– Но у тебя получается с ней справляться, - робко проговорила я.

– Приходится себя так ставить, иначе с ними нельзя.

Валерка руководил семьей по-мужски, он сумел выработать правильное к себе отношение. А Леша не стал... он поплыл на поводу у женщин, не сопротивляясь и ничего не меняя.

– Вы часто общаетесь с ее родителями?

– Стараюсь сводить общение к минимуму. Нет, я не против, они очень хорошие люди! Но ты же сама понимаешь, когда собираются Поля и ее мама, впору начинать третью мировую, я едва выстаиваю напор, - он усмехнулся.
– И... они никогда тебя не простят и каждый раз пытаются перемыть тебе косточки... А с Алексеем Викторовичем я и вовсе стараюсь не пересекаться... слишком многое я знаю, - последние слова давались ему не совсем легко.

Воспоминания о Леше резали сердце. И я не понимала, то ли от приятных чувств, то ли от негатива, осевшего последним осадком.

– Порой мне кажется, что карьера для Поли значит больше, чем все остальное. Вот и я стал больше отдаваться работе...

Я заглянула Валерке в глаза, они были грустными и угасшими.

– И как только тебе хватает сил возиться еще и со мной, - тихо сказала я.

– Хватает, - он чмокнул меня в лоб. Его пальцы перебирали кончики волос на моей шее.
– И я всем сердцем верю, что у тебя все будет, и семья, и дети, и чего бы ты ни захотела. Две неудавшиеся беременности еще не показатель.

Я примолкла. Валерка был таким родным и надежным.

– Три беременности, - очень тихо произнесла я. Его тело напряглось.
– Я никому не говорила. Самый первый раз я сделала аборт. Оттуда и все последствия. Хотя наверняка я бы тогда тоже не родила, у меня было полно болячек, которые не позволили бы.

– Почему ты не говорила?

– А что бы я сказала? "Привет! Я залетела, не знаю от кого!". Мне тогда жить-то не хотелось, не то, что давать ее. Все прошло очень быстро и почти безболезненно, мой организм тогда совершенно ничего не чувствовал, будто не жил, - я уткнулась в Валеркину шею, его тело приятно пахло.
– Я и второй раз хотела аборт, ты же помнишь. Это вы с Тимуром что-то во мне переключили, и я осознала...

– Девочка моя, - Валерка мягко водил пальцами по моей щеке, чувствуя дыхание у себя на шее.
– Сколько ж ты пережила.

– Сама виновата, я же говорила. Будь я умней, никогда бы не пошла за Тимура, никогда бы не стала вести этот образ жизни... и кто знает, как бы все сложилось, не приведи я Тимура к себе назло Леше...

– Ничего не бывает зря, все к лучшему.

– Стоило это пережить, чтобы понять смысл жизни.

– Ты еще молода, у тебя вся жизнь впереди.

– Валерка, почему ты со мной?
– я приподнялась и взяла его лицо в свои ладони, большими пальцами я бережно водила по скулам.
– Почему мне так с тобой повезло?.. Поле повезло...
– я вдруг поцеловала его. Валеркины руки тут же обвили мое тонкое тело, будто только и ждали разрешения.
– Ты не представляешь, какой ты хороший, - я нежно касалась его щеки своей, стараясь дотронуться каждой клеточкой и попробовать его.

– Я всегда буду с тобой, глупая, - он аккуратно гладил меня по спине, рукам, волосам.

Я прижималась к нему сильнее, но рубашка не позволяла почувствовать его тепло. Я осторожно расстегнула сначала его, а потом свои пуговки. Мне необходим был этот человек не только доступными частями, он был нужен мне полностью, до каждой клеточки, каждого нервного окончания, весь целиком. Я ощущала, что моя жизнь без него невозможна, мне не хватало воздуха, если я на секунду отстранялась от него. Я дрожала, прикасаясь к нему. Я вдыхала его запах, дотрагивалась губами, пальцами, всем телом. Я хотела быть рядом с ним и ни на миг не отпускать!

Я чувствовала неописуемую ответную нежность. Меня тоже хотели, меня обследовали, мною упивались, меня вдыхали и бережно ласкали. Казалось, такими мягкими могли быть лишь облака. Именно они всегда казались мне невесомой периной, которой можно коснуться, и она обволочет тебя невидимой трогательностью и упоением.

Никогда ранее я не была на облаках ни с одним мужчиной. Пыталась приподняться с Лешей... Но та перина казалась жестким кирпичом в сравнении с этой невесомостью!

14

Впервые за долгое время я хорошо выспалась. Мой сон был ровным и безмятежным, и я проснулась полная сил и спокойствия.

Я посмотрела на лежащего рядом Валерку и смутилась, мне стало стыдно, я опять влезла в чужую семью.

– Кажется, проспали, - Валерка сонно нащупал часы и одним глазом посмотрел на время.

Я встала и быстро начала собираться.

– Доброе утро, - улыбнулся он.