Я попыталась ответить, но вместо слов из горла вырвался длинный всхлип. Остатки воздуха покинули легкие. Я висела в его руках, как тряпичная кукла. Руки и ноги безвольно болтались. И я почти теряла сознание от удушья.

— Да, чтоб тебя! — побледневший Дишлан и довольно сильно тряхнул меня. — Елька! — Резкая пощечина обожгла щеку. А вместе с ней в сжатые легкие хлынул воздух. Я задышала. А Дишлан с облегчением прижал меня к себе.

— Елька, все хорошо! Слышишь, все будет хорошо!

А меня наконец-то прорвало. Я вцепилась в его плечи и разрыдалась, выплескивая пережитый ужас.

Успокаивалась я долго. Все это время Дишлан молчал, только поглаживал меня широкой ладонью по голове, как ребенка. А когда я смогла отцепиться от него и отстраниться, тяжело вздохнул и очень тихо сказал:

— Елька, я с тобой бок о бок уже очень долго. И заметил кое-что… разное… например, ты постоянно чего-то боишься. И это что-то здесь, в Яснограде, а не в Ургороде. И мне кажется, я давно все понял. — Я замерла. Хорошо, что он не видел моего лица. Я больше не могла справиться со своими эмоциями. Утихнувший страх стал возвращаться. — Елька, ты должна поговорить с Жереном. И все ему рассказать.

— Нет, — я хотела крикнуть, но смогла только прошептать. — Нет. Я не могу… Ты ничего не знаешь! Ты все неправильно понял!

Дишлан вздохнул:

— Я никому не говорил и не скажу о своих догадках. Ты можешь доверять мне так же, как раньше. Поверь, я верен тебе не потому, что мне приказал Жерен. Он и не приказывал… Он попросил меня присмотреть за тобой только в самом начале. А потом… потом я уже сам. Тебе нужна была защита, Елька.

Я молчала. Мне отчаянно хотелось поверить ему. Потому что иначе пришлось бы бежать. А Дишлан закончил:

— И мне кажется, я догадываюсь о твоей настоящей цели, Ельки. В одиночку у тебя ничего не получится. Доверься Жерену. Я знаю его много лет, и уверен, он будет на твоей стороне. Расскажи ему все.

Как бы мне ни хотелось уехать домой, пришлось брать себя в руки и выходить к гостям. Мне надо было еще раз войти в клетку ко льву и положить голову в его пасть, надеясь, что челюсть не захлопнется, перекусив мою шею.

Наш разговор с Дишланом вроде бы ни к чему не привел. Разумом я понимала, что не могу доверять ему больше, чем раньше. Его догадки могут быть слишком далеки от истины. Но вот разницу в своих ощущениях я заметила сразу. Мне стало спокойнее.

Если раньше я видела себя окруженной со всех сторон людьми, которые в любой момент могут стать врагами, то сейчас я как будто бы почувствовала спиной стену. И теперь могла немного расслабиться и не ждать внезапного удара сзади. И это было необыкновенно хорошо.

Я шла по залу, улыбаясь и кивая на приветствия, останавливалась у некоторых столиков чтобы переброситься парой фраз и больше не была одна. Мне казалось, если прямо сейчас меня узнают и закричат на весь зал, что я сбежавшая принцесса Елина, это не конец. У меня еще может быть шанс сбежать. Шанс, который может быть даст мне Дишлан, идущий сзади.

Выходя из кабинета, я боялась, что его догадки не далеки от истины, но сейчас я отчаянно хотела, чтобы он угадал все правильно. Ведь если Дишлан верен настоящей мне, а не придуманной Ельке, то все становится гораздо проще.

Но я была уверена, что ни за что на свете не рискну спросить, о чем именно догадался мой телохранитель. Иллюзия безопасности помогла мне справиться со своими страхами. Главное не забывать, то все это не по-настоящему.

— Госпожа Еляна, а я уже решил, что вы про нас забыли, — абрегорианский шпион встал, приветствуя меня. Отодвинул свободный стул, который явно оставили специально для меня, приглашая сесть.

— Ну, что вы, господин Пирр, — я с легкой улыбкой присела за стол, — я бы никогда не поступила так с вами. Визит господина Первого Советника, — вот тут я едва не допустила ошибку, в последний момент вспомнив, что этот мерзкий тип уже не Третий советник, — большая честь для меня и моей ресторации.

Я склонила голову, как будто бы показывая свое уважение, а на самом деле пряча ненависть. Сейчас, когда страх, убаюканный надеждой, стал меньше, именно ненависть вспыхнула обжигающим огнем.

— Из какого ты рода? — спросил старик, пристально глядя на меня.

— После побега род отрекся от меня, ваша светлость. И теперь я сама по себе. — Я снова ступала по тонкому льду. Но теперь я представляла, что за моей спиной человек, который держит в руках веревку, чтобы вытащить меня, если я вдруг провалюсь в воду. И это придавало мне уверенности.

Третий советник недовольно хмыкнул.

— Сколько тебе лет? — задал он очередной вопрос.

— Двадцать шесть, — ответила я, прибавив себе три года. Не так много, чтобы заподозрить меня в лжи, но и не так мало, чтобы связать мой возраст с возрастом принцессы Елины.