Шрифт:
– Жених не возражал, - ответила побледневшая Элизабет и потерла висок.
– Он тоже был с нами.
Пруденс охнула.
– Но это же плохая примета! Жениху нельзя видеть невесту перед свадьбой!
– Иначе передумает?
– пошутила я.
– Кхм, простите. Кстати, разве не вы, тётушка, рассказывали мне в детстве, как дедушка тайком пробрался в сад к бабушке?
Пруденс задохнулась от возмущения:
– Это другое!
– Разумеется. Тогда это называлось «романтикой», а сейчас - «дурной приметой».
Губы тетки Пруденс задрожали.
– Я всего лишь хочу, чтобы ты, дорогая Элизабет, не спугнула свое счастье!
Как по мне, скандальная родня может отпугнуть жениха куда надежнее любой черной кошки.
– Между прочим, - заметила Беверли с усмешкой, - это просто суеверия. Антинаучные.
Пруденс, побеждённая, но не сломленная, вышла из комнаты, бормоча что-то о «непочтительных девицах».
Остальные вереницей потянулись за ней.
Часы громко пробили два.
Осталось продержаться один-единственный день, и я наконец смогу уехать из этого сумасшедшего дома! Надеюсь, навсегда...
Глава 11
Утро началось возмутительно рано. Горничная растолкала меня - ладно-ладно, деликатно тронула за плечо - в четверть шестого.
– Кофе...
– простонала я, прикрывая глаза от невыносимо яркого света лампы.
– И, желательно, с коньяком. В пропорции один к одному, иначе мне не пережить этот безумный день.
– Простите, мисс, - смутилась она, теребя белоснежный передник.
– Вас уже ждут. Мисс Элизабет велела...
– Встаю я, встаю!
– перебила я, смиряясь, и сцедила зевок.
А ведь вчера идея прогуляться перед сном казалась очень заманчивой! Надо было спрятаться под кровать и притвориться мертвой...
В комнате моей младшей и самой любимой из тетушек царил настоящий бедлам.
Элизабет сидела в кресле и, кажется, спала с открытыми глазами, терпеливо снося все проделываемые над ней измывательства. На лице у неё красовался толстый слой розовато-бурой массы, напоминающей засохшую овсянку. Над ногтями колдовала толстая женщина с сигаретой в зубах, от которой пахло, как от лондонского дымохода.
Вокруг носились горничные с пуховками, лавандовой водой и угрожающего вида щипцами, похожими на средневековые пыточные инструменты.
Метались портнихи, на скорую руку заканчивая платье. Кажется, надевать заранее пошитый наряд - дурная примета? Как по мне, дурная примета - это доделывать работу за пять минут до церемонии.
Беверли в шелковом халате и с чашкой кофе командовала парадом, словно заправский генерал.
– Кофе, - бросила она в пространство.
Чашка оказалась передо мной, словно по волшебству. А с ней - о, блаженство!
– два сандвича с огурцом, портсигар и скромный бокал горячительного.
– Зря ты отказалась быть подружкой невесты, - сказала я, помахав рукой в знак приветствия, и упала на подставленный стул.
– С твоими-то организаторскими талантами!
Она поморщилась.
– Чтобы в меня тыкали пальцами? Мол, старшая, а до сих пор не замужем? Благодарю покорно.
Я пожала плечами. Можно подумать, теперь люди будут меньше болтать. Леди-детектив, чье фото - в брюках!
– изредка мелькает в газетах? Вряд ли это многим лучше, чем леди-преподаватель.
Счастье еще, что мир, где репутация значит куда больше, чем личные заслуги, давно уже не имеет власти над нами обеими.
– Ты отлично все организовала, - похвалила я.
– Я бы так не смогла.
Беверли отсалютовала мне чашкой.
– Покомандуй с мое бестолковыми магистрами, и организовать свадьбу для тебя будет парой пустяков.
– Нет уж, благодарю, - меня передернуло.
– Лучше уж гангстеры, неверные мужья и карманники.
Пожалуй, преступники - очень даже милые люди... Если сравнивать их с юными чудовищами, которые по недоразумению считаются студентами.
Она рассмеялась, но ответить не успела.
В дверь без стука влетела горничная, затравленно огляделась - и кинулась прямиком к Элизабет.
– Мэм, у нас не хватает начинки для тарталеток! А еще кот влез на ледник и съел все сливки!
Судя по ее тону, это было бедствие, сравнимое с извержением вулкана.
Беверли вздохнула, отдала мне недопитую чашку и взяла горничную под локоток.
– Показывай!
Вернулась она через пять минут с таким свирепым видом, будто перекрутила на фарш саму бестолковую девицу...
Далее не досчитались голубей, по традиции выпускаемых после венчания.