– Кхм, - я задумчиво разглядывала тарелочки с маслинами, семгой и несколькими сортами сыра.
– Интересное угощение к чаю...

Беверли усмехнулась.

– Идеальное - для местного сорта... заварки.

И взялась за чайник.

В подставленную чашку полилась коричневая жидкость, схожая с чаем лишь цветом.

– Помнится, в Чарльстоне продажа алкоголя леди строго воспрещена...
– заметила я в пространство.

Элизабет слабо улыбнулась.

– Думаю, это несложно обойти. Речь ведь идет только о продаже, угощать леди не возбраняется?

Хм... Неожиданно. Вот так, сходу, уловить прореху в законе? И впрямь, никто не мешает выставить счет леди только за закуски, а коньяк преподнести в подарок.

Я даже головой покачала. Ай да Элизабет! Даже владелец бара, кажется, об этом не подозревал, - раз коньяк нам все-таки принесли под видом чая.

Элизабет с Беверли сегодня будто задались целью меня удивить.

– Не ожидала от тебя такой осведомленности, - заметила я, - в... юридических тонкостях.

– Хозяйка дома должна разбираться во многом, - отозвалась Элизабет безмятежно и накрыла ладонью свою чашку.
– Благодарю, но я бы хотела обычного чаю.

Беверли закатила глаза.

– В баре? Лиз, иногда ты меня убиваешь. Никто же не узнает, так зачем...
– кажется, она хотела сказать что-то вроде "корчить леди", но ограничилась туманным: - себя ограничивать?

Элизабет поколебалась. Очевидно, сознаваться ей не хотелось, но беспричинный отказ от спиртного - в данных обстоятельствах - и впрямь выглядел странно. А туманные ссылки на "леди не подобает" звучали слишком расплывчато и, боюсь, оскорбительно уже для нас с Беверли. Хотя леди, разумеется, и впрямь не подобало.

Вмешиваться я не стала, позволяя ей самой принять решение.

– Мне давно было любопытно попробовать, - созналась Элизабет, разглядывая свои пальцы с тонким ободком кольца, украшенного роскошным бриллиантом.
– Жаль, что придется упустить такую возможность.

Беверли поморщилась.

– Лиз, бога ради! Я ведь не предлагаю тебе пуститься во все тяжкие. Речь всего лишь о бокале коньяка.

Элизабет твердо встретила ее взгляд.

– Не в моем положении.

Беверли застыла с приоткрытым ртом.

– Серьезно?
– придушенно выдавила она наконец.

Элизабет кивнула, и Беверли ошеломленно покачала головой, потерла висок.

– Поверить не могу. Чтобы ты и...

Элизабет все-таки отвела взгляд и чуть порозовела.

– Мы с Чарльзом любим друг друга. И завтра поженимся.

Беверли подняла руки.

– Не оправдывайся. Я все понимаю. Хотя и не ожидала, что...

Она запнулась, и я подсказала сардонически:

– Что ничто человеческое Элизабет не чуждо?

Беверли бросила на меня острый взгляд.

– Почему мне кажется, что ты не удивлена?

Я пожала плечами и напомнила:

– Чтение аур в перечень моих талантов входит.

И двойная аура может означать лишь одно, тут не может быть разночтений.

Признаюсь, поначалу я тоже удивилась. Но мне хватило деликатности не допытываться.

Беверли посмотрела на меня совсем иным, оценивающим, взглядом.

– Ты повзрослела.

Я натянуто улыбнулась.

– Удивительно, правда?

Едва ли я могла остаться той же наивной девицей, какой была в свои восемнадцать. Жизненный опыт никуда не денешь, даже если порой хочется.

Беверли фыркнула и жестом подозвала официанта.

– Принесите чаю.

Глаза бедняги расширились, рот приоткрылся в немом протесте. Кто же станет пить чай, когда есть коньяк? Однако персонал бара оказался достаточно вышколенным, чтобы свое мнение придержать.

– Да, мэм!
– согласился официант почтительно и скрылся.

– Думаю, - Беверли смерила сестру взглядом, - один глоточек тебе не повредит.

Элизабет немного поколебалась и подставила чашку.

– За тебя, дорогая, - провозгласила тост Беверли, - пусть хоть ты будешь счастлива в браке.

Я подняла брови. Похоже, в прошлом Беверли скрывалось немало разочарований. Слишком уж проникновенно - и горько - вышло это "хоть ты".

Хотя могло ли быть иначе? Женщина со свободными нравами, вроде меня или Беверли, для замужества непригодна. И пусть сама Беверли к браку не стремится (опять же, как и я), такая постановка вопроса может ее втайне уязвлять.

Зато Элизабет просто создана для роли жены и матери. Очень надеюсь, что она и впрямь будет счастлива.

– За тебя, дорогая!
– эхом отозвалась я и пригубила коньяк. Недурно, кстати. Куда лучше, чем можно было ожидать от заведения такого пошиба.