На левом боку, чуть выше пояса, Ард увидел два круглых входных отверстия. Пулевые, судя по характерным ожогам пороха на ткани вокруг. Крови оттуда шло немного, значит, пули застряли внутри, запечатав собственные раны. И все эти знания, что печально, Ард приобрел вовсе не на лекциях по Целительскому искусству.

Лицо Аркара, и без того не самое утонченное (широкие скулы полуорка, тяжелая челюсть, выступающие клыки и нижние бивни) было рассечено в двух местах: над правой бровью и по скуле. Кровь из раны на лбу залила полуорку правый глаз и засохла бурой коркой.

Но хуже всего выглядела спина.

Нож, если это вообще можно было назвать ножом, торчал из-под левой лопатки, войдя почти по рукоять. Широкое, зазубренное лезвие, больше похожее на обломок пилы, чем на клинок. Вокруг раны ткань рубашки набухла и почернела, а кровь уже даже не текла, а сочилась густой, ленивой пиявкой. Словно тело Аркара устало кровоточить и делало это лишь по инерции.

Аркар валялся на полу лицом вниз, и паркет под ним уже начал темнеть.

Ард не стал тратить время на лишние рассуждения. Он опустился на колено. На левое, потому что правая нога, не дававшая ему покоя после пресловутого мутанта, отозвалась уже ставшей привычной вспышкой боли. Он подхватил Аркара под мышки. Двести двадцать сантиметров. Четверть тонны. Мышцы, кости и плоть полуорка, в сумме весили примерно столько же, сколько небольшой рояль.

Ард стиснул зубы и потащил.

Нога горела. Старая рана, так и не зажившая до конца, стреляла при каждом шаге, и Ард чувствовал, как по бедру растекается тупая, ноющая боль. Аркар оставался без сознания. Его голова моталась из стороны в сторону. Руки волочились по полу, оставляя на паркете кровавые разводы.

Ард тянул увесистое через коридор, упираясь пяткой здоровой ноги и перехватывая тело Распорядителя Орочьих Пиджаков рывками по полметра. Кровь с ножевой раны в спине текла ему на руки. Теплая и скользкая. Ард старался не задевать торчащее лезвие.

Из кухни выбежала Тесс. Босая, в наспех накинутом фартуке поверх домашнего платья, с растрепанными волосами. Она замерла на секунду, оценивая картину. Окровавленный полуорк на полу, Ард, волокущий его к кухне, темная дорожка на паркете. И ее лицо приняло то выражение, которое Ард уже видел однажды.

— И почему у нас на пороге опять мясо с кровью, — спросила Тесс тоном, который не подразумевал ответа.

Голос ее прозвучал вполне ровно. Без какого-либо намека на испуг и, тем более, истерику. Такой же деловой, как и всегда, когда речь заходила о крови и ранах.

«Опять».

Ард на мгновение вспомнил ту ночь в прошлом году, когда Аркар едва не подстрелил его на кухне «Брюса» после того, как сбежал из плена Индгара и Звездного Оборотня.

Последние два метра до кухни дались тяжелее всего. Дверной проем оказался слишком узким для фигуры полуорка, и Ард, протаскивая в него Аркара, ударил бедолагу плечом о косяк. Полуорк глухо застонал, но так и не пришел в сознание. Ард дотащил Аркара до середины кухни и, осторожно перевернув на живот, опустил на пол. Плитка, которой в последнее время покрывали пол кухни, облизнула пятки кусачим холодом. Может, это даже к лучшему.

Тесс уже действовала.

Чайник, стоявший на плите совершенно с другими целями, был еще горячим. Она слила кипяченую воду в эмалированный тазик, разбавила холодной до нужной температуры, проверив ту локтем. Из шкафчика над ледником достала жестяную коробку — их домашнюю аптечку, которую собирала сама. Изогнутая хирургическая игла в пробирке с раствором. Катушка дешевой медицинской нити — не лучший, конечно, вариант, но единственный, что у них был. Бутылка медицинского спирта. Чистые полотенца. Ножницы.

Тесс разложила все на столе, после чего опустилась на колени рядом с Аркаром и осмотрела нож.

— Вытащи, — коротко сказала она Арду.

Ард бросил быстрый взгляд на лезвие. Вблизи оно выглядело еще внушительнее. Зазубрины на кромке щерились крупными, неровными, рыбьими зубами-клыками. Ард прекрасно понимал, что при извлечении каждая из них пропашет собственную борозду в мышечных тканях. Но у них не имелось ни времени, ни инструментов, чтобы аккуратно вырезать лезвие.

Да и вряд ли хоть где-то, кроме как в крупных госпиталях, такие бы нашлись. Аркар ведь обладал совсем не человеческой конституцией тела.

Ард обхватил рукоять обеими руками. Его пальцы сомкнулись на грубой кожаной плотной обмотке, немного скользящей от крови. Арди перехватил покрепче, уперся коленом в спину Аркара (рядом с раной, чтобы зафиксировать тело) и потянул.

Клинок не поддавался. Зазубрины вцепились в плоть, словно жадные до добычи рыболовные крючки. Ард потянул сильнее, и Аркар дернулся, издав утробный, животный звук. Не крик, а скорее рык, глухой и бессознательный. Из раны хлынула свежая, яркая кровь. Все потому, что нож, сидевший внутри, до самого последнего момента выступал в роли пробки, что и не давало Аркару «вытечь».