Ева никогда не забудет тот день.

Ужасный сентябрьский день преследовал ее много лет. День, когда она получила голосовое сообщение от Лили.

— Эм, мам, уже почти шесть, а я всё ещё в школе. Эта су… прости, стерва… Эбби бросила меня здесь. Можешь за мной заехать? И я умираю с голоду. Давай сегодня закажем суши.

Ева удалила сообщение, изо всех сил стараясь подавить раздражение. Весь день она просидела на совещании по поводу распределения бюджета, а теперь вечером её хотят назначить судьей. Постоянные ссоры девочек были частью повседневной жизни — как пробки на дорогах или расчистка подъездной дорожки после снегопада, — но это не делало их менее утомительными.

Она приехала в школу чуть позже шести. Здание выглядело пустынным. Она побродила вокруг, но Лили нигде не было видно. Позвонила на её мобильный, но, несмотря на их с Дейвом мольбы, девочки никогда не заряжали телефоны вовремя, и её звонок сразу переадресовало на голосовую почту. Ева решила, что Лили уехала с Уэсом или с кем-то из команды по лёгкой атлетике. Она заехала в "Yoshi’s" за суши, зная, что острый тунец всегда гасил ссоры в их доме. Дейв в ту ночь был на дежурстве в больнице, а Эбби сидела наверху, в спальне, которую делила с Лили, и корпела над домашкой.

— Где твоя сестра? — спросила Ева, вернувшись домой.

Эбби пожала плечами.

— Её величество сказала, что доберётся сама. Наверняка у Уэса.

В школе материнское чутье Евы ещё дремало, но в этот момент оно заработало на полную мощность.

— Позвони Уэсу и убедись, что она там.

Эбби послушно набрала номер.

— Привет, позови Лил? — Она замолчала, наморщив нос. — То есть ты не разговаривал с ней после последнего урока? Ладно, если она звякнет, то скажи, чтобы срочно с нами связалась.

Эбби повесила трубку и уставилась на телефон, будто уговаривая его зазвонить.

Ева велела Эбби обзвонить всех подруг. Всех, кто мог подвезти Лили. Каждый следующий звонок только подтверждал худшие опасения Евы. С Лили случилось что-то плохое.

Она позвонила Дейву в больницу, молясь о том, что Лили просто заехала к отцу.

— Пожалуйста, скажи, что Лили у тебя.

— Нет. Я не видел её с завтрака.

Ужас Евы усиливался.

— Лили… кажется… кажется, она пропала.

Она старалась говорить без паники, но муж всё понял.

— Я буду дома через десять минут. Звони в полицию, Ева. Я уверен, с ней всё в порядке, но позвони прямо сейчас.

Ева пыталась сохранять спокойствие, чтобы хоть как-то предотвратить нарастающую истерику Эбби. Она озвучивала возможные варианты: может, Лили пошла в кино или поужинать. Или уехала в Филадельфию и забыла позвонить. Но такого произойти не могло. Лили не была импульсивной, и она никогда не уезжала далеко без сестры.

В какой-то момент их дом заполонили полицейские. Пришли соседи, толпа заплаканных подростков. Появились журналисты — разбили лагерь на лужайке перед домом. Следом ФБР, а потом начались допросы. Еву и Дейва допрашивали — нет, мучили — часами. Полиграф. Визиты в полицейский участок. Им задавали бестактные, провокационные вопросы. Интересовались проблемами в браке. Изменой Дейва и последующим визитом Евы к адвокату по разводам. Эти вопросы не имели никакого отношения к исчезновению Лили.

— Она моя дочь. Моя родная дочь, черт возьми. Зачем мне на неё нападать? Зачем? Это же не имеет смысла, — твердила Ева вновь и вновь.

Дейв старался её утешать, но они уже дошли до той точки в отношениях, когда всё в партнёре раздражает. Исчезновение Лили только усугубило эту проблему. После того как стало ясно, что ни Ева, ни Дейв не причастны к пропаже Лили, круг подозреваемых расширили. Опросили всех школьников и учителей, допрашивали бродяг и зарегистрированных поблизости секс-преступников. Полиция обследовала реки и болота. Сотни друзей и родственников прочесывали окрестности. История стала объектом внимания федеральных СМИ. Обычно в подобных делах находились зацепки, но иногда, как твердили эксперты на CNN, люди просто исчезают бесследно.

Ева задавалась вопросом сможет ли она когда-нибудь вновь почувствовать себя целой, но её боль была ничем по сравнению с болью Эбби. Её девочки были неразлучны. Эбби — старше на шесть минут и чертовски напористая. Лили с радостью позволяла ей быть главной. Но вскоре Ева поняла: Лили была тем клеем, который их держал вместе. Без Лили померк и свет Эбби. Лили была её светом.

Но теперь, спустя столько лет, вот они — идут рука об руку. Ева хотела только одного: закрыть все двери и прижать девочек к себе. Хотела обнять внучку и поклясться, что никто их больше никогда не обидит. Но всё происходило слишком быстро. Только что она стояла на крыльце вместе с Лили, а в следующую секунду уже сидела рядом с шерифом Роджерсом в его патрульной машине.