– Поздравляю.

– Еще не конец.

– Но народ говорит иначе.

Перес пожал плечами:

– Что ты хотел мне сказать?

Дункан выглядел лучше, чем в прошлый раз, но ненамного. Побритый, в элегантном костюме, со свежей стрижкой, однако Перес заподозрил, что тот почти не спит. От былой спеси не осталось и следа.

– Я размышлял о вечеринке в Хаа.

– О той, куда пришла Кэтрин Росс?

– Да. – Пока официантка принимала заказ, он прервался. – Слушай, я тогда был не в себе, ясно?

– Но ты что-то вспомнил?

– Ты спрашивал про Роберта. Он пришел не с Кэтрин. Он уже был у меня, говорил с Сесилией до прихода гостей. Не знаю о чем. Семейные дела, наверное. Во всяком случае, разговор был напряженный… – Он резко умолк. – Может, уговаривал ее уехать с ним. Он всегда меня терпеть не мог, а из нее веревки вил.

Перес изучающе посмотрел на него, гадая, в чем дело. Уж точно не в желании помочь следствию. Дункан не из тех, кто станет тратить время на благородные жесты. У него всегда имелся скрытый мотив. Он умел водить за нос все Шетланды.

– Кэтрин и Роберт были знакомы, – сказал Дункан. – Когда она вошла, это сразу стало заметно.

– Как именно?

Перес начал терять терпение.

– Роберт разговаривал с Сесилией на кухне. Она готовила закуски. Рядом стояли напитки, поэтому я торчал там же. Кэтрин вошла с какой-то компанией, и Роберт ее увидел. Он был потрясен. Явно не ожидал ее встретить. Бросил разговор с матерью и уставился на нее. Как громом пораженный. Будто ее появление здесь было немыслимо.

– Он обрадовался?

– Думаю, да. Обрадовался, но, возможно, немного занервничал. Засуетился.

– А она как отреагировала?

– Никак. Не подала вида, что знает его. Налила себе выпить и завела со мной беседу. Кокетничала, пожалуй. Она была из тех женщин, что заставляют тебя чувствовать себя особенным. Могла убедить, что ты остроумный, интересный. Фрэн так не умела. Ей было лень стараться. А Кэтрин… о, она была мастером.

– Ей было всего шестнадцать.

– Но уже искушенная, – сказал Дункан. – Опытная.

И девственница.

– И это все, что ты хотел рассказать? Сомнительный повод для ужина в «Монти».

– Кокетничая со мной, одним глазком она следила за Робертом. Не знаю зачем. Не думаю, что он ей нравился. Но в какой-то момент они исчезли вместе. По крайней мере, мне так кажется. То есть я почти уверен. Это было до того, как Сесилия огорошила меня новостью об отъезде. Но ты же знаешь, как бывает на вечеринках. Хороших вечеринках. Увлекся беседой – и все вокруг перестает существовать. Слышишь музыку, но не слушаешь. Видишь людей, но не замечаешь, чем они заняты. Просто тела, двигающиеся в танце.

– Или блюющие.

– Для этого было еще слишком рано, – сердито отозвался Дункан. Он помолчал. – Не надо сарказма. Я пытаюсь помочь. Честно. В какой-то момент я заметил, что их нет. Мне нравилось общество Кэтрин. Ну ладно, признаюсь, я искал ее. Прочесал дом. Она меня зацепила. У нее был стиль. И потом, размышляя над этим, я понял, что Роберт тоже пропал. Может, это и не важно.

Официантка принесла заказ. Перес ее не узнал, хотя она была его возраста и с местным акцентом. На мгновение он отвлекся, пытаясь вспомнить, кто она. Дункан сразу набросился на еду, дуясь из-за того, что Перес не оценил его откровенность.

– И куда они делись?

– Точно не знаю. Я же не обыскивал каждый уголок. Не настолько это было важно.

– Но они остались в доме?

– Да не знаю я! Может, поехали кататься. Занимались страстным сексом у Роберта в машине. Только я в это не верю. Как я уже сказал, она была привлекательной девушкой. А Роберт – просто избалованный маменькин сынок с накачанными мускулами. Красивый, если кому-то нравятся блондины-викинги, но она была слишком умна, чтобы купиться на это.

«А кто ты? – подумал Перес. – Просто бессовестный наглец».

Событие, заставившее Переса увидеть Дункана в новом свете, было не таким уж серьезным. Это могло случиться где угодно. Но здесь, где паутина отношений опутывает намертво, с подобным сталкиваешься ежедневно. Дункан лихачил. Мчался с севера с безумной скоростью. Его остановил Сэнди Уилсон. Заподозрил, что Дункан пьян, и потребовал пройти алкотест.

Но отец Сэнди работал в компании Дункана. Плотник-универсал, занимался ремонтом зданий, которые покупал Дункан. Дункан пригрозил уволить отца Сэнди, если ему предъявят езду в пьяном виде. Вряд ли он и правда сделал бы это – хорошие мастера на вес золота. Но Сэнди поверил, и Дункан отделался штрафом за превышение. Шантаж. Перес узнал об этом позже. Однажды Сэнди напился и проболтался. Перес сохранил это в тайне. Сэнди был туповатым и узколобым, но не заслуживал такого отношения. Да и вообще, Перес был кое-чем обязан Дункану, разве нет? Тот спас ему жизнь в школе, защитил от парней с Фулы. Но долг был оплачен, и теперь он ничего не должен. Именно поэтому он ненавидел Дункана. Не потому что тот бессовестный наглец, а потому что вынудил Переса увидеть его таким. Потому что в четырнадцать они были лучшими друзьями.