Израильские вооруженные силы во время последнего конфликта нанесли ряд точечных ударов по столице Ливана. Их целью были в основном офисы движения «Хизбаллах» и места дислокации военизированных формирований этой партии.

Однако, как и в любой войне, пострадали и жилые кварталы. На улицах среди руин и завалов битого кирпича играли чумазые оборванные детишки. Люди часами простаивали в длиннющих очередях у автомобильных цистерн с питьевой водой.

И все же в этом грешном мире люди не могут жить без вождей. Заповедь «не сотвори себе кумира» так и осталась «гласом вопиющего в пустыне».

Несмотря на разруху, едва ли не на каждом доме висели огромные портреты шейха Хасана Насраллы – идейного вождя современного арабского терроризма, лидера радикального шиитского движения «Хизбаллах». Эта организация существовала в основном за счет финансовой поддержки Ирана, не жалевшего денег на экспорт исламской революции. По различным сведениям, ежегодная помощь братьям по вере, которые должны были «мужественно противостоять израильской гегемонии на Ближнем Востоке», составляла от тридцати до ста миллионов долларов.

Часть этих средств руководство организации направляло на строительство школ, больниц и жилых домов в шиитских районах. Организация оказывала финансовую помощь в восстановлении жилых домов и деловых центров, получивших повреждения в ходе боевых действий на юге Ливана, а также участвовала в работах по восстановлению дорог. Тем самым завоевывая тысячи активистов и сторонников по всей стране.

Поэтому и росла популярность лидера организации. Хотя шейх Насралла и не занимал абсолютно никаких официальных постов, его влияние в Ливане было огромным. Он умудрился практически создать свое государство в государстве. Причем почти со всеми главными атрибутами власти. Вот и украшало благодарное шиитское население Ливана его портретами даже стены развалин.

* * *

Невдалеке от одного из таких полуразрушенных домов в мусульманском квартале Бейрута стояла белая медицинская машина с красным полумесяцем на борту, очевидно, приехавшая сюда за больным или раненым. Не только в южных районах Ливана, но и в самой столице после довольно серьезного военного конфликта такие автомобили были не в диковинку. Однако через узкие прозрачные полоски на матовых стеклах разглядеть что-либо внутри машины было невозможно.

На самом деле в салоне санитарной машины никакой медициной даже не пахло. На кожаном сиденье, явно снятом с какого-нибудь шикарного лимузина, расположился бородатый старик в белых одеждах.

На его аскетичном и высушенном восточным солнцем лице удивительным образом выделялись глаза. Сначала создавалось впечатление, что они как минимум лет на тридцать моложе самого хозяина. Только приглядевшись повнимательнее, становилось понятно, что в них горел яростный огонь религиозного фанатизма. Это был один из лидеров радикального крыла исламской террористической организации «ХАМАС», которая по итогам последних выборов, на удивление всего мира, пришла к власти в Палестинской национальной автономии.

Гассам Арат, приехавший сюда сразу после успешного окончания выставки в Хайфе, скромно занимал место напротив. Его вызвал сюда, в столицу Ливана, этот властный седовласый старик. Теперь Арат о чем-то взволнованно рассказывал ему, с уважением называя Имамом[3].

– Ты не мог ошибиться? – недоверчиво переспросил старец с горящим взглядом.

– Я видел его собственными глазами из кабины автомобиля. Он был от меня очень близко, на расстоянии вытянутой руки! Я даже сумел сделать снимок мобильным телефоном в боковое зеркало, – с почтением разъяснил эфиоп.

Он с поклоном протянул Имаму миниатюрный компьютер, на экране которого была видна не совсем четкая фотография человека в защитном комбинезоне.

– Конечно, с тех пор прошло столько лет. К тому же эти усы, бородка... – осторожно комментировал снимок Гассам. – Но я голову даю на отрез! Это тот самый десантник.

– Аллах – свидетель! Такой хороший был у нас план... А тут появился твой русский! – с досадой воскликнул Имам. – Да еще экологи эти, будь они трижды прокляты!.. Они ни о чем не могут догадаться?

– Не думаю, – осторожно возразил Арат, – их появление ровным счетом ничего не меняет. А из этих русских такие же экологи, как из нас – хасиды. Главное, чтобы иудеи поверили, что во всем виноваты русские.

– Поверить должны не только проклятые сионисты, но и наши братья-мусульмане! – назидательно поправил его Имам и, задумчиво поглаживая рукой свою окладистую бороду, спросил: – Так когда, ты говоришь, у тебя все будет готово?

– Надеюсь, через неделю. Хотя если все пойдет успешно, то, возможно, и раньше.