Они бежали, периодические переходя на шаг, чтобы восстановить дыхание. Легкие горели, но страх в лице взбешенной, остервенелой толпы, придавал сил.

Преследователи приближались медленно, но неуклонно. Их разделяло не больше пары минут быстрого шага. Макс отчетливо слышал мелкое дребезжание железа и неровный гул моторов. Обернувшись, можно было разглядеть лица водителей, сидящих в высоких незастекленных кабинах, небрежно приваренных к тяжелым, обшитым железными листами кузовам. Передние бамперы щетинились блестящими металлическими кольями. Из багажников торчали толстые высокие трубы, из которых валил белый дым. Похоже, машины работали на паровых котлах.

– Смотрите, мост!
– крикнула Юля, показывая вперед.

Макс моста не увидел, но дома действительно заканчивались и дорога уходила влево, теряясь в белесой дымке.

– Давайте поднажмем!
– морщась от боли в ноге, сказал он и заковылял что есть мочи.

Рев моторов и вопли толпы звучали так громко, что он не сразу услышал отчаянный крик Юли. Макс обернулся и увидел, что она распласталась на дороге животом вниз, а две непонятно откуда взявшиеся собаки вцепились ей в ноги. Они рычали и мотали головами, стараясь как можно быстрее оторвать кусок мяса и пустить кровь добыче.

– Стой!
– крикнул Артур, хватая Макса за руку, когда тот собрался кинуться на помощь.
– Поздно. Бежим.

Юля смотрела на него глазами, полными ужаса и мольбы. Собаки разорвали брючины и впились зубами в пухлые ляжки, кромсая и пережевывая плоть. Преследователи стреляли в воздух и дико вопили, обрадованные таким поворотом дел. От беглецов их отделяло две сотни метров.

– Оставайся, если хочешь, - сказал Артур и, отпустив Макса, побежал.

Макс, бросив последний взгляд на Юлю, кинулся следом. Ей уже не помочь. Он неловко наступил на раненую ногу и застонал. Нога пульсировала, как звезда, готовая взорваться в любой момент. Макс был рад этой боли. Она помогла справиться со стыдом и чувством вины. Впереди мелькала узкая спина, обтянутая клетчатым пиджаком, и Макс, превозмогая боль, не оборачиваясь и ни о чем больше не думая, побежал за ней.

Глава 4

Литейный мост, в реальном Петербурге соединающий выборгскую сторону и Литейный проспект, начинался с небольшой мощенной булыжником площади и уходил в непроглядный клубящийся над Невой туман. Тускло, словно закутанные в вату, светили фонари.

На входе стоял человек в шляпе и плаще. Ворот был поднят, а длинные полы хлопали на ветру. Он стоял посередине, освещенный двумя фонарями, но лицо его оставалось в тени и можно было различить только два мерцающих глаза, которые внимательно смотрели на беглецов. Когда Макс с Артуром подошли достаточно близко, человек поднял руку. Они остановились.

– Что будем делать?
– спросил Артур, жадно хватая ртом холодный, промозглый воздух.
– Мы вроде на месте.

Макс прислонился спиной к столбу и закрыл лицо руками. Сердце билось со скоростью Сапсана. Он попытался что-то сказать, но из груди вырвался только хрип, напоминающий стон теннисистки, не успевающей за мячом.

Подъехали две машины и остановились, встав с разных сторон площади. Люди растянулись полукругом по периметру и стояли, кашляя и задыхаясь почти так же, как и жертвы погони. Только лица были довольные.

С набережной подтягивались еще машины и подходили люди. Некоторые были хорошо одеты, в чистых плащах из плотной светлой ткани, в сюртуках, как бедняга Ден, в пиджаках и накидках, в брюках и высоких сапогах на толстой подошве или в ботинках с каблуком. Попадались некоторые в широких светло-серых комбенезонах с капюшонами и множеством чем-то набитых карманов. Большинство же выглядели как бродяги, в очень грязной, много раз латанной одежде, в прохудившихся башмаках и с черными исхудалами лицами. Они копошились, толкались и лезли друг на друга, как тараканы, однако близко не подходили, держась за спинами хорошо одетых.

Из одной машины, с пассажирского места, вышел крепкий невысокий мужчина средних лет с ухоженной бородой с проседью и длинными, зачесанными назад русыми волосами. Даже среди приличной части толпы он выделялся богатством гардероба и изяществом манер. Под длинным черным кителем, расшитым золотыми гербами, белели накрахмаленный воротник и манжеты. Пальцы были увешаны перстнями, а на голове блестел обруч с каким-то ярким синим камнем, величиной с глаз.

Макс посмотрел на Артура. Тот криво ухмыльнулся и потер шею. Синяя паутина дошла до горла и тянула свои побеги дальше, к подбородку, причиняя боль и затрудняя дыхание.

Из другой машины вышел еще один, такой же ухоженный, хотя и несколько на другой манер. Этот был худощав, высок и сгорблен и походил на коршуна. На нем тоже красовался расшитый китель, но нарядной рубашки под ним не было, да и гербы выглядели не так броско. Обруч на лысой, угловатой голове украшал кроваво-красный камень, а глаза прятались за круглыми непроницаемо-черными очками.

Оба подошли к Максу и Артуру.

– Я - Проспер, глава Северного Клана, - сказал невысокий.
– А это - Купчин, мой коллега с юга, - он показал на худого.
– Поздравляю, вы успешно справились с первой частью испытания.