Заметно было, что Настя еще очень плохо владеет своим даром. Навыка у нее не было никакого, и она пока не понимала для чего все это нужно, и какую опасность может нести окружающим.

Но она очень быстро училась. В мире Серой Руси она действительно имела магические способности, и были они достаточно сильны. Молнии быстро свернулись в тугой клубок на ее ладони, затем этот клубок поднялся на высоту нескольких саженей — почти под самый потолок, который до того не был виден, а теперь осветился теплым желтым светом.

— Ты молодец, — сказал я. — Но не вздумай сейчас щелкнуть пальцами.

— Почему? — не поняла Настя.

— Этот шар может взорваться, и тогда нас разорвет в клочья. Шаровые молнии не любят, когда с ними играются дилетанты… — Я движением бровей изничтожил огненный шар. — Однако, нам пора уходить.

— Ты уверен? — уточнила Настя.

— Как никогда. В этом мире я сделал все, что было нужно. И даже больше. Теперь я должен вернуться домой.

— К Катьке?

— И к ней тоже…

Я кивнул на открытый проход «тайной тропы», и прошептал: «Трипта ла гоя мира волд…» Никто никогда не учил меня этому заклинанию, и прочесть его я тоже нигде не мог — я просто его знал. И там, в чернильной тьме, зажглась длинная череда огней. Они шли по обеим сторонам убегающей вдаль «тропы», сливаясь где-то там, в бесконечности, в одну пылающую точку.

Больше не раздумывая, мы ступили на «тропу». Виноградная лоза обвивала края проема и с внутренней стороны тоже, расползаясь в разные стороны. Здесь не было какой-то поверхности, вроде стен или хотя бы балок, за которые она могла бы цепляться, но тем не менее она как-то держалась в воздухе, прилипнув, казалось бы, прямо к чернильной мгле.

Я коротко усмехнулся, и лоза тут же начала затягиваться обратно в проем, а когда и вовсе исчезла из вида, то он с тихим хлопком закрылся. Настя понимающе покивала.

— А ты крут, Сумароков! Научишь меня этому?

— В нашем мире тебе это не пригодится, — ответил я, направляясь вперед по «тайной тропе».

— Почему? — Настя семенила за мной следом, удерживаясь за мой локоть. — Ведь ты не стал уничтожать магию! А, Сумароков? Не стал ведь?

Я мотнул головой.

— Не беспокойся, Немое Заклинание осталось невостребованным. Пусть все идет своим чередом. Но твоя магия имеет силу только в мире Серой Руси.

— Откуда ты знаешь?

— Ниоткуда. Это общеизвестно.

— Это не ответ! Так может сказать любой, кто хочет, чтобы ему верили на слово, без всяких доказательств.

— Да мне плевать, веришь ты мне или нет! — Я поморщился. — В любом случае, очень скоро ты и сама сможешь это проверить…

Я кивнул вперед, туда, где в самом конце моей «тайной тропы» уже начал открываться выход. Тонкая вертикальная линия распорола тьму Запределья и принялась медленно расширяться. Постепенно она разделилась на две линии, и промеж их проступила полоска нашего мира. Резко чиркнув ребром правой ладони по крепко сжатому левому кулаку, я остановил время по ту сторону прохода.

— Слушай меня внимательно, — ускорив шаг, сказал я Насте. — Когда выход откроется, ты увидишь нечто странное. Мы выйдем в казармах Преображенского полка, но я остановил время, и сейчас там все замерло. Я смогу удерживать его ход не очень долго, но нам и этого хватит. Ты увидишь множество людей в странных позах. Я смогу свободно передвигаться среди них и обезврежу пулю, которая предназначена Катерине. Потому что это будет тот самый миг, когда мы покинули это место.

— Мне идти за тобой? — деловито поинтересовалась Настя.

— В этом нет смыла. Стоит тебе сойти с «тайной тропы», как время для тебя тоже остановится. Рекомендую оставаться на «тропе», если хочешь видеть все, что здесь будет происходить. Я оставлю ее открытой…

— А потом? — спросила Настя.

— А потом я открою «тропу» подальше отсюда, к черту на рога, где никто нас не сможет достать. И пусть все идет своим чередом. А если кто-то еще раз попытается использовать меня в своей игре, то ему сильно не поздоровится!

В этот самый миг выход рывком распахнулся на всю ширину, и мы остановились перед ним как вкопанные. Как и в тот момент, когда мы с Настей покинули наш мир, там все еще было утро. День пока не успел вступить в свою полную силу. Но никаких людей сквозь проем я не видел. Как не видел и казарм Преображенского полка. Единственное, что было видно — это большая криволапая ветка с дубовыми листьями, закрывающая нам выход.

Раздвинув листву, я выглянул наружу. Оторопело посмотрел по сторонам.

— Чего там? — спросила из-за спины Настя.

— Лес, — ответил я некоторое время спустя.

— Какой лес? — не поняла Настя. — Почему — лес? А где же казармы?

— Не знаю, — отозвался я немного потеряно.

— А кто знает?! — взвилась Настя. — Кто из нас Белый маг, Сумароков, твою мать?! Мсье ты долбанный!

— Да погоди не ори! — цыкнул я на нее. — Я Белый маг всего как несколько минут, я даже не знаю пока что мне со всей этой Белой магией делать… А ты мне сосредоточится мешаешь!