– Не кровь, - сказал он, - краска. Мы играли в "Завладей флагом".

Мои глаза метнулись к хранящемуся в бардачке фонарику. Фонарик был … флагом. Смешанные чувства облегчения, идиотизма и вины за обвинение Патча накрыли меня с головой.
– О, - неуверенно сказала я. – Я … прости меня.
– Но казалось, я слегка припозднилась с извинениями.

Патч смотрел прямо перед собой сквозь ветровое стекло, глубоко дыша. Я подумала, что он замолчал, чтобы успокоиться. Ведь, в конце концов, я только что обвинила его в нападении на человека. Я ужасно чувствовала себя из-за этого, но мой рассудок был в полном смятении, чтобы я могла произнести подобающие извинения.

– Из твоего описания Марси было похоже, что она, наверняка обзавелась множеством врагов, - сказал он.

– Я более, чем уверена, что мы с Ви возглавляем этот список, - сказала я, стараясь разрядить атмосферу, а вовсе не для того, чтобы пошутить.

Патч подъехал к моему дому и заглушил двигатель. Бейсболка была сдвинута ему на глаза, но сейчас на его губах притаился намек на улыбку. Его губы выглядели такими мягкими и гладкими, что я с трудом смогла отвести от них свои глаза. Больше всего я обрадовалась тому, что он, казалось, простил меня.

– Нам придется поработать над твоей игрой в пул, Ангел, - сказал Патч.

– Раз уж мы заговорили о пуле.
– Я прочистила горло.
– Я хотела бы узнать, когда и как ты собираешься получить то, что … что я тебе задолжала.

– Не сегодня. – Его глаза внимательно смотрели в мои, оценивая мою реакцию. А я разрывалась между облегчением и разочарованием. Но в основном разочарованием.

– У меня для тебя кое-что есть, - сказал Патч. Он потянулся под сиденье и достал белый бумажный пакет, усыпанный изображениями красного перца чили. Упаковочный пакет из "Бордерлайн". Он поставил ее между нами.

– Что это? – спросила я, заглянув внутрь пакета, не имея абсолютно никаких идей относительно того, что может быть внутри.

– Открой.

Я достала из пакета коричневую картонную коробку и приподняла крышку. Внутри оказался стеклянный шар, а в нем миниатюрный парк развлечений при Дельфийском порте. Латунные провода были изогнуты в круг Колеса обозрения и извилистые петли в виде американских горок; плоские листы тусклого металла изображали ковер-самолет.

– Как красиво. – Сказала я, слегка удивленная тем, что Патч думал обо мне, не говоря уже о том, что потрудился купить мне подарок.
– Спасибо. Честно. Мне очень нравится.

Он прикоснулся к изогнутому стеклу. – Это Архангел до его реконструкции.
– За чертовым колесом тонкая проволока разделялась на полоски, образуя горы и долины Архангела. Ангел со сломанными крыльями стоял на самой высокой точке, склонив голову, и глядя вниз отсутствующими глазами.

– Что на самом деле произошло в тот вечер, когда мы на нем катались? – Спросила я.

– Ты не хочешь этого знать.

– Если ты мне об этом расскажешь, то тебе придется меня убить? – Полушутливо поинтересовалась я.

– Мы не одни, - ответил Патч, глядя сквозь лобовое стекло.

Я подняла глаза и увидела маму, стоявшую в открытых дверях. К моему ужасу, она вышла и направилась к машине.

– Позволь мне сказать все самой. – Проговорила я, засовывая стеклянный шар обратно в коробку.
– Не говори ни слова. Ни одного слова!

Патч выпрыгнул из машины и обошел вокруг к моей двери. Мы встретились с мамой на полпути к дорожке.

– Я не знала, что ты куда-то собиралась, - сказала она мне, улыбаясь, но она была напряжена. Улыбка на ее лице говорила: Мы обсудим это позже.

– Все решилось в последнюю минуту, - пояснила я.

– Я пришла домой сразу после йоги, - сказала она. Остальное подразумевалось: к счастью для меня, но к несчастью для тебя . Я рассчитывала, что она пойдет выпить пару коктейлей со своими друзьями после занятий. В девяти случаях из десяти она так и поступала. Она переключила все внимание на Патча.
– Очень приятно, наконец, встретиться с тобой. По-видимому, моя дочь – большой фанат.

Я открыла рот, чтобы очень кратко представить их друг другу и отправить Патча восвояси, но мама опередила меня.
– Я мама Норы. Блайт Грей.

– Это Патч. – Сказала я, напрягая мозги, чтобы сказать еще что-нибудь, что сведет на нет ее любезность. Но единственное, что я могла придумать, это закричать Пожар ! или инсценировать припадок. Так или иначе, оба казались больше унизительными, чем бросающими вызов беседе Патча с мамой.

– Нора говорила мне, что ты пловец, - Сказала мама.

Я почувствовала, как рядом со мной Патч затрясся от смеха.
– Пловец?

– Ты состоишь в школьной команде по плаванию, или в городской лиге?