— Я и говорю: во время отпуска дел гораздо больше, — объяснил Натаниэль. — Мама регулярно придумывает, чем бы занять великовозрастного сына-бездельника. То одно поручение, то другое, — он сел за свой стол. — Магазины, то, се… Так что случилось? Решил посмотреть, как мы тут живем?

— Что у тебя за дела с адвокатом Грузенбергом? — спросил вместо ответа инспектор.

— С Грузенбергом? — Натаниэль удивленно поднял брови. — Никаких дел, с чего ты взял?

— С того, что он отвозил тебя от Управления. Не отпирайся, я видел, как ты, он и его подзащитная вместе садились в его машину.

— А это была его подзащитная? Приятная женщина, — заметил Розовски. — Никаких дел, Ронен. Просто нам оказалось по дороге. Ты же знаешь, у меня нет машины. А тут дождь собирался.

— По дороге? И только?

— Что же еще?

Инспектор некоторое время исподлобья смотрел в широко раскрытые глаза частного детектива.

— Ну-ну, — сказал он. — Знаешь, Натаниэль, больше всего на свете мне бы хотелось, чтобы ты уехал далеко-далеко. И надолго-надолго. Хотя бы во время отпуска. Я бы даже купил тебе билет. В один конец. На собственные деньги.

Розовски засмеялся.

— Да объясни, в чем дело? — сказал он. — Что у тебя за подозрения относительно адвоката Грузенберга? И при чем тут я?

— Зря смеешься. — Ронен извлек из кармана пачку «Тайма», закурил. Поискал пепельницу. Розовски пододвинул ему керамическую пепельницу и тоже закурил. На некоторое время воцарилось молчание. Оба делали вид, что заняты исключительно процессом пускания дыма в потолок. Причем походило это на некое соревнование.

Первым не выдержал инспектор. Раздавив сигарету в пепельнице, он сказал:

— Не хочешь говорить — буду говорить я. А ты дополнишь, если захочешь.

— Если смогу, — поправил Натаниэль.

Инспектор нетерпеливо махнул рукой.

— Итак, — сказал он, — адвокат Грузенберг хочет добиться освобождения своей подзащитной.

— Освобождения? Разве она не на свободе?

— Пока, — многозначительно произнес инспектор. — Пока на свободе. Чисто формально. Если хочешь знать, я уже сегодня мог бы предъявить обвинение госпоже Головлевой. Но твой приятель Грузенберг очень хитро выставил основной уликой показания неизвестной свидетельницы, позвонившей в полицию и сообщившей о преступлении. Верно?

— Не знаю, — задумчиво сказал Розовски. — Логика подсказывает именно такое действие. Но логика, как ты сам наверное знаешь, не всегда срабатывает.

— Ты хочешь сказать, что адвокат нанял тебя не для этого? — Ронен недоверчиво прищурился. — Не для того, чтобы найти эту свидетельницу?

Не отвечая, Натаниэль повернулся к полуприкрытой двери.

— Офра! — крикнул он. — Принеси сегодняшнее соглашение.

Ронен недоуменно посмотрел на него.

— О каком соглашении речь? — спросил он.

— Неважно, погоди, Ронен, — Натаниэль взял лист бумаги из рук Офры. — Ага, вот: «Агентству оставляется право в случае необходимости вступать в контакт с представителями полиции», — он отложил текст соглашения, улыбнулся. — Видишь, дружище, общаясь с законниками сам становишься законником. Итак, о чем ты спрашивал?

— Разве адвокат нанял тебя не для поиска женщины, позвонившей в полицию? — повторил свой вопрос инспектор.

— На конкретный вопрос даю конкретный ответ: да, для этого.

— Шансов у этого парня никаких, — сказал Ронен. И пояснил: — Я об адвокате.

— Понимаю.

— Не знаю, на что он рассчитывает. Дело абсолютно ясное, она задержана на месте преступления. Можно сказать, с поличным… — инспектор покачал головой. — Он хочет найти свидетельницу. Даже если удастся, что он будет делать дальше? Свидетельница тут же укажет на Головлеву как на убийцу, совершившую преступление у нее на глазах. Все! Проигрыш, — он выжидательно посмотрел на Розовски, ожидая его реакции, но Натаниэль молчал.

— Зря он тебя нанял, — снова заговорил инспектор. — Лучше бы оставил эту исчезнувшую даму как расплывчатый, но весомый аргумент в суде. Так нет, решил найти. И что же? Легче найти иголку в стоге сена.

— Кто знает… — рассеянно заметил Натаниэль. Пока инспектор Алон излагал свое мнение, он в очередной раз развернул перед собой листок с гороскопом.

Ронен посмотрел на него.

— Чем это ты так занят? — спросил он.

— Новое увлечение, — пояснил Натаниэль. — Астрология. Занятная штука. Вот ты, например, кто по гороскопу?