– Прости, пожалуйста, я не хотела, - я виновато посмотрела на Валерку. В моей голове роились различные мысли, и билась вена отчаяния. Я не хотела терять друга и проклинала себя за пьяную несдержанность.
– Сделаем вид, что ничего не было, хорошо? Я давно не выпивала, отвыкла. Пожалуйста, пусть это останется между нами, а еще лучше, давай забудем! Я уже многих друзей потеряла, не хочу терять очередного. Целую по-дружески! Полине привет! Между нами ничего не было. Я побежала, счастливо!

Я выбежала из его квартиры, оставив сонного Валерку одного. Вот, к чему может привести длительное одиночество и отсутствие постоянного партнера. Я уже стала набрасываться на друзей! Я очень надеялась, что Валерка не сильно помнил прошедшую ночь и может адекватно расценивать дружескую связь. Я дала себе слово больше не пить так много после длительного перерыва. Хотя на деле не слишком уж много я и выпила...

Я вернулась к своей насущной проблеме и вместе со своими немецкими друзьями пришла к идее, что можно было бы пройти обследование и лечение в Германии, где медицина двигалась на пару шагов впереди. Мне обещали помочь с жильем и даже предложили подработку - смена обстановки могла бы положительно повлиять на меня и мою ситуацию в целом. Я обстоятельно все обдумала, прежде чем принять решение.

– Я поеду в Германию, - сказала я Валерке.

– Решилась все-таки?

Мы продолжали общаться по-прежнему, ничем не выдавая случайную слабость. В нашем общении абсолютно ничего не изменилось, никаких остатков неловкости или вины - эпизод был стерт начисто.

– Поживу немного там, - я пожала плечами.
– У меня есть хорошие друзья, они помогут освоиться. Пройду еще раз по докторам... вдруг.

– Если действительно думаешь, что поможет, то почему бы и нет?

– Думаю, - я кивнула.
– Да и обстановку сменю, надоело все!

В середине весны я уехала в Германию. Смена оказалась колоссальной, и сначала я наслаждалась другой, европейской жизнью, а потом принялась за непосредственную цель своего приезда.

Я поселилась у немецкой пары Анны и Йорга, молодых ребят, с которыми мы познакомились еще во время своей учебы в институте. Тогда мы тесно поддерживали контакт с одним из немецких университетов. Один год наши студенты ездили к ним, другой год - немцы приезжали к нам. Разумеется, мы успели со многими перезнакомиться, и Анна с Йоргом были одними из тех, с кем я продолжала поддерживать связь все это время.

Немецкие врачи прописали мне лечение. Услуги оказались достаточно дорогостоящими, и я всячески вертелась, чтобы подзаработать. Окружение Анны и Йрога постоянно подбрасывало мне различные переводы, нашли несколько частных учеников, и я приспособилась. Работать по гостевой визе было нелегально, и мы вели себя крайне осторожно, чтобы у меня не возникло проблем с немецким законом.

Йорг знакомил меня со своими приятелями. К серьезным отношениям я не стремилась, но тщательно присматривалась к кандидатам. Среди всех я выбрала Тима - молодого инженера, хорошо образованного, порядочного, в меру симпатичного. Он ухаживал за мной без особого огонька, да я и не требовала ярких жестов и поступков. Я рассматривала его исключительно как биологический материал, который ни раздражал, ни напрягал меня.

Очень быстро мы стали парой, и после первого же курса лечения я пыталась забеременеть. Тим знал, что у меня не может быть детей, я не уточняла, что приехала сюда лечиться. И он без лишних обязательств исполнял свое мужское предназначение. У нас ничего не выходило.

Второй курс оказался более дорогим, и Тим частично стал помогать мне финансами. Я ничего не просила, я даже не говорила, что за лечение прохожу, он просто по-мужски считал, что это его долг. А когда он встретил другую девушку, мы перестали общаться и ни к чему друг друга не принуждали.

Я познакомилась с Мартеном, соседом Анны и Йорга, и стала встречаться с ним. Он был заводным и горячим, серьезных отношений построить с ним было невозможно, но свою миссию он выполнял прекрасно. Я уже однажды поверила, что все удалось... но напрасно понадеялась, и мой врач лишь развел руками.

Я стала впадать в тихое отчаяние и депрессию. Анне и Йоргу я старалась не показывать своих эмоций, но в комнате подолгу плакала. Новые ухажеры перестали меня интересовать, мои жизненные силы уходили с надеждами... Я теряла настрой и боевое вдохновение, мне больше не хотелось ни бороться, ни страдать, ни жить.

С Валеркой я периодически созванивалась. Он подбодрял меня, рассказывал анекдоты, чтобы хоть как-то отвлечь. Мне становилось легче, но едва я вешала трубку, вновь окуналась в свое состояние и не могла даже улыбаться. Анна видела, что я расстраиваюсь, и лишний раз старалась не трогать. Они с Йоргом пробовали выводить меня на развлекательные мероприятия, но я чувствовала себя в чужой тарелке.

– Что говорят врачи?
– спросила она однажды.

– Все то же, пока ничего, - грустно ответила я.