Дружок довольно кивнул. В его логике это звучало предельно ясно.

***

Разграбленный супермаркет оказался едва ли не лучшим убежищем из тех, что попадались Вадиму за последнее время. Стеклянные двери были выбиты еще в первые дни паники, витрины утащили на металлолом или разбили, пол завален осколками, обертками, пустыми коробками. Но главное, внутри было просторно, потолки высокие, и в глубине зала нашлось место, где Дружок мог более-менее удобно расположиться. С воздуха их не обнаружат вертолеты и военные беспилотники.

Шестиметровое тело мутанта заняло целый проход между стеллажами: длинные руки почти доставали до соседних рядов, колени были поджаты, спина сутулилась, грудная клетка тяжело расширялась при каждом вдохе. Лысая голова с выпуклым лбом и четырьмя красными глазами выглядела особенно жутко в отблесках мутного света, пробивавшегося сквозь пыльные окна крыши.

– Тут нормально, - удовлетворенно сказал Вадим, осмотрев помещение.
– Есть крыша над головой, стены целые. Никаких дыр, куда дождь будет литься. Сойдет для ночлега.

Дружок скосил на него четыре глаза и непонимающе выдохнул:

– Нормально… это… хорошо?

– Да. Хорошо, -подтвердил Вадим.
– Запомни: ''нормально'' значит приемлемо, удобно, безопасно, хотя может быть и лучше.

Мутант задумчиво повторил:

– Нор-маль-но. Безопасно.

Вадим криво усмехнулся. Для него слово ''безопасно'' давно потеряло реальное значение. Но пусть Дружок учится.

Пока существо обустраивалось, парень отправился обследовать кладовые и подсобки. Воры и мародеры выгребли почти все: полки пусты, лишь изредка попадались баночки с соусами, пара пачек макарон, коробки чая, несколько консервов. Зато в закутке под прилавком Вадим нашел ящик со сгущенкой -похоже, про него просто забыли.

– Во!
– он показал находку Дружку.
– Смотри, еда.

Мутант настороженно втянул запах и поморщился.

– Сладко. Не… мясо. Сгущенка.

– Конечно не мясо, -ухмыльнулся Вадим.
– Но тебе полезно попробовать. Это человеческая еда.

Он открыл банку ножом и протянул. Дружок осторожно лизнул густую массу, затем втянул еще и еще. Вскоре половина банки исчезла в его пасти, и мутант произнес неожиданно довольным тоном:

– Сладко… хорошо.

– Ну вот. Видишь? Человек может жить и без мяса, какое-то время, -пояснил Вадим.
– Запомни: еда бывает разная. Мясо, овощи, хлеб, сладости. Мы, люди, едим все это.

Дружок задумался, потом выдал:

– Я… тоже? Часть… человек?

Вадим помрачнел. Вопрос, от которого он старался уйти. Но раз уж заговорили, лучше ответить честно.

– Отчасти, да. Ты был создан вирусом из человеческого генома. В тебе есть многое от нас. Иначе ты бы не понимал речь, не воспроизводил ее и не задавал вопросы.

Суперпрыгун долго молчал. Четыре глаза его сверкали в полумраке зала. Наконец он произнес:

– Тогда… я должен учиться. Быть… как ты.

Вадим медленно кивнул.

– Именно. Учиться.

Огонь в бочке уже догорал, оставляя лишь красные угли. Вадим сидел, опершись спиной о стену, а рядом вытянувшийся на полу Дружок, смотревший на него снизу вверх, словно ожидая новых слов.

– Ладно, теперь посложнее, -вздохнул парень.
– Вернемся к нашим баранам. Есть вещи, которые важнее еды и силы. Это то, что делает нас… людьми.

Он написал на полу найденным маркером: ''добро'' и ''зло''.

– Вот смотри. Добро - это помогать, защищать, спасать. Зло - это убивать, мучить, забирать у слабого. Понимаешь?

Дружок нахмурился.

– Зло… убивать. Но я ел зомби… это зло?

– Нет, -покачал головой Вадим.
– Как я раньше сказал, зомби - уже не люди. В них нет ничего, кроме болезни. Мы не убиваем их, освобождаем. Зло - это убить того, кто может жить, думать, чувствовать.

Существо зашевелилось, когтем нарисовало рядом кривую черту.

– Тогда… если убить плохого человека - добро?

– Хм… -Вадим почесал затылок.
– Не все так просто. Иногда это необходимость. Чтобы другие хорошие жили, но убивать ради удовольствия или без причины всегда зло.

– Трудно, -пробормотал Дружок.

– Да, -согласился парень.
– Никто сразу не понимает, даже люди.

Затем он вывел новые слова: ''Жизнь'' и ''Смерть''.

– Жизнь - это свет, движение, тепло. Смерть - тьма, покой, конец пути. Но… иногда смерть бывает милосерднее, чем жизнь в мучениях.

– Зомби… смерть - добро, -повторил Дружок.

– Верно, -кивнул Вадим.
– А вот твоя жизнь - это добро. Ты в отличие от зомби можешь выбирать. Это главное.

Существо подняло голову, и в его красных глазах отразился огонь.