Уж тайно встречаться я научилась давно...

Я только начала привыкать к своему состоянию и собиралась постепенно прикупать кое-что для детской комнаты, как у меня вновь открылось кровотечение. Я в панике позвонила Валерке, и он вызвал мне скорую. Я с ужасом ждала вердикта врачей, больше всего боясь вновь потерять ребенка. Он дался мне нелегко, я всеми силами старалась беречь себя, пила необходимые витамины и постоянно наблюдалась у врача. Я надеялась, что это всего лишь небольшой сбой организма... Но чувствовала, что с плодом внутри что-то не так.

Валерка был со мной, когда мне в очередной раз сообщили, что ребенка больше нет. Я проносила его два месяца...

Я тихо рыдала на своей кровати, отвернувшись к стене. Валерка гладил меня по спине, успокаивая. Я не могла поверить, что моя вторая беременность сорвалась. Первую я еще могла объяснить, я совершенно не следила за собой в то время, и результат был закономерным. Но почему не получилось второй раз, я не понимала. Я хотела этого ребенка, я ждала его, я специально искала мужчину, который мог бы стать биологическим отцом, но почему-то не получилось. Я была не просто расстроена, я была в отчаянии!

Мои будни превратились в череду нескончаемых анализов и обследований. В одном центре мне так и не смогли объяснить, почему я не выносила плод. В другом долго пытались запудрить голову, выискивали какие-то инфекции.

И уже перед самым новым годом мне постановили, что я не могу иметь детей. Это был отличный подарок к празднику.

В этот год Катя и Павел пригласили всех к себе. Компания была в основном из женатых парочек, кое-кто с маленькими детками, и меня, одинокой, опустошенной и бездетной. Я мужественно держалась. О своем новом диагнозе я пока никому не сказала, да и не верила в него. Если специалисты так путаются в своих показаниях, то почему я должна верить в бесплодие, когда другие обещают излечить меня от каких-то инфекций, которых никто кроме них больше не видит. Я не доверяла врачам и не собиралась останавливаться.

– Когда следующая беременность?
– язвительно обратилась ко мне Поля. Катя только уложила своего сынишку, поэтому разговор невольно зашел о детях.
– Кто будет следующим отцом?

– Полечка, прекрати, - Валерка поцеловал ее в щеку, надеясь успокоить.

– Как только природа распорядится, так сразу, - сдержанно ответила я.

– А отцов-то где берешь? В чужих семьях заимствуешь или специальные питомники есть?

– Не твое дело.

– Как же не мое, я должна быть начеку, вдруг это опять кто-то из моей семьи. Мне такие родственники не нужны.

– Противно разговаривать с пьяной карьеристкой. У тебя муж законный есть, а ты не спешишь взращивать цветы на семейной клумбе.

– Зато тот, у кого мужа нет, берет его напрокат у других! Не лезь в нашу семью, мы сами разберемся, когда цветы сажать, а когда ягодки собирать.

– Вот и ты не лезь в мой огород. Не твое дело, кто отец моего ребенка. Очень жаль, что в тебе до сих пор столько злости.

Я действительно сожалела, что Полина не могла забыть старые обиды и становилась очень колкой и жесткой, едва подвыпьет. Она часто себя сдерживала, она мирилась с нашей с Валеркой дружбой и много проглатывала, но стоило нам попасть в одну компанию, она не упускала возможности задеть меня, особенно после пары бокалов спиртного. Полина до сих пор не простила мне романа с Алексеем, поливала за неуважительное обращение с Тимуром и постоянно напоминала о многочисленных любовниках, коих уже давно не было. Я удивлялась, как она не ревнует ко мне Валерку! Но, видимо, он раз и навсегда дал ей понять, что мы отличные друзья, и не больше. К тому же, он так ее любил, что было бы грешно ревновать его к кому-либо, кроме себя самой.

13

Когда я оставалась одна, я тихо рыдала в подушку. Мне казалось, моя жизнь однажды сломалась так сильно, что уже никогда больше не наладится. Я устала от одиночества и нелюбви, мне хотелось чего-то доброго и светлого, но у меня была лишь работа и пустота. С Тимуром ушла вся моя озлобленность и жестокость, но взамен не пришло ничего, и я растерянно продолжала бороться за свое материнское счастье.

Отправив студентов на заслуженные зимние каникулы, я сама немного расслабилась. Весь январь я проходила очередное обследование, пила какие-то таблетки.

Мой вердикт подтвердили еще раз - детей у меня больше быть не могло.

Я трясущимися пальцами перебирала толстые больничные листы, ничего в них не понимая. Мозг отчаянно соображал, к кому еще нужно обратиться, чтобы мне, наконец, пролили свет и дали надежду. Я обошла уже всех местных специалистов.

В тишине больничного коридора вдруг громко заиграл мой телефон, и я подпрыгнула. Украдкой оглянувшись на посетителей женского центра, я направилась к выходу. Звонил Валерка.