— Слишком долго ты испытывала мое терпение, старуха, — прорычал он, шагая по льду, покрывшему пол. — Пора платить по счетам.

— Арес… Нет… Одумайся!

В руках Ареса появилось второе копьё, его лицо исказилось звериной жестокостью:

— Одумайся? После того, что ты сделала со мной? СДЕЛАЛА С НЕЙ?! НУ УЖ НЕТ!

Деметра, в ужасе отступила, бросила бежать, но путь к выходу ей внезапно перегородила Афродита. Глаза богини вспыхнули, по залу прокатилась мощная, ощутимая волна. Меня охватила мучительная, непреодолимая тяга пасть перед ней на колени, целовать землю, по которой она ступала. Афродита сейчас была воплощением силы, повелительницей, могучей и желанной. Только боль, немножко самоуважения и вмерзшее в лед тело позволяли мне удержаться от этой участи.

Деметра же сломалась мгновенно — как-никак основной удар пришелся на нее. Она обмякла, словно пес, смотря на Афродиту пустым взглядом. Та плавно подошла и погладила её по щеке.

— На что ты готова ради меня, тетушка? — голос богини звучал словно музыка. Мне захотелось разрыдаться от восторга, а ведь я стоял в десятке метров. Какого приходилось старухе, я и представить не мог.

— На что ты готова ради меня? — повторила богиня, ломая отставки сопротивления.

— На… Все… Дорогая, — прохрипела Деметра. — Абсолютно на все.

Изрезанные, кровавые и безумно красивые губы Афродиты исказила улыбка.

— Тогда, пожалуйста. Умри для меня.

Короткий, судорожный вздох… А затем тишина. Афродита равнодушно позволила телу богини рухнуть на пол. Сражение закончилось так же внезапно, как и началось.

Я наконец вдохнул полной грудью, чувствуя, как возвращается контроль над телом. Дрожащими руками опустил кинжал и встретился взглядом с Аидом. Мы оба молчали. Сказать было нечего. И хотя тело немело от усталости и боли, а воздух горел в лёгких, сейчас, впервые за долгое время, я чувствовал настоящее удовлетворение.

Глава 20

План

Постепенно звон в ушах стих. Я сделал глубокий вдох, постепенно приходя в себя. Деметра лежала у ног Афродиты, неподвижная и безжизненная. Тонкая струйка крови стекала из ее рта на пол, смешиваясь с тающим льдом, но это зрелище не вызвало во мне особых эмоций. Теперь для меня смерть богов — жестокое, но до странного обыденное зрелище.

Аид стоял на коленях у Персефоны, крепко обнимая её, словно боялся, что она исчезнет. Он водил над ней руками и что-то шептал, но Персефона продолжала молчать, неподвижная, будто сломанная кукла. Арес подошел к Афродите и молча приобнял её за плечо. Богиня дрожала, глядя на тело Деметры с ненавистью, чтобы все же позволила мужчине увлечь себя в объятия.

Внезапно рация на моём поясе ожила потрескиванием помех, и раздался голос Элайса:

— Адриан! Что у вас там происходит? Атлант на подходе, если вы ничего не сделаете прямо сейчас, городу конец!

— Чёрт, — тихо выругался я.

В этот момент позади меня что-то упало на пол с глухим стуком. Обернувшись, я увидел тело Рика, рухнувшее вниз, когда окончательно растаял лед. Парень беспомощно растянулся на мокром полу, оглушенный и без сознания. Сердце кольнула горечь — этот козел бросил меня и потому заслуживал не помощи, а кулака в челюсть. Я поколебался мгновение, сцепил зубы. Наконец все же заставил себя шагнуть к нему, проверить пульс. Рик был жив. Кто бы сомневался, такие сволочи так просто не умирают. Но и из игры выбыл на долгое время.

Что плохо. В данный момент. Я поднялся и, оглядевшись, двинулся к Афродите. В груди теснились противоречивые чувства — я видел, как той досталось. Видел уставшее, осунувшееся лицо и потухшие глаза. Видел, насколько она измучена. И все же, мне придется просить ее об услуге. Ибо кроме нее, в Спарте богов больше не было.

— А, ученик, — первым заметил меня Марс и болезненно хмыкнул. — Помнишь его, Афродита?

Богиня ответила усталой натянутой улыбкой.

— Победитель Олимпийских Игр, убийца Тифона и бесконечная головная боль отца. Конечно, помню. Я благодарна тебе за спасение, Адриан Гордиан Лекс. В очередной раз ты пришел на помощь Олимпа.

Ее глаза говорили — было бы еще лучше, если бы ты пришел два года назад.

Я кашлянул.

— Гм, да, простите, что прерываю… Но сейчас ситуация несколько поменялась. Нам, в смысле этому городу, тоже нужна помощь. И я понимаю, что сейчас возможно не лучшее время…

— О чем ты парень? — перебил меня Арес.

Я указал на балкон, с которого уже можно было различить вырисовывающуюся вдали фигуру титана.

— Великий Зевс, — выдохнула богиня, проследив за моим взглядом.

— Увы, этот парень сбежал. Или к счастью. Короче, что я кручу вокруг до около, вы и сами все видите. К городу идет Атлант. Для него это стены ничего не значат, а смертные — простая мошкара, «белые» или не «белые» — неважно. И если мы ничего не сделаем, то победа над Деметрой теряет всякий смысл.

— Мы? — Афродита удивленно на меня посмотрела.

Я кашлянул снова.

— Ну, под «мы» — это скорее ты. То есть, вы. Госпожа, — добавил я, увидев, как у нее вытянулось лицо от фамильярного обращения. — Кроме вас тут некому. Арес не в счет по понятным причинам, Аид… Что ж, боюсь, он сейчас не в состоянии что-либо делать.

Арес взглянул на меня исподлобья. Его лицо мрачнело с каждым сказанным мной словом. Наконец, он раздраженно вздохнул и взял меня за локоть, отводя в сторону от Афродиты. Сквозь зубы процедил тихо, чтобы она не слышала: