Шрифт:
Перес молча пил чай и слушал. Казалось, Росс забыл о камере – ему нужно было выговориться.
– Кэтрин была похожа на меня, – продолжал Росс. – Целеустремленная. Возможно, как единственный ребенок она не умела дружить со сверстниками. Была слишком прямолинейна. Не задумывалась, что ранит других. Обожала проекты. Даже в детстве полностью погружалась в работу и добивалась успеха. Это не прибавляло ей популярности. Она любила побеждать. – Наконец он повернулся к Пересу. – Не знаю, зачем вам это. Но я хочу говорить о ней правду. Она возненавидела бы слащавые небылицы о себе только потому, что мертва.
– Мне интересно. Это поможет.
– Когда мы переехали, она заскучала. Говорила, что у нее нет ничего общего с местными. Это неправда, но она и не прилагала усилий. Вела себя снисходительно. Я слышал, как учителя обсуждали ее, думая, что меня нет рядом. Они тоже злились. Я боялся, что она станет изгоем. Это во многом моя вина – после смерти Лиз я слишком полагался на Кэтрин. Не давал ей быть ребенком.
– Но она подружилась с Салли.
– Да, Салли была добра к ней, Кэтрин она тоже нравилась. Такие разные, но они ладили. Однако дело не в Салли. Есть кое-что еще. Она нашла новый проект…
Он снова замолчал, так и не притронувшись к чаю. Казалось, он забыл о присутствии Переса.
– Что за проект, мистер Росс?
– Фильм. Вот тут и появилась камера. Я подарил ее Кэтрин на день рождения. Она мечтала стать первой знаменитой женщиной-режиссером в Британии. Она была от природы наблюдательна – быть может, потому что не умела общаться с людьми. Сначала она баловалась с камерой, осваивала ее. У меня есть запись с того дня рождения – сохранили на ее компьютере. Я рад, что это сделал. Эта запись навсегда останется со мной… – Похоже, он осознал, что снова отклоняется от темы. – Потом она взялась за дело всерьез. Хотела подать фильм как часть заявки в университет. Поступить туда непросто.
– О чем был фильм?
– О Шетландах. Об островах и людях.
– Документальный?
– Вроде того. Она хотела сломать стереотипы. Не просто суровый быт и пейзажи, хотя они были фоном. Она говорила: люди везде одинаковы. Ну, я так думаю. Она особо не рассказывала. Хотя… я не всегда внимательно слушал.
– Она успела закончить?
– Кажется, да. Почти. Монтировала фильм перед Рождеством. Иногда я слышал, как она говорит в своей комнате – думал, с Салли, а это она начитывала голос за кадром.
– Значит, фильм тоже сохранился. Еще одна память о ней.
– Нет! Я хотел сказать… Вы просили найти камеру, но ее нет. Диск с фильмом тоже исчез. Его украли.
– Вы уверены?
– Кэтрин была одержима, инспектор. В последние недели этот фильм стал для нее важнее всего на свете. Сотни часов работы. В ее комнату никто не смел входить. Я говорил – она дорожила приватностью. Даже миссис Джеймисон там не убиралась, хотя там и так всегда был порядок. Диски стояли на полке у компьютера. Фильма о Шетландах точно нет.
– Может, он остался на компьютере?
– Я проверял. Его нет.
– В дом кто-то проникал?
– Нет. Но убийце не нужно было взламывать дверь. Если у Кэтрин были ключи, он мог их взять. Может, поэтому их и не нашли.
– Вы чувствовали, что в доме побывал кто-то чужой?
– Ох, инспектор, я вижу призраков в каждом углу. Но мне никогда не приходило в голову, что здесь мог побывать кто-то из плоти и крови.
– Покажете ее комнату?
– Конечно.
Комнату обыскивали в день обнаружения тела, но не Перес. Она больше напоминала офис, чем спальню: светлый ламинат, компьютерный стол, небольшой шкаф для бумаг. Узкая кровать под черным покрывалом. Встроенные шкафы под цвет компьютерного стола. Чистота и порядок, ничего лишнего. На стене – черно-белый постер французского фильма 50-х.
– Она сама все спроектировала, – сказал Юэн. – Чувствовала себя здесь комфортнее всего. В детстве не любила общаться с людьми и обниматься. Мы с Лиз думали – может, у нее легкий аутизм. Если и так, она прекрасно справлялась. Но ей требовалось побыть одной, прежде чем выйти к людям.
– Что в шкафу?
– В основном школьные работы. Можете посмотреть.
Перес открыл ящик. Аккуратные папки с подписями – не то что его захламленный стол.
– Вы упомянули, как она начитывала голос за кадром, – сказал он. – Может, сохранился сценарий?
– Точно! – Юэн оживился. – Вор мог не подумать об этом. Я поищу.
– Могу я помочь?
– Нет, инспектор. Лучше я сам.
В прихожей они ненадолго задержались. Перес надел пальто. Юэн неловко пожал ему руку.
– Спасибо, что выслушали. С тех пор как Фрэн Хантер нашла ее, я ищу объяснение. Обнаружение тела Катрионы дало ответ. Неудовлетворительный. Безумец, убивающий девочек. Бессмысленно. Слишком случайно. А вот пропажа фильма может послужить объяснением. Вдруг она запечатлела то, что хотел скрыть убийца. Это мотив. Хотя, возможно, я просто схожу с ума.