Здесь судебных приставов не было. Были: я — налоговый инспектор, который последний раз поднимал что-то тяжелее папки лет десять назад. Ворн — двадцатидвухлетний писарь весом в шестьдесят кило, включая очки. И Лент — пятидесятидвухлетний нотариус, который, судя по телосложению, физические нагрузки считал оскорблением профессии.

Команда мечты.

Я начал с плана. Как всегда — с документа. Акт приёма-передачи: перечень имущества, оценка каждой единицы, подписи сторон, свидетели. Форму составил сам — скилл «Акт проверки» помог с формулировками, хотя это был не совсем акт проверки. Скилл адаптировался.

Ворн принёс список имущества барона — он знал хозяйство изнутри, четыре года вёл документы.

— Скот, — говорил он, загибая пальцы. — Четыре лошади, но лошади — рабочие, без них хозяйство встанет. Убирать нельзя. Двенадцать коров — из них дойных восемь. Если забрать четыре-пять — хозяйство выживет. Свиньи — девять голов. Можно забрать шесть. Куры — я не считал кур.

— Куры — мелко, — согласился я. — Зерно?

— Склад. Примерно сорок мешков пшеницы, двадцать — ячменя. Часть — посевная, трогать нельзя. Часть — на продажу. Продажную можно.

Я прикинул. Корова — восемь золотых по скиллу. Пять коров — сорок. Шесть свиней — по два золотых — двенадцать. Зерно — тридцать мешков по четыре серебряных — двенадцать золотых. Итого — шестьдесят четыре. Мало. Нужно сто пятьдесят.

— Что ещё?

Ворн подумал.

— Сарай. Тот, что заколочен. Там — инвентарь. Старый, но рабочий: два плуга, борона, телега, инструменты. Управляющий заколотил три года назад — сказал, что не нужен. Инвентарь — не посчитан. Стоимость — не знаю.

— Пойдём посмотрим, — сказал я.

Мы пошли.

Сарай был заколочен досками — криво, без гвоздей, просто прибиты. Ворн снял две доски. Вошли.

Внутри — пыль, паутина, запах старого дерева. Два плуга — железные, тяжёлые. Борона. Телега — старая, но колёса целые. Наковальня — маленькая, не кузнечная, хозяйственная. Набор инструментов — молотки, клещи, топоры.

Скилл работал. Плуг — пять золотых. Второй — четыре (ржавчина). Борона — три. Телега — три с половиной. Наковальня — два. Инструменты — суммарно — около шести.

Итого — двадцать три с половиной.

Сарай был заколочен три года. Управляющий сказал «не нужен». Двадцать три золотых стоимости — «не нужно». В хозяйстве, которое проедает капитал и не ремонтирует забор. Либо управляющий — идиот. Либо — прятал. Зачем прятать инвентарь? Чтобы не вошёл в опись. Чтобы при проверке — если когда-нибудь случится — не учли.

Ворн смотрел на инвентарь. Лицо — напряжённое.

— Он знал, — сказал Ворн тихо. — Горст. Он заколотил сарай после того, как я нашёл расхождения. Через месяц. Я думал — совпадение.

— Не совпадение.

— Не совпадение, — согласился Ворн.

Я записал стоимость. Шестьдесят четыре плюс двадцать три — восемьдесят семь. Ещё нужно шестьдесят три — до ста пятидесяти.

— Ворн. Есть ещё что-то, что управляющий мог спрятать?

— Погреб. Под домом. Управляющий хранил там вино барона. Много вина. Он говорил, что это «представительский запас».

— Сколько?

— Не знаю. Он не пускал. Ключ — только у него.

— Ключа нет. Управляющий уехал.

— Замок можно сломать.

— С разрешения барона.

Ворн кивнул. Записал.

Я пошёл к барону. Один, без папки — неформально. Объяснил: для первоначального взноса нужна оценка имущества. Сарай — заколочен, но инвентарь внутри. Погреб — заперт. Нужен доступ.

Барон слушал. Потом:

— Горст заколотил сарай?

— Три года назад.

— Я не знал. — Пауза. — Он много чего делал, о чём я не знал.

— Могу я открыть погреб?

— Открывай. — Барон помедлил. — Только... скажи потом, сколько там вина. Мне интересно.

Я вернулся. Конюх помог сбить замок — два удара кувалдой. Погреб открылся.

Шестьдесят четыре бутылки вина. Не обычного деревенского — хорошего, из провинции Ардель, с этикетками. Скилл работал: от двух серебряных за обычное до полутора золотых за выдержанное. Суммарная стоимость — около семидесяти золотых.

Мы с Ворном стояли в погребе. Прохладно, темно, пахло сыростью и дубом. Ворн считал бутылки, записывал каждую — номер, этикетка, стоимость по Оценке. Я стоял и смотрел.

Семьдесят золотых вина. В погребе, к которому имел доступ только управляющий. «Представительский запас». На представительские нужды — то есть на приёмы барона — уходила от силы бутылка в месяц. Двенадцать в год. А в погребе — шестьдесят четыре. Запас на пять лет представительства — или на одного управляющего, который пил за чужой счёт.