Разумеется, с крепостными стенами такой фокус вряд ли пройдет, но дома и простые здания можно будет обрушить. Главное в этот момент не оказаться внутри, чтобы не быть погребенным под завалами.

— Получилось бы не слишком красиво — мага шарахнуло по макушке обломком из разрушенного им самим дома, — я хмыкнул, представив картину, как закутанная в плащ фигура, нелепо взмахнув руками, валится на землю, получив по голове упавшим булыжником.

В целом, удалось достичь всех поставленных целей. Со «Щитом» пришлось сложнее всего, его трансформация и уход от начальных установок приближалась к уровню измененного «Тумана». Большую роль играла вплетенная в конструкт магия Тонкого Мира, позволявшая высасывать из противников жизненные силы.

Признаюсь, если бы не наличие в подвале Коллегии заклинательного зала и магического источника, я бы скорее всего отказался от столь сильной модификации изначального заклинания. Опыт с ожившими тенями и влиянием этого на Сумеречный Круг, а через него и на весь внутренний магический облик, показал, что с такими вещами лучше не шутить, а если делать, то соблюдая предельную осторожность. Все легко может выйти из-под контроля и оказать прямое воздействия на организм. А превращаться в мутанта-урода, как маг из Мертвого Урочища, я не собирался.

Так что да, при других обстоятельствах, я бы скорее всего так не рисковал. Но удобная площадка для проведения ритуалов и мощный источник энергии под боком гарантировали, что если что-то пойдет не так, процесс можно будет остановить или резко развернуть, использовав купель в качестве дополнительного рычага для контроля.

— Спасибо прежним хозяева, — я закрыл толстую тетрадь с расчетами.

Помедлил, прикидывая, не забыл ли чего. За последние дни пришлось сделать несколько спешных покупок в магических лавках города, пополняя и расширяя запас компонентов для предстоящих ритуалов. Ассортимент в алхимической лаборатории Коллегии, конечно, впечатлял, но многие ингредиенты не подходили, некоторые за прошедшие столетия утратили полезные свойства, пришлось заменять, на что ушло немалая часть золота. Но это стоило того, чтобы развить заклинания, а через них и Сумеречный Круг.

Я спустился по лестнице на первый этаж, дальше быстрым шагом прошел по коридору. Мимо мелькали развешенные на стенах картины с пасторальным пейзажем. Дверь в подвал, еще одна порция ступенек, в этот раз каменных, под сильным наклоном вниз. Через мгновение взору открылся заклинательный зал.

На полу курилась дымкой пентаграмма, в направленных по сторонам света лучах лежали подготовленные магические компоненты.

Все готово, осталось внести небольшие штрихи и можно начинать.

Сорен предупрежден со вчерашнего вечера и знает, что сегодня меня нельзя беспокоить. А главное ни в коем случаен не спускаться в подвал даже если оттуда донесутся странные звуки или вспыхнет свечение. В идеале вообще лучше близко не подходить.

Надеюсь гвардеец не станет валять дурака и послушается.

Я встал в центр пентаграммы.

Медленный вздох. Руки чертят перед собой узоры активации первых знаков колдовского конструкта.

Мир вокруг плавно меняется.

Пространство застывает. Воздух становится неподвижный, безжизненный, тусклый. На периферии зрения, возникает неясное мельтешение, перерастая в мерцание. Но стоит повернуть голову, как оно исчезает и перед глазами вновь предстает заклинательный зал. Каменные стены пропитаны магией, сохранившейся спустя пять веков.

Гранитные плиты пола начинают мелко подрагивать, от меня растекаться в разные стороны тьма. Выложенные в плитах канавки вспыхивают лиловым огнем, воздух делается еще более плотным, хотя казалось, что дальше уже невозможно. На мгновение сжимает грудь и становится трудно дышать.

Пентаграмма пылает. Вдоль стен шевелится тьма, она кажется живой, осязаемой, перетекая одним сгустком в другой, находясь в бесконечном движении, но стоит вглядеться, как все прекращается.

Сияние колдовского рисунка в полу расширяется, захватывая в объятия весь зал, и тьма отступает перед натиском магического пламени, обращаясь в нечто единое с ним.

Аккуратно уложенные в лучах пентаграммы магические ингредиенты вспыхивают, превращаясь в дым. Дым плавно вливается в гуляющие по залу энергетические потоки. Становится холодно, настолько холодно, что из-за рта вырывается пар. Но холод тут же исчезает, по телу прокатывается раскаленный жар, скользя по венам словно оживший огонь.

Кончики пальцев начинает колоть, бьет электрическим током, пробегая по телу сверху вниз.

Бездна. Насколько же мерзкое ощущение. И ведь это только начало, предварительный этап за которым последует основное действо.

Собранная в зале энергия начинает раскручиваться в спираль, а затем раскрывается подобно бутону цветка захватывая меня в центр своего мироздания. Из горла вырывается пустой крик. В висках резко колет, одновременно в затылок будто вонзается сотня мелких иголок.

Вновь становится жарко, а затем так же резко холодно. Переход напоминает рывок, тело мотает из стороны в сторону, с трудом удается устоять на ногах. Сквозь плотно сжатые губы вылетает сдавленное ругательство:

— Проклятье!