - она покинула комнату, и Стир закрыл за ней дверь.

– Они явно что-то задумали.

– Стир, ну зачем так говорить?
– наивно возразила Кенди.
– Давайте пойдем и попьем с ними чаю.

– Будем надеяться, что они не подсыпали яда, - иронически заметил Стир.

* * *

Друзья собрались в гостиной, куда их пригласили.

– Кенди, ты сядь вон там, около вазы, - показала Элиза.
– Мадам Элрой тоже придет. Надеюсь, вы рады?

– Что? Ты пригласила и мадам Элрой?
– переспросил Арчи.

– Она всегда жалуется, что ей одной скучно, вот я ее и пригласила на чай.

– Боже, какие благие намерения, - саркастически заметил Стир.

– Правда, она делает все, чтобы с нами не встречаться, но сейчас у нее будет возможность послушать, о чем мы говорим, - рассудил Арчи.