Что сказал по этому поводу Юра Литвинов – лучше не воспроизводить, потому как даже Большой Петровский загиб не мог бы в данном случае показать всю глубину его чувств. Однако обрабатывать улику ему всё же пришлось, и срочно, а экспресс-анализ ДНК показал, что голова… то есть в данном случае уже череп, мягкие ткани исследовать смысла не было… так вот, голова действительно принадлежала трупу, найденному в лесу. Хорошо, что продвинутый Литвинов умел делать реконструкцию лица по черепу с помощью специальной компьютерной программы…

Но как она оказалась на пустыре, кто поставил это жутковатое варево и зачем – это осталось неизвестным. Так что в нехорошей истории вопросы продолжали множиться, а ответы находиться не спешили…

***

На следующее утро мальчишки встретились на остановке у гимназии и Данька сразу же спросил:

– Андрей, ты со своими поговорил?

– Нет пока, - помотал головой Андрюха. – Макс допоздна задержался, у него опять на работе что-то, а Вадим простыл, температура у него поднялась, не грузить же человека в таком состоянии… Будет ему сегодня получше – как домой вернусь – поговорю сразу же.

– Лучше не тянуть… - задумчиво протянул Артём. – Вдруг эта гадина снова в школу заявится. Или в опеку пойдёт… Тогда вообще капец будет.

– Понимаю, - отрезал Андрей, и лицо его потемнело. – Только дело ещё и в том, что у меня язык не поворачивается сказать, в какой гадости Макса с Вадимом журналистка обвинить собирается…

– Знаете, что, - неожиданно заявил Игнат, - мы ж хотели её координаты у Усыни узнать – так вот и узнаем…

– А что потом? – мрачно спросил Артём. – Поговорить и надеяться, что у неё совесть проснётся?

Игнат ехидно хмыкнул и сказал:

– Есть у меня одна мысль… Нехорошая мысль, конечно, но…

У мальчишек сразу загорелись глаза, и Артём заявил:

– Что за мысль-то? Говори, Игнат, не тяни!

– Не-не, - хитро прищурился Игнат. – Сначала по-хорошему попробуем. А уж потом…

Остальные нехотя закивали и двинулись по направлению к гимназии. Уроки, как ни крути, никто не отменял.

***

Макс с утра ехал на работу не в самом лучшем настроении. Вадим умудрился где-то простыть и полночи температурил, пришлось сбивать температуру и изгонять простуду народными средствами. Вроде бы помогло – с утра Вадиму было явно лучше, но Макс всё-таки настоял, чтобы тот остался дома и вызвал врача.

Странные подозрения вызывало и поведение Андрея – какой-то он с утра был грустный и сосредоточенный, однако на вопросы отвечал преувеличенно весело и пытался Макса убедить, что всё в полном порядке. Только Малой вёл себя, как обычно – слопал тарелку каши, сходил пожалеть больного Вадима и весело пообещал Максу, что сегодня непременно получит «звёздочку» за выученное стихотворение.

Максу хотелось во всём разобраться, но слишком много странного было в их новом деле, поэтому он проводил мальчишек в школу, взял ещё раз с Вадима страшную клятву, что тот вызовет врача и будет лечиться, а если уж будет совсем плохо – позвонит Максу. Вадим честно пообещал всё именно так и сделать, и немного успокоившийся Макс отправился на работу, предчувствуя нелёгкий разговор с начальством.

***

Знаешь, мой маленький Арлекин, каково это – жить, когда теряешь то, что любишь? Ответ на этот вопрос тебе наверное смог бы дать один венецианский каменотёс, без памяти любивший свою молодую жену. Ты ведь помнишь Скуола ди Сан-Марко? Нет? Ну я напомню, мне нетрудно…

Скуола ди Сан-Марко, одна из шести «великих венецианских школ», была основана ещё в 1260 году. В 1485 здание школы пережило страшный пожар и было почти полностью разрушено. Реконструкция под руководством Мауро Кодусси длилась почти десять лет.

В реставрации участвовал Ческо Пиццигани — один из самых талантливых каменщиков венецианской эпохи, именно ему принадлежит украшающий Скуолу великолепный фриз, поражавший умы современников. Через несколько лет после завершения реставрации из-за внезапной болезни скончалась его молодая жена Фиориндо.

Пиццигани бесконечно любил её и очень тяжело переживал утрату: он продал свой магазин, бросил всё, чтобы ничего не напоминало ему о прежней счастливой жизни. В конце концов Пиццигани, ставший бродягой и попрошайкой, поселился на паперти Скуолы, которую ещё не так давно он сам строил. Иногда, когда его никто не видел, он ногтем выцарапывал на дверях изображения проплывающих мимо кораблей… * Эти изображения сохранились до сих пор, мой маленький Арлекин, помнишь, как наш гид рассказывал нам о них?

Знаешь, Пиццигани не смог заполнить пустоту, которая поселилась в нём после смерти любимой жены, потому что нет возможности вернуть душу из-за предела… Но я поступил по-другому…

*Подлинная венецианская легенда.

========== Глава 11. Озарения разного рода ==========

Разговор с начальством действительно был нелёгким.

Выслушав приведённые резоны, полковник мрачно пробурчал:

– А вы уверены, что стоит вам опять в Соседний Город соваться? Может, наши ниточки будете разрабатывать? Труп девушки на нашей земле найден, голова… нет, ну, надо до такого додуматься… тоже. Да и второй труп – наш, соседям не сплавишь… Вот и копайте здесь. Химзавод в оборот возьмите – не может же быть, чтобы там никто ничего не видел и не знает.