– Эх, махнуть бы туда, – вздохнул в темноте Слава, – и хоть одним глазком взглянуть!..

– К звездам, что ли?

– Конечно, и туда не помешало бы, – согласно улыбнулся прапорщик, – но я пока про Баальбек... Может, выберем время, а?

– Может, и выберем, – не стал возражать Батяня, – но сейчас пошли все-таки спать, а то светать скоро начнет.

И, уже открыв дверь в домик, шепотом произнес:

– Заговорил ты меня. Теперь точно инопланетяне будут сниться!..

* * *

Как предписывает Коран, правоверный мусульманин обязан молиться не меньше пяти раз в день. Конечно, для молитвы зачастую хватает коврика под колени. Но мечеть посещать истинному верующему тоже необходимо. И если бы не было неподалеку от восстанавливаемого моста полуразрушенного арабского поселка, где сохранилась действующая мечеть, рахметовцам пришлось бы туговато.

Рамазан Атгериев, которого россияне за глаза прозвали Бородачом, сразу же после очередного развода караула как раз туда и направился. Однако на этот раз причиной его визита в храм были не только и не столько религиозные убеждения командира горцев.

Мечеть, совершенно безлюдная в это время дня, встретила его привычной скромностью внутреннего убранства. Пожалуй, единственным исключением являлись ковры, которыми был услан практически весь пол. Он снял у входа обувь и, дав глазам после яркого солнца привыкнуть к полумраку интерьера, внимательно осмотрелся. Один из ковров привлек его внимание – он лежал поверх других и был сложен пополам, рисунком внутрь.

– Наконец-то... – чуть слышно и с явным облегчением прошептал Рамазан.

Он приходил сюда уже несколько раз, и только сегодня ковер, который был условным сигналом, лежал на заранее оговоренном месте.

В маленькую полутемную комнатку узкий луч солнечного света проникал из небольшого окошка под самым потолком. Здесь Рамазана действительно уже ждал человек, имя которого в мусульманском мире произносили с неизменным почтением и... страхом в голосе.

До сегодняшнего дня они общались только по телефону. Последний раз это было в тот день, когда рахметовцы, еще находившиеся в своем горном лагере, узнали о предстоящем задании. Именно в том довольно коротком разговоре человек, который предпочитал, чтобы его называли Имамом, и сообщил кавказцу о месте будущей встречи.

В полумраке тесного помещения Рамазан Атгериев разглядел сначала только глаза, показавшиеся ему очень молодыми. Они буквально светились изнутри и выглядели на морщинистом лице старика почти неестественно. После того как со стороны бородатого спецназовца прозвучали почтительные приветствия, Имам сдержанно кивнул и начал разговор неожиданно жестко.

– Человек властен над своим будущим, но не властен над прошлым, – с язвительной улыбкой произнес он и протянул Рамазану пачку фотографий.

На снимках были запечатлены сцены из жизни боевиков: Атгериев обучает молодое пополнение, сидит за одним столом с Шамилем Басаевым, собственноручно расстреливает российских солдат...

– Меня амнистировали, мне простили все, в том числе и убийства. Теперь я большой человек, – возмутился бывший боевик, небрежным движением возвращая фотографии.

Было, правда, заметно, что его руки дрожат, хотя сам он изо всех сил старался не показать охватившего его волнения.

Но в этот момент седобородый старик, словно козырного туза, извлек из кармана следующий снимок, на котором Рамазан Атгериев держал за волосы отрезанную голову.

– Это русские тебя простили. А англичане?.. – умышленно ехидным голосом спросил Имам. – Скажи, зачем ты отрезал голову телеоператору? Тебе своей мало?..

С этими словами старик откинулся на спинку стула, властно скрестив на груди свои высохшие руки.

– Зачем это?.. Я ведь и так готов сделать все...

– Достаточно переслать это в любое британское посольство и указать твое местонахождение, – продолжал Имам, словно не замечая попыток бородача хоть как-то оправдаться. – Русские не станут тебя выгораживать, а тихо и без скандала сдадут!

– Чего же вы еще от меня хотите? – с недоумением уже откровенно заюлил рахметовец.

– Твоего безоговорочного послушания. Надеюсь, все ясно?

Боевик только молча кивнул головой в ответ. Совершенно не ожидавший при первой же встрече такого поворота разговора, он почти потерял дар речи.

– Все инструкции будешь получать или непосредственно от меня, или от моего доверенного человека. Для начала тебе предстоит сделать несколько очень важных рейсов на ваших машинах, необходимо кое-что привезти.