Герцога Форента я знала. Он больше двадцати пяти лет служил послом Абрегорианской империи и все это время прожил в Грилории. Крайне высокомерный и неприятный тип, но при этом хороший дипломат, знающий, когда нужно настоять на своем, а когда пойти на уступки. Так о нем говорил мой отец. В личной жизни герцог Форент придерживался радикально традиционных взглядов. Он женился перед тем, как приехать в Грилорию, на той девушке, на которую ему указал отец. Уже здесь, в Грилории у них родилась дочь, которую герцог держал взаперти с самого рождения, ограничивая ее общение исключительно няньками и прислугой женского пола. Старинные обычаи велели блюсти нравственность незамужних девиц. И только выйдя замуж, женщина получала небольшую свободу. Но годы шли, подходящий жених все не находился, а девушка, которая была старше меня на несколько лет, так и продолжала жить в заточении. Придворные дамы, обсуждая дочь посла, посмеивались, мол, молодоженов в будущем ждет большой сюрприз. Каждого свой. Жених, вместо прекрасной девушки, получит в жены перестарка, в дочь посла впервые в жизни увидит мужские «особенности».

И я, конечно же, не стала говорить, что мне известно, и совершенно искренне спросила:

— Не понимаю, к чему вы все это рассказываете?

— А я уверен, что вы все прекрасно понимаете, госпожа Еляна, — в голосе шпиона послышалась насмешка. — Юная герцогиня увлекалась не совсем благородным ремеслом, и очень часто вместо иглы для вышивания держала в руках спицы.

Чем дальше, тем больше его слова звучали как бред сумасшедшего… Зачем он говорит мне о герцоге Форенте? И при чем здесь сбежавшая девица? И что ему, вообще, от меня надо? Если он знает, что я принцесса Елина, то к чему все эти бредни?

Абрегорианец неторопливо расстегнул сюртук. Я почувствовала, как Дишлан за моей спиной напрягся, готовясь отразить атаку. Но вместо ножа Эден Пирр достал из-за пазухи пару «абрегорианских» носков и швырнул их ко мне на стол.

— Вот доказательства, что вы скрываете правду. Посмотрите, на узор, который используется в вашей мануфактуре. Его придумала юная герцогиня. И никому во всем мире не был известен такой способ вязания. А теперь я еще раз спрашиваю вас, кто вы?!

Я смотрела на лежащие на столе носки и по-прежнему ничего не понимала.

— Сожалею, — я вздохнула почти искренне, — но я на самом деле не знаю ничего о вашей герцогине.

— Вот только не надо, госпожа Еляна, — в голосе «мерзкого шпиона» звучала самая настоящая ярость. — мне известно, что на днях в Грилории была зарегистрирована гильдия промышленников, главой которой стали вы. Я полагаю, вы хотите узаконить ваше небольшое предприятие. Но поверьте, в моих силах сделать так, что из Абрегоринской империи не будет вывезено ни мотка пряжи, ни клочка шерсти.

— Меня этому узору научила бабушка, — пожала я плечами.

И тут шпион вскочил и подлетел к столу. Дишлан дернулся, чтобы остановить его, но тот замер в двух шагах от стола, не приближаясь слишком близко.

— Хватит придуриваться, — зашипел Эденн Пирр, — Еще вчера я не был уверен, что вы это вы! Думал, вы прячетесь за спиной какой-то местной девки. Но не сегодня! Я способен оценить утонченность ваших манер! Ни одна простолюдинка не способна обучиться такому! И я прекрасно видел, как вы валяли дурака, разговаривая с господином Первым Советником. Вы не имеете никакого отношения к ургородским матерям! И вы немедленно отправляетесь домой, к отцу, ваша светлость!

— Что вы несете?! — Совершенно искренне возмутилась я. — Вы в своем уме?!

— Хватит водить всех за нос! Ваш отец признался мне, что вы нагуляли ребенка от садовника. Ваш отец пообещал избавиться от ублюдка сразу после рождения. А вы сбежали, воспользовавшись суматохой, в день гибели Эдоарда Семнадцатого. Я видел дочь, которую вы родили сразу после побега! Любой, кто ее увидит, подтвердит, что она Форент! Не знаю, где вы подобрали этого щенка, но вам не удастся задурить мне голову дешевыми трюками…

Вы проводить Эдена Пирра удалось с трудом. А убедить, что я совсем не сбежавшая герцогиня, и вовсе не вышло. Ушел он только после того, как я пообещала встретиться с герцогом Форентом. Уж он-то точно должен признать, что я не его дочь.

Визит был назначен через две седьмицы, господин посол сейчас был в отъезде, и его возвращения ждали как раз накануне оговоренной даты.

Напоследок, Эден заявил, что настоятельно советует не делать попытки сбежать или увезти дочь. Он будет следить за мной, как коршун за цыпленком, и если я решу улизнуть, то перестанет быть добрым и вежливым, схватит меня и приведет к отцу силой.

Когда за абрегорианцем закрылась дверь, я застонала и схватилась за голову. Мистическая связь всего происходящего пугала до чертиков. Да, я совсем не герцогиня Форент, и Эден Пирр обознался только из-за дурацких абрегорианских традиций: никто кроме самых близких служанок и родителей никогда не видел девушку. Но он мог очень хорошо знать жену герцога Форента, и если моя Анни похожа на нее…

Я ведь тогда была напугана до полусмерти. У меня даже в мыслях не было посмотреть на ту женщину, которая дала жизнь моей девочке. И я забыла про умершую сразу, как только вышла из жуткой подворотни… Могла ли это быть юная герцогиня? Конечно!