Они подъехали к одному из одинаковых белых коробов-домов. В оконном проеме стояли красные цветы. Как капли крови на снегу. Это завораживало.

— Здесь и живет Марьяна, — Варгроф спешился, а потом помог сделать это Ждане.

И только потом подошел к Ясне, протянув руку и ей. Она бросила на него упрямый взгляд и слезла с мула сама, при этом ногу пронзила острая боль. Но Ясна даже не скривилась, такое иногда бывает, просто неловко поставила ступню, она была уверена, что ничего себе не повредила.

Охранник только пожал плечами. Они постучали. Почти сразу же им открыла девочка, на вид не старше четырнадцати лет.

— Здравствуй, — улыбнулась Ясна. — Здесь ли живет Марьяна?

— Мастерица ждет вас, — поклонилась девчушка и распахнула дверь, пропуская гостей.

Ясна вошла и сразу поняла, что не перепутала бы это место ни с чем другим. Вся комната была увешана платьями. Столько цветов и фасонов она никогда не видела в одном месте! Одежда казалась разной степени готовности. Из некоторых вещей торчали булавки, некоторые были наполовину расшиты жемчугом или каменьями, какие-то выглядели так, будто хоть сейчас надевай. Посреди комнаты стояло деревянное туловище женщины со всеми необходимыми выпуклостями на длинной палке.

— Госпожа, — склонила голову уже немолодая, но еще и не старая женщина с темными прямыми волосами, которые она собрала в небрежный пучок. — Вы, должно быть, Ясна.

Девица кивнула и улыбнулась.

— Это Ждана, моя служанка, — произнесла она и посмотрела на Варгрофа, будто решая, что с ним делать. — Варгроф, думаю, тебе лучше подождать меня на улице.

На самом деле она не хотела, чтобы он смотрел, как она будет выбирать платье. Это казалось так странно: прихорашиваться при нем для другого мужчины.

— Пускай господин подождет у нас в кухне, Рыска ему квасу нальет, жарко же на улице, — улыбнулась женщина и взглядом показала девчушке на выход из комнаты.

Та оказалась довольно сообразительна и посмотрела на наемника:

— Пойдемте, господин.

Сложно оказалось выбрать образ платья из предложенных мастерицей рисунков. Ясна хотела отмахнуться от этого занятия, предоставив женщине самой решить за нее. Она все еще не могла представить, что наряжается сейчас для Фолкарда, которого видела-то один раз в жизни. Она уже как будто смирилась с этим, но до конца не понимала, что он действительно, по-настоящему ее будущий муж. Что совсем скоро она покинет родительский дом. Что очень скоро перестанет видеть Варгрофа… И как бы она ни гнала от себя эту невозможную мысль, только на миг представила, каково это было бы: готовиться к обручению с ним.

— Вот это, — твердо сказала Ясна, показав на картинку.

— Хороший выбор, — просияла мастерица. — Оно выгодно подчеркнет все достоинства вашего стана.

Ясна вздохнула, под грудью противно заныло. Но Марьяна отвлекла ее от темных дум другими вопросами. Предстояло выбрать ткань и то, чем украсить платье.

— Я разошью его золотой нитью, вот такой узор, — женщина мелком нарисовала на доске несколько линий.

— Будто паук сплел паутину, — задумчиво произнесла Ясна.

— Верно, — улыбнулась мастерица. — Как паутинка.

— Паутинка, так паутинка, — снова вздохнула девица.

— Вам что-то не нравится? — забеспокоилась Марьяна, заглядывая в лиловые глаза гостьи.

— Нет-нет, что вы, все хорошо, — заверила она. — Просто задумалась.

— Тогда, раз уж мы все обсудили, я сниму с вас мерки, и через три дня наряд будет ждать вас.

— Быстро, — удивилась Ясна.

— Ваш отец — уважаемый человек в нашем городе, ради его просьбы я отложу остальные заказы.

— Правда? — снова удивилась гостья. — Не знала, что он здесь известен.

— Он честный купец, который всегда торгует только качественными товарами, — пожала плечами хозяйка дома, обмеряя Ясну лентой. После каждого замера она делала какие-то пометки мелом на доске. — Ну вот, готово.

Ждана помогла госпоже снова одеться, и девочка по имени Рыска позвала Варгрофа, который все это время ждал в другой комнате.

Когда они вышли, Ясна поморщилась. Летнее солнце набросило на них теплое одеяло после относительной прохлады дома.

— Куда теперь? — посмотрела она на Варгрофа.

— К вашему брату.

Он безмолвно предложил ей помощь, чтобы взобраться в седло. Ясна и хотела бы отказаться, но если слезть с мула она могла без его помощи, то взобраться — никак. Девица ощутила горячие руки воина на талии, и ее прошиб пот. Однако Варгроф не сделал ничего, что можно хоть как-то криво истолковать. Он касался ее ровно столько, сколько нужно, чтобы подсадить, не более.

Потом то же он проделал со служанкой и уселся сам, снова удерживая ее одной рукой. Ясна отвернулась. Она будет разглядывать город. И людей. И животных. Она не посмотрит в их сторону, потому что больше всего на свете ей сейчас хотелось оказаться на месте Жданы.