Шрифт:
– О как! – вздохнул Макс. – Значит завтра опять в Соседний Город с утра…
– Думаю, да,- кивнула Галина. – Знаешь, ювелир сказал мне, что лучше всего начинать искать потерянный след с того места, откуда он пропал…
– То есть, стоит посетить пресловутую улицу Пролетарской Диктатуры, – кивнул Макс. – И не только… Знаешь, мне стоит пообщаться с Рикардо. Причём только с ним, без Цимлянского.
– Это ещё почему? – удивилась Шаманка.
– Не знаю, - невинно вздохнул Макс. – Интуиция.
***
Кира была в шоке. Мало того, что противные полицейские не хотели слушать её объяснений, мало того, что глупые мамаши с площадки обвинили её во всех смертных грехах, так её ещё и арестовали, привезли в РОВД и, не слушая никаких требований, завели в небольшую комнатушку с зеркалом на стене. Для чего нужно зеркало – Кира понимала, но у неё в голове не укладывалось, как можно её запереть… как какую-то преступницу? Она ведь не собиралась причинять вред ребёнку, да и цель у неё была… благая.
«А с чего ты вообще взяла, что имеешь право лезть в чужую жизнь?» - прозвучал в голове совершенно незнакомый внутренний голос.
«Я же просто хотела написать правду!» - мысленно огрызнулась Кира.
«Ну-ну», - хмыкнул голос и как-то подозрительно замолк. А в отворившуюся дверь допросной вошла потенциальная героиня её второго разгромного репортажа.
– Ага, - зловеще ухмыльнулась вошедшая, - гражданка Мартова… До чего ж докатилась наша четвёртая власть – кинднеппингом решили заняться? В компании «Город TV» так плохо с зарплатой?
– Прекратите издеваться! – возмутилась Кира. – Я ничего плохого не хотела! Я просто хотела задать мальчику несколько вопросов!
– Не имели вы права задавать мальчику никаких вопросов без присутствия родителей или лиц их заменяющих! – рявкнула Шаманка. – А уж уводить куда-то ребёнка – это вообще верх глупости и безответственности!
– Так эти мальчишки и не следили за ним совсем… - прикинулась бедной овечкой Кира. – Я хотела их проучить…
– Проучила? – ехидно поинтересовалась Шаманка. – Плохо ты этих мальчишек знаешь… Ну и кто в итоге кого проучил?
Кира промолчала. У неё возникло стойкое подозрение, что мелкие поганцы разыграли комбинацию, как по нотам… Шаманка же, читавшая Киру, словно открытую книгу, продолжала дожимать:
– Ты хоть понимаешь, деточка, во что вляпалась? Вадим Воронов написал заявление, делу будет дан законный ход, свидетелей полная детская площадка… Короче… Рукавицы шить умеешь?
– Что? – растерянно спросила Кира.
– На зоне рукавицы шить будешь! Сорок пар сменная норма! Ничего, зато в Мордовии леса красивые и воздух чистый!
– Меня… посадят? – охнула Кира.
– Нет, - ухмыльнулась Шаманка. – По голове погладят. Да нам с доказательной базой даже напрягаться не придётся… И слава тебе, Господи… Нам серийщика ловить надо, он девок как кур режет, а я тут с тобой такой ерундой занимаюсь… Время теряю… Так что… «По тундре, по широкой дороге…» - насмешливо закончила Шаманка.
Кира сидела совершенно уничтоженная.
– Тебе зачем мальчишка понадобился? – сделала Шаманка контрольный выстрел. – Что ты от него хотела? Говори, быстро!
Кира всхлипнула… и начала рассказывать – про то, как хотела стать известной, как всё не удавалось сделать по-настоящему убойный репортаж, как она злилась на Траубе и Шаманову за нежелание делиться информацией… и про файл, пришедший на её почту с неизвестного адреса.
Шаманка внимательно слушала… и если бы её видел в эту минуту тот, кто в недобрый час подкинул Кире компромат, он бы предпочёл самоубиться, чтоб не мучиться.
***
Прибыв в очередной раз в Соседний Город, Макс на сей раз отправился к старому знакомому – капитану Лобачёву. Можно было бы, конечно, и на этот раз проигнорировать местных, но в таких делах существует негласный этикет, который не стоит нарушать слишком часто, какими бы ни были отношения. Поэтому Макс отправился к Лобачёву и рассказал ему, что хотел бы посмотреть материалы по таинственному пожару на улице Пролетарской Диктатуры, после… или во время которого исчезли ювелиры Прус и Неволин.
Лобачёв, вероятно получивший от начальства инструкции, типа, «чем бы дитя не тешилось, лишь бы не вешалось», неожиданно легко согласился проводить его в архив и даже сам оформил допуск. Правда, сначала предложил перекусить в местном кафе «Венеция». Макс чуть было не вздрогнул и подумал, что скоро любое упоминание об этом прекрасном городе будет вызывать у него что-то вроде стойкой аллергии.
Однако кафе оказалось выше всяких похвал – вполне себе милый уютный подвальчик с фальшивыми окнами, которые на самом деле были рамами для больших фотографий венецианских достопримечательностей, развешанные по стенам карнавальные маски, официантки, одетые Коломбинами, бармен (тут Макс всё-таки вздрогнул), в костюме Арлекина, гардеробщик-Панталоне… Апофеозом всего была модель гондолы с фигуркой гондольера и двумя прелестницами в полумасках, медленно кружившая по искусственному бассейну в центре зала.