Шрифт:
И, возможно, именно этот союз между человеком и чудовищем однажды определит исход войны с Хронофагом.
Глава 4. Познание
На следующее утро Вадим вывел Дружка из собора. Тот шагал неловко, будто тело еще не привыкло к собственному весу и длине конечностей. Но когда мутант впервые поднял голову и увидел небо, он застыл. Красные глаза расширились, зрачки нервно дернулись, и на миг он словно забыл дышать.
– Это… -сипло выдохнул Дружок.
– Свет… большой… много...
Солнце било в его чувствительные глаза, он прикрыл ладонями лицо, но не отводил взгляда. На коже поблескивали капли слизи, сочившейся из свежих трещин на теле.
– Это небо, -спокойно сказал Вадим.
– И солнце.
Дружок повернул голову к нему, и в телепатическом отклике проскочило: +Огромное. Бесконечное. Почему?+
– Так устроен мир, -Вадим пожал плечами.
– Он большой и возник задолго до нас. Люди живут в нем...
– Другие… как ты?
– голос мутанта звучал напряженно, будто он боялся ответа.
Вадим задумался. Потом все же сказал правду:
– Были. Многие. Но болезнь пришла. Она делает людей мертвыми или меняет их.
Мутант закачался, словно подкошенный.
– Болезнь… плохая штука? Я… из нее?
Он ткнул когтистой лапой себе в грудь. В телепатическом потоке чувств было нечто, чего Вадим не ожидал: ужас, стыд и какое-то гулкое одиночество.
– Да, -тихо ответил Вадим.
– Ты из нее. Но слушай внимательно. Это не твоя вина. Ты не выбирал. Это сделали люди. Они выпустили болезнь.
Дружок осел на колени прямо на треснувшую мостовую. Его дыхание стало частым, грудная клетка вздымалась рывками. Он повторял глухо:
– Плохая штука… Я… плохой…
– Нет, -Вадим подошел ближе и твердо сжал его плечо.
– Ты не болезнь. Ты - новая форма жизни. Понимаешь? У тебя есть выбор. Ты можешь быть не врагом, а другом.
Дружок медленно поднял голову. В четырех красных глазах плескалось что-то новое - не только страх, но и вопрос, надежда.
– Друг...
– он повторил еле слышно.
– Я... могу... быть другом?
Вадим кивнул.
– Да. Для начала моим.
Мутант замер, словно пытаясь переварить это простое утверждение. И тогда впервые за все время его телепатический отклик не был хаотичным и спутанным, а прозвучал ясно и четко:
+Вместе.+
Вадим тяжело вздохнул. Он оглядел пустынные улицы, мертвые дома и редкие силуэты инфицированных вдалеке. Дружок левой лапой с вытянутым пальцем указал на серые фигуры, явно скопировал этот жест у парня.
– Почему... они? Не... как... ты?
– Не как я... что?
– не понял Вадим, а суперпрыгун не мог внятно сформулировать.
– Говорят... но не говорят. Как ты.
– Им не повезло. Вирус сожрал мозги, оставив лишь спинно-мозговые рефлексы.
В ответ полное непонимание от нового приятеля.
– Ладно, объясняю проще. Болезнь поражает людей, то, чем мы думаем, -Вадим постучал пальцем по лбу.
– Голову, внутри нее мозг. Зомби глупые.
– Они... не будут... умнее?
– с чисто деткой наивностью спросил Дружок.
– Вряд ли. Их мутации зашли в тупик.
– Ты... сделал меня... умнее. Сделай их.
Парень горько усмехнулся.
– Это так не работает, ты родился умным... даже очень, вон как за сутки научился говорить. А другие были умными, но стали глупыми... болезнь, как бы тебе доступно объяснить, сломала, поранила им мозги. Они не могут учиться.
– Учиться...
– пробормотал мутант.
Мрачную тишину нарушил рокот приближающегося вертолета, летел он в направлении Исаакиевского собора. Вадим мгновенно сообразил, что нужно прятаться:
– Скорее! Нужно валить с открытого места.
Дружок без возражений последовал за парнем под прикрытие массивных колонн, оплетенных серыми стеблями вирусной массы. Парой секунд спустя в поле зрения показался боевой Ми-35, щедро увешанный вооружением из неуправляемых ракет и пушечных контейнеров.
– Что... это?
– изумился Дружок.
– Вертолет. Машина. Внутри сидят люди и управляют ей.
– Опасность?
– Еще какая...
– вертолет принялся наворачивать круги над районом Исаакиевской площади.
– Лишь бы нас не заметили.