Воин уселся возле пламени, не снимая с пояса ножен с ятаганом. Сказать по правде, он почти никогда с ним не расставался. А сейчас, когда существовала хотя бы малейшая вероятность того, что где-то могут рыскать еще охотники за богатствами, и подавно.

Все расселись вокруг костра. Здесь противные насекомые не так докучали, как под деревьями.

— У тебя кровь, — нахмурилась Ясна.

Порез робофа все еще кровоточил, не сильно, но красная жидкость собиралась каплями у основания раны и стекала по локтю, падая на землю.

— Угу, — Варгроф принял у Жданы теплую лепешку здоровой рукой и впился в нее зубами. Он как будто не замечал рану, хотя она должна была доставлять ему много неудобств.

Больше ни слова не говоря Ясна поднялась и пошла к своим вещам, которые сейчас сняли с ее мула и положили на границе света, который давал огонь. Ясна покопалась в седельной сумке и вытащила оттуда тонкую ночную рубаху. Надкусив ткань в одном месте, она резким движением порвала ее на несколько длинных полос и вернулась к Варгрофу.

Слуги уже расположились на подстилках, Ямис тоже разлегся и зевал.

— Сначала караулишь ты, потом разбуди меня, — он снова глубоко зевнул и повернулся на бок.

— Угу, — снова коротко откликнулся Варгроф, дожевал лепешку и облизал пальцы.

Ясне показалось что здесь, несмотря на опасность, он чувствует себя более раскованно, более свободно. Здесь он был по-настоящему нужен, здесь не требовалось неукоснительно соблюдать те правила приличия, которые обязывали его вести себя определенным образом в господском доме.

— Я перевяжу, — Ясна села рядом. Она все еще не притронулась к своей лепешке. Кусок после пережитого не лез в горло.

Мужчина пожал плечами, будто говорил: «Как знаешь».

— А есть чем промыть рану? — робко спросила Ясна, вспомнив, как он обрабатывал ей лоб.

Варгроф вытащил из своей сумки флягу, зубами вытащил из нее пробку, сделал несколько больших глотков и подал девице.

— Вы тоже выпейте, — кивнул он.

— Нет, я не… Мне не понравилось… в тот раз, — Ясна опустила глаза.

Раньше она чувствовала превосходство перед этим наемником. Но сейчас, когда от него зависела ее жизнь, она стала смотреть на него другими глазами. И его поцелуй теперь не казался настолько дерзким.

Ждана тихо вскрикнула во сне, похоже, ей снился кошмар. Слуга похрапывал, Ямис спал тихо, отвернувшись от них.

Ясна робко взяла воина за плечо, он чуть вздрогнул.

— Больно? Прости, я постараюсь аккуратнее.

— Это просто царапина, — попытался отмахнуться он от нее, но зашипел, когда в рану попала жидкость из фляги. — Еще лейте, — скривился он. — Нужно хорошо промыть, я не знаю, чистил ли тот гад свое оружие.

Ясна плеснула еще несколько раз и принялась обматывать плечо мягкой тканью.

— Туже, — стиснул зубы Варгроф. — Еще туже.

Ясна сделала глубокий вдох и медленно выпускала воздух из груди. Голова немного кружилась, когда она видела, как кровь пропитывает повязку.

— Так нормально?

— Сгодится, — кивнул он.

Когда она закончила перевязку, воин накинул на себя теплый плащ. Здесь, в лесу, земля остывала гораздо быстрее, чем в городе, и после захода солнца очень быстро стало прохладно.

Только что Ясне не было холодно, наоборот, на лбу у нее выступил пот. Она смахнула его рукавом. Но теперь тело стало быстро коченеть. Пальцы похолодели.

— Выпейте все же, — снова протянул ей флягу охранник.

На этот раз Ясна приняла ее и сделала несколько осторожных глотков. Горло обожгло огнем, но приятное тепло почти сразу же разлилось по телу.

Она отдала флягу владельцу, при этом пальцы их снова соприкоснулись.

— Вы замерзли, — он не спросил, а лишь озвучил факт.

— Немного.

Несмотря на теплую кофту, которую она надела, ночная прохлада проникала, казалось, отовсюду.

— Я принесу еще дров, — мужчина хотел встать, но Ясна, сама того не ожидая, схватила его за предплечье.

— Не уходи!

Он замер. Посмотрел на нее. Ничего не сказал, но и не поднялся. Ясна смутилась под его долгим взглядом и опустила глаза, объяснив:

— Мне страшно, когда тебя нет рядом.

Воин вздохнул и распахнул плащ.

— Идите сюда.

Ясна неуверенно на него посмотрела.